Страница 16 из 37
Сергей стоял в сторонке. Отчаянье, охватившее его от бессилия помочь товарищу, буквально разрывало сердце на части. Душа парня обливалась слезами, но он не знал, как помочь другу. В лагере они были всего как месяц, но Сергею уже давно не хотелось жить. Он был чрезмерно слаб физически, и к тому же у него болело сердце, но здесь его здоровье никого не интересовало. Парень был в отчаянье, понимая, что ему здесь не выжить, что из -за него страдает Коля, но и выхода из, создавшейся ситуации он не видел.
-Тридцать пять., сорок, - было видно, что, Коля отжимался из последних сил.
И тут, Сергея прорвало! Парализующие оковы страха, куда - то исчезли и словно головой в омут, не давая себе отчёт в происходящем, он вдруг яростно с криком: "Сволочи", накинулся с кулаками на одного из парней. Сергей что есть силы бил парня по лицу, куда придётся. Правда удары его были слабые и не точные, но тому, на кого он напал было всё равно. Тот жаждал крови, жаждал издевательств, свойственных его натуре, впрочем, подобные свойства касались и всех остальных, стоящих и считающих, потому, как только появилась возможность, они все набросились на Сергея и стали бить его и кулаками, и ногами. Били злобно, жестоко, забыв, что их много, а Сергей один. Коля бросил отжиматься и кинулся на помощь другу. Но в отличие от Сергея он умел драться и делал это профессионально. Ему хватило каких-то пяти минут, как кучка, разъярённых шакалов, именуемых сокурсниками, валялась на снегу охая и утираясь от крови и соплей. Командир, молча наблюдавший за потасовкой был поражён смелостью и ловкостью Коли. Он хотел что-то сказать, но тут ему позвонили и молча, отведя взгляд он ушёл.
-Вставай, - Коля помог Сергею подняться. У друга было несколько ссадин и ушибов.
-Они бы меня точно убили, если бы не ты. Спасибо тебе, - Сергей с благодарностью посмотрел на товарища. - Где ты так научился?
-Сосед у нас был спецназовец. Афган прошёл. Вот такой был! - Коля поднял большой палец руки. - Он нас дворовых пацанов три года тренировал. Меня хвалил, говорил, что я на мастера тяну. ...Застрелился он.
-Почему?
-Не знаю, Афган не любил вспоминать. . Пошли быстрей, умываться и завтракать.
Оставшиеся пацаны, кое - как поднимались и кто, хромая, кто, держась за больную часть тела, направились в казармы.
-Ты чего, Серёге помогал, я видел, - Белохвостиков злобно посмотрел на Коновалова Степана, идущего рядом.
-А чего вы все на одного, так не честно.
-Тьфу ты "честун" нашёлся, - сплюнув на снег, Белохвостиков выругался матом. - Детский сад, - повторил он слова командира.
С этой минуты за Степаном закрепилась кличка "честун" по имени его уже больше никто не называл. Пацаны и командир затаили на Колю злобу. Если ребят обуревало простое чувство злости, даже больше зависти, что он один справился со всеми, то командира мучило чувство другого толка. Его всегда раздражали такие как Коля. Он внутренним чутьём чувствовал беспокойство для себя, чего он никак не желал. По жизненному опыту командир знал, что рано или поздно ребята начнут уважать Колю, за его бесстрашие, умение постоять за другого и постепенно он станет их лидером. Этого он допустить никак не мог. Здесь один лидер -это он. И только на него они должны равняться. Сам он ни при каких обстоятельствах не ставил чужие интересы выше своих, тем более, жизнь. Он даже гордился этим, считая себя умным и прагматичным, а таких как Коля - безмозглыми чурбанами. Ему с детства был присущ патологический эгоизм. Мать часто горестно повторяла что он с лёгкостью променяет её на велосипед. Он тогда злился на эти её слова, но всё же с упрёком спрашивал, почему у всех мальчишек есть велосипед, а у него нет. На что мать, целуя и лаская его в который раз объясняла, что у них большая семья, а денег едва хватает на еду. Это обстоятельство более всего злило его и он кричал: "Зачем они нам нужны? Тебе что, меня не хватает?" В действительности лишь он был её родным ребёнком, остальные четверо -дети её покойной сестры. Ещё в школе он увлёкся спортом, стыдясь своей обделённости и даже сдал на первый разряд по бегу на лыжах, но потом охладел к лыжам и увлёкся стрельбой. Имея хорошие результаты в спорте, учился он неважно, по счастливому случаю был призван служить в спецназ. Восемнадцатилетний деревенский парнишка и спецназовец! Он был очень горд. Служба его увлекла, хотя и была достаточно сложной. Но и там он из-за своего характера долго не удержался. Всё разрешилось в первый год службы. Он долго потом вспоминал эти месяцы. Стояли январские морозы. Задание перед группой, в составе которой был и он - боец Сидоренко, стояло непростое; явиться на место операции и освободить заложников. Сколько "террористов" удерживают заложников группе было неизвестно. Сама группа состояла из семи человек. До места дислокации - марш бросок десять километров на лыжах. Снега было много, плюс экипировка, одним словом - настоящая проверка на выносливость. Шли гуськом, командир замыкал. Ещё не прошли и половины пути, когда Лёха Петренко, один из бойцов, вскрикнул и присел на снег. Идущие впереди не сразу остановились. Им по цепочке передали о случившемся. Все остановились и собрались вкруг. Командир осмотрел ногу. Судя по тому как стонал Лёха и не давал дотронуться до ноги, стоило ожидать перелома. В рюкзаке каждого были брезентовые носилки.
-Сидоренко, достать носилки, - командир закончил осмотр ноги. - Так как, ты у нас перворазрядник по бегу на лыжах тебе и флаг в руки, - губы командира тронула едва заметная улыбка. - Доставишь бойца Петренко в санчасть.
-Есть доставить в санчасть, - и он достал носилки. Секундами позже, как бы спохватившись спросил:
- Товарищ командир, мне как, возвращаться или нет?
-Сам решай Сидоренко. Смотри по времени. ...Хотя, - чуть запнувшись командир группы добавил, - задание сложное и терять ещё одного бойца не хотелось бы. Но...решай сам.
Петренко посадили на носилки и перекинув через грудь ремни он двинулся в обратный путь.
Он прекрасно слышал слова командира группы, что задание сложное, но для себя сразу решил, что возвращаться не будет." Щас, как же, буду я возвращаться. Нашли дурака. Делать мне нечего", - с такими мыслями он шёл не спеша, пыхтя для того, чтобы создать у Лёхи, впечатление, что идти тяжело, хотя на самом деле было всё наоборот. Он был здоровым и крепким парнем. Группа в тот день вернулась поздно. В действительности, если бы он решил вернуться, то вполне бы успел помочь товарищам. Как оказалось, людей, захвативших заложников было больше чем членов группы и операция была сложной. Когда по возвращении, уставший командир поинтересовался, почему не вернулся. Он стал божиться, что затратил на обратный путь слишком много времени. Командир тогда ему ничего не сказал. Через две недели им снова предстоял марш бросок в десять километров. В этот раз их попросил о помощи председатель местной, маленькой таёжной деревеньки. После сильного бурана повалило деревья и единственный подъезд к деревне был перекрыт. Техники у деревенских отродясь не было и рассчитывать приходилось лишь на помощь солдат. Работали по расчистки дороги часа четыре и если учесть десятикилометровый лыжный переход, то силы у бойцов были на исходе. Когда уставшие собрались возвращаться домой, председатель упросил командира разрешить подвезти на снегоходе, одного из группы. Он ехал в район и проезжал мимо их части. Командир уклонился от конкретного ответа, оставив решение за группой. Он не отказал ребятам, а предоставил им право самим выбрать кто поедет, но все вежливо отказались. Тогда он, боец Сидоренко, громко спросил:
-Товарищ командир, если нет других желающих, то можно мне? - он был горд своей решимостью. Все отказались, как считал он, из-за банальной трусости, а он вот не струсил.
Командир вновь ответил уклончиво.
-Тебе Сидоренко решать. Хочешь езжай.
Понятно дело он и не отказался. Усевшись позади водителя, они тронулись в путь. С ветерком он приехал на час раньше группы и к тому же совсем не устал. На следующий день командир вызвал его к себе. В свои тридцать лет командир уже был в звании майора. Имел множество наград за участие во многих операциях по освобождению заложников и не только. Ни раз бывал в Чечне во время боевых действий. Вызвав Сидоренко, он заявил ему, что командование увольняет его из их части и переводит в мотострелковую, с отметкой" отсутствие требуемых качеств характера". На удивлённый вопрос почему, командир прямиком ответил: "Нет в тебе Сидоренко командного духа. А без него в спецназе делать нечего".