Страница 6 из 37
- Постой парень, не гони лошадей. Ночь на дворе, - отец Виктор сурово отдёрнул Лёню, который уже успел надеть куртку.
-Я такси вызову.
-Город тебе что ли, такси он вызовет. Постой говорю! - тон, которым были сказаны слова, не терпел возражений.
Взяв себя в руки, Лёня снял куртку и вновь сел за стол.
- Так-то оно лучше. Раз ты только на днях операцию сделал, значит, он в больнице и никуда не делся. Нельзя парень в ярости решение принимать. А что с парнем-то случилось, ну которому ты операцию-то делал?
- Побили его. Отрыв селезёнки. Но то что вовремя в больницу доставили -это что-то невероятное! Его на улице подобрали. Привезли бы на несколько минут позже, он бы умер от потери крови. Бог помог, но за что, отец Виктор? Почему он моему отцу не помог, а преступника спас? Почему?! - Лёня не мог сидеть от волнения. Он снова разнервничался и стал ходить по комнате, твердя.
-Собственными руками спас человека, который убил моего отца. Отец Виктор, почему такая несправедливость?
- Не знаю...Может потому, что твой батюшка его простил.
-Извини отец Виктор, но я его не прощу, - Лёня, убрал фотографию во внутренний карман куртки, затем достал телефон и, пройдя в сени позвонил к себе в больницу.
Дежурил как раз Сёма.
-Привет старина. Я из деревни звоню, отца похоронил. ...Спасибо за соболезнование. Семён у меня к тебе просьба. Раз ты на дежурстве, поднимись, пожалуйста в отделение, узнай, как там, тот парень у которого отрыв селезёнки ... Меня не интересует как его здоровье, плевать я хотел на него. Представляешь, этот урод, сволочь..., убил моего отца. Что я врать буду?! У него на шее крестик отца. Какие ещё нужны подтверждения. Он гад, совершив преступление, ещё не побоялся и крестик с шеи сорвать. Ублюдок! ...Я крестик собственными глазами видел. Задушу гада, только дай добраться, - Лёня подробно рассказывал другу о случившемся. Разговаривали минут двадцать, пока Сёму не позвали на операцию.
Убрав телефон, Лёня вернулся на кухню, где сидел отец Виктор.
-Поговорил?
-Да. Попросил не выписывать его до моего возвращения.
-Я тебе вот что парень скажу. Ты горячку не пори. Кулаками махать ума не надо. Полиция сама во всём разберётся.
Лёня едва дождался утра, и первое что он сделал, это пошёл к деревенскому участковому и всё ему рассказал. Тот незамедлительно позвонил в город Благое и к моменту прибытия Лёни в город, больной был взят под стражу. Желание отомстить затмевало разум. Лёня не мог работать, отпросившись, он поехал в отделение полиции.
Спросив у дежурного к кому направили парня из больницы и получив ответ, Лёня быстрым шагом пошёл к указанной двери. Ему не терпелось посмотреть в глаза убийце отца, собственноручно придушить его или хотя бы попытаться это сделать. Через минуту он уже входил в кабинет подполковника Герасимова. Подполковник был не один, похоже, он вёл допрос. Напротив, него в нескольких шагах от стола, понуро опустив голову, сидел какой-то парень. Чуть в сторонке сидел ещё один полицейский. Поздоровавшись с присутствующими, Лёня хотел было уже пройти и сесть на свободный стул, но тут допрашиваемый поднял на него глаза. Узнав в нём больного, Лёня, не сдерживаясь, бросился на парня.
-Урод! Убью гад! - в ярости он бил парня куда придётся.
Паренёк лишь испуганно прикрывался руками. Вскочивший со своего места полицейский оттащил разъярённого Лёню. Изрыгая проклятия, Лёня ещё некоторое время пытался вырваться из их рук, но лишь когда подполковник сурово прикрикнул на него, он, одёрнув куртку и пригладив рукой, растрепавшиеся волосы, сел на свободный стул, бросая время от времени испепеляющие взгляды на парня.
- Вы Иванов Леонид Александрович - сын убитого священника? - начальник обратился к Лёне.
-Да.
- Привезли какую-нибудь вещь отца, чтобы бы мы могли сличить отпечатки пальцев на крестике?
-Да конечно. Возьмите, - и Лёня, встав со стула и подойдя к столу, за которым сидел подполковник, положил записную книжку отца.
-Хорошо, мы всё проверим. Леонид Александрович, вы делали операцию подозреваемому?
-Да.
Услышав, что Лёня сын убитого, парень встрепенулся, с надеждой посмотрел на него и быстро стал говорить.
- Товарищ доктор. Этот крестик мне ваш отец лично дал. Честное слово, я хоть кем могу поклясться, честное слово, поверьте мне. Если хотите я вам его верну, - парень сделал попытку снять крест.
-Прекрати, ныть! Все вы, когда попадаете к нам, такими паиньками становитесь. Невинный агнец нашёлся, - подполковник зло посмотрел на подозреваемого, и тот весь сжался толи от страха, толи от безысходности.
-В каком состоянии он поступил к вам? - начальник вновь стал расспрашивать Лёню.
-Его привезли на скорой. Подобрали прямо на улице, какая-то сердобольная женщина вызвала скорую. Состояние было тяжёлое, понадобилась экстренная операция, в ходе которой остановлено кровотечение и была удалена селезёнка. Если бы его доставили к нам чуточку позже, он бы скончался от потери крови.
-Как вы думаете, что явилось причиной такого состояния больного?
- Либо он упал с большой высоты, либо его ударили.
-Сам -то он утверждает, что его побили.
-Я хотел на еду заработать, - парень снова влез в разговор. - Стал играть на губной гармошке возле магазина. Людям нравилось, деньги бросали. Тут какие-то двое выскочили из перехода, все деньги забрали и ...бить начали. Одна женщина заступилась, всё кричала, что полицию вызовет, ну они и разбежались.
-Тебя спрашивали, в разговор встреваешь, - подполковник одёрнул подозреваемого. - Гармошка -то где?
-Вот, - парень достал из кармана, небольшую губную гармошку. - Мне она от деда досталась. Мать говорила, он на любом инструменте играть мог.
-А как ты в церковь попал?
- Моя деревня - Сосенки, в пятидесяти километрах от Вяземки будет, - парень замолчал.
-Ну и что? Чего замолчал?
-Ушёл я из дома. Я с матерью жил. У неё новый хахаль объявился, он меня и выгнал.
-И что же у вас в деревне нет управы на такого вот ...хахаля.
-Да я сам рад, что ушёл. Устал я. Пьют они.
-А ты значит, такой беленький и пушистенький, у матери- алкашки родился.
Парень ничего не ответил. Лёня сидел и слушал весь разговор. Былая злость на парня постепенно улетучилась. Перед ним сидел худенький, невысокий парнишка, вдобавок, как оказалось, с изломанной, несчастной судьбой, с глазами полными страха. Он совсем не был похож на убийцу
-Дальше то что?
-Пришёл я в Вяземку, поддаться некуда, слышал, что у них батюшка шибко добрый, на ночлег пускает, кормит. Ну я и пошёл.
-Дальше?
- Мы с ним всю ночь проговорили. Он мне предложил остаться в церкви псаломщиком служить или пономарём. Я шибко обрадовался. Потом, уже на следующий день, батюшка меня крестил. Он свой крестик с шеи снял и мне повесил. Сказал, что этот крестик особый и принесёт мне счастье.
- И что ты служил псаломщиком?
-Не успел. Я только два дня в церкви пожил. Однажды ночью мужик какой-то пришёл. Я ушёл спать. Они с батюшкой остались... а когда утром встал, смотрю батюшка на полу лежит, я быстрей к нему, думал, что он упал, а он...не отвечает. Я только потом нож заметил в животе. ...Испугался и убежал.
-Дальше что было?
-Ничего. Пошёл куда глаза глядят. По дороге попутка остановилась, меня до города подвезла...Дальше вы знаете.
-Какая попутка?
-Фура.
-Ой, врёшь парень. Того, кто к священнику пришёл видел?
- Видел, но особо не разглядывал. Ей Богу не вру, - и он перекрестился несколько раз.
-А что в армию не забрали?
-Сказали, что не пригоден. У меня сердце больное.
-Документы где?
-Паспорт, так он в церкви остался.
-Всё, свободен. Отведи его Влад, - начальник обратился к одному из присутствующих сотрудников.
Паренёк горестно посмотрел на Лёню, но ничего не сказал. В груди у Лёни неприятно засвербело, вспомнился рассказ отца Виктора о пареньке принятого отцом в церковь и который чуть ли не дословно передал допрашиваемый. Страх, что по его вине могут посадить не виновного, незаметно вполз в душу. Лёня ещё минуту колебался, но услышав слова подполковника, обращённых к нему: "Вы тоже свободны", - решительно произнёс.