Страница 1 из 19
Не смыкая глаз
Предисловие
Фэндом: OUaT
Автор: Alfranza
Соавтор: ya_wa
Бета-ридер: ya_wa
Жанр: Uber, фемслеш, Romance, Action, психология
Рейтинг: NC-17
Пейринг/персонажи: Регина Уилсон/Эмили Свонсон, Грехем, Сид, Джеки, Мелори, Робин.
Дисклеймер: Данный текст связан Авторским соглашением
Часть 1
Засыпающие в Чикаго
"Просто ты одинокий остров,
На море, где так часто тонули корабли..."(с)
Великолепной какофонией наполнены ночные улицы больших городов. По артериям рек и проспектов, словно ток пробегает яркий свет фонарей.
Чикаго. Город исключительно больших возможностей, дерзких приключений и тяжелого каждодневного труда. Однако ночью начинается совсем другая жизнь, словно в другом времени и пространстве крутится эпохи колесо.
Жизнь в больших городах не останавливается ни на секунду, и создается впечатление, что эта рутина затягивает как зыбучие пески. Остановиться значит умереть в этих песках.
После тяжелого дня весь работающий контингент спешит домой, к телевизору или просто к стакану виски, чтобы снять напряжение прошедшего дня, оставив все проблемы до следующего утра.
Регина Уилсон не исключение. Женщина является главой одной из самых крупных издательских компаний - "Чикаго Паблик Рилейшн", но мирское желание оказаться в знакомых стенах дома посещает даже ее с наступлением сумерек.
Отец оставил дочери компанию в наследство, когда ей было всего лишь двадцать лет. Матери своей она никогда не знала. Отец рассказывал, что Каролина Брент-Уилсон бросила их, когда девочке было всего пять. Отец воспитывал ее сам, так как считал нужным. Но лучше всего Регину закалила жизнь без отца, превратив добрую и милую девушку во властную, жесткую Леди - королеву мира бизнеса, хищную акулу, которую боялись и ненавидели очень многие. И она отвечала им тем же.
Женщина была красива. Нет, эта не та красота с обложки журнала "Блайнд Косметикс", который, к слову, она никогда не читала. Эта была холодная и строгая красота, сплав ярости и шика. Про таких всегда говорят - роковая женщина. При невысоком росте, статная фигура, всегда облаченная в безупречные дорогие костюмы, смотрелась совершенной. Каждый изгиб завораживал. Каждое движение ослепляло своей грацией. Многие желали бы видеть ее своим покровителем и даже просили руки и сердца. Но Регина не верила никому. Однажды, когда еще был жив отец, она испытала на себе разочарование в любви. Её возлюбленный Дэни Марсден, к которому она питала по-настоящему сильные чувства, бросил ее практически перед самой свадьбой, сбежав с ее подругой в Аризону. Дэни разбил ей сердце, и после этого Регина решила для себя, что никогда и никому больше такого не позволит. И она не позволяла, выстроив вокруг сердца кирпичную, крепкую стену, обнесенную колючей проволокой под напряжением, она тщательно оберегала то, что осталось от раненного сердца.
Темноволосая женщина, лицо которой практически никогда не выражало эмоций, могла расслабиться только наедине с самой собой, бокалом виски и любимым джазом в исполнении Бада Фримена и Джека Стейси. Её жизнь схожа с неким автомобилем, который несется на огромной скорости, часто не разбирая дороги, навстречу неизвестности. Однако движение на такой скорости может привести к плачевным последствиям, ибо жизненная дорога - это не прямое шоссе, а частенько тропа в неизведанное, где всякое может случиться. Иногда даже смерть.Но, впрочем, Регину мало это заботило, она не боялась попасть в аварию на скользкой дороге жизни. Возможно, до поры, она считала, что кроме самой этой жизни ей нечего терять. Все мы иногда в этом заблуждаемся, Уилсон не была исключением из правил.
В баре "Найт Ганнер" было не многолюдно. И почти все, кто был, собрались в дальнем углу, у большого экрана, на котором показывали матч центрального дивизиона "Чикаго Буллс" против "Милуоки Бакс". "Быки" вели по ходу каждого периода в три очка, но силы в этот вечер явно были равны, и это заставляло немногочисленных посетителей с напряжением следить за игрой.
Белокурая девушка сидела на высоком стуле возле барной стойки. Длинные волосы свободно спадали на широкие плечи и спину. Перед ней в широком стакане плескался бурбон, и чуть затуманенный взгляд красивых изумрудно-серых глаз с грустью взирал в мутную выпивку.
Сегодня был чертовски длинный и тяжелый день. Иногда такие дни казались ей бесконечными. Они тянулись и тянулись, безвозвратно затягивая в свой котел осточертевшего бытия. Девушка поморщилась, допивая остатки горячительного.
Высокий, стройный бармен подплыл к ней и пробасил, улыбаясь:
- Эйм, может на сегодня достаточно?
Усталые глаза уперлись в ярко-голубые, горевшие, словно ночные огни Монтесумы.
- Да, Барт, пожалуй.
Положив на стойку "двадцатку", она слезла со стула и пошла прочь из бара.
На улице бушевало ночное великолепие звуков не спящего города. Немного мерзлый воздух ринулся в лицо, желая отрезвить сознание, пригревшееся в теплом, сонном помещении бара. Эйм сунула руки в карманы и отправилась пешком до дома. Редкие прохожие, что встречались на пути, даже не смотрели на нее, не замечая, спеша по своим делам.
Время перевалило за полночь, когда она добралась до своей одинокой квартиры. Несмотря на то одиночество, в котором она жила с восемнадцати лет, ей нравилась ее жизнь. Она была спокойной и размеренной, такой, какой Эйм себе и представляла всегда.
Ее небольшая квартира, на пятом этаже, на Резерфорд стрит, выходила окнами на небольшой уютный дворик заросший плющом и диким виноградом. Этакий рай посреди каменных джунглей. Старый район, старый двор, старые традиции. Посреди дворика размещалась баскетбольная площадка, на которой часто играли ребята с соседнего дома. Эйм смотрела на них и понимала, что время слишком быстро затерло в ее памяти дни, когда отец хотел, что бы она стала центровым в любительской баскетбольной команде "Чикаго Трайлс".
Ее отца убили десять лет назад, в уличной перестрелке. Шальная пуля. Плохой район. Вопреки тому, что ее отец был полицейским, с безупречным послужным списком, наградами и прочим, все это никак не помогло, после его смерти. Убийцу так и не нашли, да Эйм и не надеялась особо. Это Чикаго - город ветров и гангстеров!
Пройдя в спальню, она опустилась на кровать. Отработанным и таким привычным жестом сняв жесткую кобуру, девушка положила ее рядом с подушкой и, не снимая обуви, забралась на кровать, падая на спину. Взгляд уперся в потолок. На облупившейся штукатурке плясали тени. Эйм вспомнила прошедший день, разборки на Третьей улице, там пришлось даже подкрепление вызывать. Чёрт бы подрал эти банды! Затем воспоминания медленно переместили ее к тому самому дню, когда Эмили Свонсон решила стать полицейским. Это был ответственный и, как показало время, действительно верный шаг за всю ее жизнь. Хотя ее мама была против, и настолько, что просто переехала со своим новым другом в Сиэтл и больше Эмили не видела ее. Ни писем, ни открыток с Днем Благодарения, никаких вестей. Мать просто не хотела знать свою дочь. Хотя ее подруга, единственная, которая могла ее терпеть - журналистка МелориРеддинг говорила ей, что у ее матери все хорошо, новая жизнь, муж и сын, сводный брат Эйм, которого зовут Джеффри. Наверно, Мелори лучше знать, она журналист, она все обо всех знает. А самой Свонсон было особо наплевать, где ее мать и, что с ней. Она не могла ее простить за то, что та бросила ее в те времена, когда девушка больше всего нуждалась в поддержке.
Время текло стремительным потоком. Не проработав и пяти лет, Эмили ушла в частные детективы. Она работала в паре с Джеки Прайс, одной из лучших женщин-детективов в их славном городе. Но именно эта "охотница за головами" разбила ей сердце, жестоко, и даже, играючи. Наверное, именно после этого неудавшегося романа Эйм закрылась, забаррикадировав все подступы к себе, для всех. Никто никогда не знал, даже Мелори, были ли после Джеки у нее женщины или мужчины, и вообще хоть кто-то. Она тщательно скрывала свою личную жизнь от любопытных взоров и лживых языков. Но, не смотря ни на что, она была все той же Эми Свонсон, которая верила в искренние чувства.