Страница 16 из 21
Меня положили на заднее сидение, сказав, что так будет лучше, дали мне минеральную холодную воду и сказали кричать, когда станет опять плохо. Но я даже под дулом пистолета не скажу, что мне сейчас плохо и меня вывернет наизнанку. Рядом Китнисс, а это значит, что для нее я должен казаться сильным. Как только Хеймитч сел за руль, мы рванули с места и неслись по шоссе на максимальной скорости. Девушка то и дело оборачивалась на меня с обеспокоенным взглядом и многократным вопросов «Все в порядке?». Вот мы уже подъехали к зданию, где расположена больница, в которой я лежал несколько раз. Да, во мне много секретов от Китнисс. Но ей лучше об этом не знать. Хеймитч снова помогает мне выбраться из салона машины и добраться до лифта, на котором мы и доезжаем до третьего этажа.
- В какой кабинет? – спрашивает Китнисс, которая старалась поспевать за нами.
- В триста седьмом, - бросает Хеймитч. – Плевать, что там народ, заходим!
Мы без спроса заходим в кабинет, и дядя оставляет меня на кушетке. Девушка присаживается со мной и начинает гладить меня по плечу, шепча какие-то слова. Мистер Ринерн по привычке выслушивает мои симптомы и вызывает в кабинет медсестру. Затем он подходит ко мне проверяет мое лицо, проверяет кожу на руках и ногах, а потом приказывает лечь на кушетку.
- Что я могу вам сказать… – начинает Карел. – За эти два месяца, что вы у меня не наблюдась, вы запустили себя. Сейчас мы сделаем срочный анализ крови. Что с вами происходило сегодня? Какие-то перемены, кровь из носа или вы просто плохо себя чувствовали?
- Я попытался встать с кровати, но сразу же начало болеть все тело и давить в висках. Крови не было с утра, но я все равно во рту чувствую этот металлический привкус.
- Хоть кто-нибудь может мне объяснить, что с Питом происходит?! – громко спрашивает Китнисс, которая не может понять, что со мной происходит.
- Девушка, а вы не знали? У вашего парня лейкемия. Первая стадия.
- Его можно будет вылечить?….
Комментарий к Часть 25. или «Поход к доктору»
Дорогие мои котята, знайте, я вас очень люблю) И не надо делать поспешных выводов, я вас прошу!
Спасибо за прочтение, а теперь оставьте свои отзывы)))
========== Часть 26. или «Когда не все так просто…» ==========
POV Пит
Не помню, как мы доехали до дома. Все троя молчали после вынесения результата. Я сам дошел до дома, аккуратно открыл дверь, по привычке снял обувь и просто молча лег на диван. Я слышал разговор между дядей и Китнисс, они о чем-то тихо разговаривали в прихожей. Стараясь не прислушиваться, я уткнулся в подушку.
Понимаю, какую я ошибку сделал два месяца назад, когда бросил таблетки. Мое второе «я» всегда думало, что таблетки только ухудшают мое состояние, но все же было наоборот – они поддерживали мой организм в границах возможного. А теперь мне вообще противопоказано выходить из дома. Рак крови это очень серьезно, хоть его у меня обнаружили его около трех-четырех лет назад, рак не достиг критического состояния.
Первую степень, как уверяет меня дядя, пока еще можно лечить. Через два дня у меня будет переливание крови. Не знаю, как они будут это делать. Ведь я думаю, что если выкачать половину крови и влить новую, то все равно грязная кровь победит и заразит остальную.
Китнисс так переживает теперь из-за меня, я вижу, что девушка сдерживает слезы через силу. Хотя самому хочется заплакать от такого исхода жизни. Чувствую легкое прикосновение по плечу.
- Кит, не надо. Я же не сейчас умираю. Все хорошо, - говорю я, приподнимаясь.
- Пит, - тихо произносит она, после чего уже в слезах бросается ко мне в объятия и начинает рыдать. Ловлю на себе взгляд Хеймитча, который качает из стороны в сторону голову и о чем-то размышляет.
*воспоминания*
- Его можно будет вылечить? – спрашивает Китнисс, боясь услышать отрицательный ответ.
«Милая моя, тебе не надо было здесь находиться. Хеймитч допустил ошибку, когда привез тебя за мной» - думаю, начиная гладить девушку по плечу, успокаивая тем самым.
- Девушка, шанс есть, но это же рак крови. Я обещаю вам, что сделаю все, что в моих силах. Через два дня сделаем переливание крови. Большую половину мы заберем, но это еще не факт. Что вы после этого выживете.
- Какая доля, что я проснусь? – серьезно спрашиваю я.
- Пит! – осуждающе произносит Китнисс, до боли сжимающая мою руку в своей. – Доля? Ты издеваешься?
- Мистер Мелларк прав, - встревает доктор. – Еще не факт, что он проснется после переливания. Нам придется вколоть вам две дозы снотворного, провести переливания семидесяти процентов крови. Не каждый организм может принять чужую кровь. И еще не известно, не победит ли зараженная кровь. Вы согласны на переливание?
- Пит? – спрашивает Хеймитч. – Ты решаешь. Я поддержу любое твое решение.
- Давайте… – говорю я, надеясь на удачу.
- Пит, ты совершаешь ошибку… – тихо произносит Китнисс, спрятав свое лицо в ладонях.
*конец воспоминания*
- Ну, солнышко, успокойся. Все будет хорошо. Я обещаю, что я проснусь после наркоза. Все будет хорошо, я снова буду рядом с тобой, - говорю я, целуя ее лицо.
- А вдруг ты не сдержишь обещание? Вдруг кровь не регенерируется и ты умрешь? Пит…
- Все будет хорошо, не думай об этом. Ты мне веришь?
- Да, - говорит она. Целуя меня в губы.
POV Китнисс
Все оставшееся время я не отхожу от Пита не на шаг, стараясь больше проводить с ним время и запомнить каждую клеточку его лица. Внутри постоянно что-то сжимается, когда я вспоминаю, что через два дня мы все поедем в больницу, где моему парню будут делать переливание крови. И почему они от меня скрывали болезнь Пита? Когда они бы собирались мне это сказать?! Когда состояние было бы критическое?! Я очень злюсь на Хеймитча и Пита, но в тоже время я понимаю, что последний просто не хотел меня беспокоить. Ну и дурак!
Сейчас мы сидим на кухне, каждый думает о своем. Поднимаю глаза и смотрю на дядю Пита, он задумчиво смотрит в свою кружку, которую неустанно крутит в двух руках. Пит же наоборот, оставил свой чай на столе, а сам отвернулся и смотрит в окно. О чем он думает? Не знаю, но хочу узнать… Я не могу теперь думать о хорошем исходе, но стараюсь не думать и о плохом. Парень встает и куда-то уходит, а я остаюсь на месте, смотря на его место. Я просто не выдержу, если Пит не откроет свои глаза, не посмотрит больше на меня, не обнимет и не поцелует. Этого больше не будет? Только не это…
- И чего ты тут сидишь? – тихо спрашивает Хеймитч. – Уже пятнадцать минут прошло с того момента, как он ушел в комнату. И он даже об этом сказал, а ты чего тут сидишь?
- Ой, мне пора, - говорю я, вскакивая и побежав в сторону лестницы.
Как только я поднялась на второй этаж и сразу же остановилась. Дверь в нашу комнату была открыта, на середину был поставлен мольберт, а рядом стоял стульчик, на котором сидел Пит. Подхожу к нему и обнимаю за шею, смотрю на белый холст.
- Почему ты не рисуешь? – шепотом спрашиваю я.
- Только сел, не знал, чем себя занять.
- Научишь меня рисовать? Или давай нарисуем совместную картину? – спрашиваю я, улыбаясь. – Только я вообще не умею рисовать.
- Садись, - улыбаясь, отвечает Пит и при этом отодвигается со скамейки чуть-чуть назад.
Я сажусь перед ним и даже не знаю, что делать и что брать. Но парень берет инициативу в свои руки и берет кисточку. Макает ее в кружку с водой и протягивает мне. Дрожащими руками беру мокрую кисточку из его рук, но потом он берет в свою большую, теплую ладонь мою руку. Наши руки замирают лишь в паре сантиметров от холста.
- Что будем рисовать? – шепотом спрашивает он около моего уха.
- Давай запечатлеем нас. Я люблю тебя.
- Я тоже тебя люблю.
После поцелуя, который последовал за секунду после признания, мы начинаем выводить первые линию. Но я уверена, что даже не смотря на то, что я не умею рисовать, у нас с Питом получится замечательная картина.
Комментарий к Часть 26. или «Когда не все так просто…»