Страница 72 из 167
И вообще, все эти «плешивые призраки» теперь совершенно не главное. А главное то, что на самой дороге ловушек больше не будет. И как ни сомневался во мне Барбридж, я все-таки дошла. Конечно, и старику спасибо. Кабы не его наставления, кабы не его карта, я, наверное, тоже лежала бы сейчас где-нибудь кучкой серого тряпья. А потом меня бы тоже нанес– ли на карту, новым ориентиром. И кто-нибудь из сталкеров, проходя мимо, думал бы: «Вот, наверное, здесь и валяется та дура, которая сунулась в Зону без провожатого». Это если бы Барбридж рассказал обо мне другим… Иначе и вовсе безымян– ным крестиком бы стала.
А вообще-то старик, кажется, все-таки запугать меня хо– тел. Столько страхов нагнал, столько ловушек на карте нари– совал. А на деле пшик получился, не более… Разве что пат– руль возле кладбища ловушкой назвать! Так и те чего-то пере– пугались, удрали, как шальные. Даже кусты не обыскали, в ко– торых машины спрятаны. Так, теперь ориентир – вон то красное пятно, оттуда идет дорога вниз, в карьер.
Нет, наверное, старик специально сочинял все эти свои ловушки, чтобы другие к Золотому шару ходить не повадились. Отпугивал сталкеров этими своими ловушками. «Комариные пле– ши» всякие, «веселые призраки», «зеленки»… Сказки для ду– раков… Впрочем, он прав. Если бы всякий мог прийти к Золо– тому шару за своим желанием, мир бы быстро к дьяволу отпра– вился. Люди всякие бывают, и желания у них всякие. Кому-то для полного счастья жену брата в постель заполучить доста– точно, а кому-то весь земной шар к ногам подавай…
Ладно, вперед, подруга!.. А с какой стати я так дрожу? И снова это ощущение. Как ночью на кладбище, когда патруль удрал. Будто смотрит кто-то с неба. Наверное, это глаза Зо– ны… Ты видишь, Зона, я твоя! Уж если ты позволила мне доб– раться до этого места, так позволь пройти и оставшиеся нес– колько сот ярдов. Прошу тебя! Ведь это такая малость…
А вдруг все-таки обманул, старый хрыч? С красным пятном все ясно, это действительно кабина экскаватора. А за ним по– лоса цвета молочного супа. По-видимому, дальний край карь– ера… Но есть ли там Золотой шар? И там ли Рэд?
Веточки корявые, опять жарит. Словно у плиты… А ведь мог обмануть, старый хрыч! Ведь как ни водит Рэд с ним зна– комство, относится он к Барбриджу мерзко. Достаточно вспом– нить тон, каким он со стариком разговаривает. Как будто простить ему чего-то не может… И Барбридж вполне был спо– собен отправить меня в путешествие ни за чем. Представляет себе сейчас, как жена Рыжего подходит к краю карьера, смот– рит вниз, а там никакого Золотого шара. Представляет себе и хихикает. Как хихикал все последнее время, разговаривая с Рэдом… Сволочь безногая!
Веточки корявые, чего это я так разъярилась?! Мне-то яриться пока рано. Вот Рэд бы разъярился. Уж он-то бы так разъярился, что не приведи Иисус! И потому невозможно, чтобы там, в карьере, не оказалось шара. Тогда Рэд, вернувшись с «рыбалки», переломал бы старику ноги. Хотя какие, к черту, у Барбриджа ноги!.. Значит, переломал бы руки. А может, и го– лову снес. И Барбридж это прекрасно знает.
Пресвятая Дева, добралась, вот он, карьер. Экскаватор, дорога уходит вниз. Все, как говорил старик. А вон и шар. Только почему-то он красный, а не золотой. И…
– Рэд!
Да обернись же ты, неужели не слышишь!
– Рэд!!!
Что ты смотришь на этот шар, сюда взгляни!
– Рэд! Это я! Я нашла тебя!
Нет, не слышит… Пресвятая Дева, да он и не шевелится вовсе. Совсем не шевелится. Словно статуя… Словно камен– ный… О Иисус, этот чертов шар превратил его в камень… Не может человек так стоять по своей воле. Мой Рэд никогда бы так не стоял… Будь ты проклята, Зона! Тогда превращай в камень и меня!
– Рэд, я иду к тебе!
Только не вляпаться в эти черные кляксы… Я иду к те– бе, Рэд! Я не отдам тебя Зоне!.. Ма-а-а-ма-а-а!!!
7. МАРТЫШКА – МАРИЯ, ДО 9 ЛЕТ
Когда именно ей начали сниться странные сказки, Мария не помнила. Во всяком случае, эта сны появились еще до того, как надолго уехал папа. Мамулечка говорила, что папу забрали в армию. Злые соседи утверждали, что папу упрятали в тюрягу. А добрые молчали. Мария верила мамулечке, потому что упряты– вать папу в тюрягу было не за что. В тюрягу упрятывают пло– хих людей, а папа всегда был хороший. Дядя Дик про папу тоже ничего не говорил. Он просто приходил к ним в гости. Мария любила дядю Дика. Потому что он приносил ей шоколадки. И иг– рушки.
Когда соседские дети перестали с нею водиться, сны ста– ли для Марии самой интересной игрой. Едва она засыпала, вок– руг возникала сказочная страна. Она была совсем как настоя– щая. По утрам здесь были черные горы и зеленое небо. Над го– рами вставало большое красное солнце. Порой шел холодный дождь. И даже – когда Марии очень этого хотелось – снег сре– ди лета. Были здесь настоящие дома (правда, не много) и нас– тоящие дороги (правда, по ним никогда не ездили машины). Ма– шины в сказке, правда, тоже имелись, но они попросту стояли на одних и тех же местах.
Вначале Мария не понимала, почему так происходит, но потом догадалась. Машины не ездили потому, что были мертвы– ми, а мертвыми они были потому, что в сказочной стране не жили люди. Это было, конечное плохо, зато, когда Мария попа– дала туда, на нее никто не ругался, не кричал, чтобы она убиралась в свою Зону и не заражала тут других детей. И ник– то ее не жалел.
А потом выяснилось, что люди в сказочной стране все-та– ки бывают. Правда, не настоящие. Но почти настоящие. Живые куклы, очень похожие на людей. Мария не понимали, что они делают, но все равно играть с ними было очень интересно.
Они появлялись в сказке неожиданно для Марии, забира– лись в пустые дома, лазили по холмам и ямам, рыскали в сто– роне от дорог. Они явно что-то искали, но что именно, до Ма– рии не доходило. Впрочем, она о цели этих поисков и не заду– мывалась – она играла. Она проливала им на головы дождь и смеялась, когда они прятались под зелеными солдатскими пла– щами. Она бросала им под ноги болото и смотрела, как они, проваливаясь по пояс, увязают в булькающей коричневой жиже.
А потом она обнаружила, что, кроме живых кукол, в ее стране имеются и другие игрушки. Это были очень странные иг– рушки, совершенно не похожие на те, что покупал ей папа или приносил дядя Дик. Правда, потом Мария сообразила, что они и не должны быть похожими. Ведь это же были не обычные игруш– ки, а совершенно сказочные.