Страница 21 из 34
- У меня десны здоровые, ран во рту нет. А у тебя?
- Я не знаю, - обескураженно шепчет.
- Кровью сплевываешь, когда чистишь зубы?
Она отрицательно качает головой, нахмурившись.
- Тогда расслабься, - он кидается на нее. Напористый, но осторожный. Мягкие горячие губы касаются ее все еще холодных, напряженных. При следующем движении его губы обхватывают ее. Она не отвечает, а он будто не обижается. Она замирает, едва дышит, сраженная неожиданностью происходящего.
- Но… - шепотом. Он отрывается от нее и утыкается своим лбом в ее, дышит прерывисто:
- Чтобы заразиться через слюну, мне нужно выпить литра два-три. Обещаю, так далеко мы не зайдем. Держись за что-нибудь, Вера. Целоваться я люблю. И умею. – Он на миг увеличивает расстояние между ними и широко улыбается, и она понимает, что это впервые с их знакомства. А потом целует ее снова, но на этот раз она сдается, приоткрывает рот, а его язык тут же касается ее нижней губы. Быстрое, едва уловимое движение. Потом еще одно. От третьего она дрожит, сосредоточившись на ощущениях, капитулируя. Его напряженные руки упираются в диван по обе стороны от нее, он повсюду, а она как будто в безопасности. И еще она не ожидала, что он так потрясающе пахнет. Его губы и язык ласкают ее рот, с каждой минутой поцелуй становится глубже, чувственнее. Он идеальный: влажный, горячий, пронзительный.
На мгновение Вик отрывается, отодвигается и смотрит ей в глаза своими расширенными, блестящими. Он смотрит так, что сердце обрывается, а желудок скручивается узлом. Его желание настолько очевидно, что кожа начинает гореть, а дыхание рвется. Душа рвется прямо на его глазах. Но смотрит Вера на губы. Такие знающие. Она смотрит и думает, что хочет еще. Ничего больше не нужно, только бы продолжать целоваться. И он исполняет ее желание, но теперь уже не спрашивая разрешения, а жадно. Как будто дорвался. Она забывается, дрожащими руками касается его волос на затылке, но опустить их на плечи не спешит. Пока так. Он ее не трогает, и она первая не станет. Он сказал, что они будут только целоваться.
Ее не видно бармену и официантам, так как Вера практически лежит на диване в объятиях Вика. Стон срывается с губ, потому что тело хочет большего. Оно ведет себя так, словно не отравлено, откликается на ласку этого мужчины. Он отрывается от нее, дышит в шею, ведет по ней языком, оставляя след. Она опять дрожит, и он сжимает крепче ее запястье. Шепчет во влажное ухо, отчего она слегка выгибается, подавая вперед грудь: