Страница 21 из 88
Принятие мира
Угол зрения зависит от занимаемого места.
Закон Майлса
Когда дошла её очередь, Вера сунула в отверстие в стене колонны овальную пластинку. Ей выдали сдачу и билет – две пластинки разного цвета. Она спокойно прошла мимо группы людей, которые что-то выясняли с мастером Таривом, к пяти сцепленным капсулам и вошла внутрь. То, что она переживала, было не описать словами - она в мире, о котором почти ничего не знала, и её искали. Покрутила головой. Все удобные кресла были заняты, и она присела на узкую скамью, тянувшуюся вдоль противоположной креслам стены.
- Я смогу! Чёрта с два, ты меня найдёшь, урод! - шептала она, стараясь выглядеть как все.
Разобравшись с нанятыми Рамсеем сыщиками, мастер подошёл к ученику. Они стояли у небольшого экрана, по которому скользили сведения о прибывающих поездах. Мастер, не обращая внимания на Рэйнера, внимательно рассматривал информацию, почти отвернувшись от ученика. Рэйнер кашлянул, сообщая, что он слушает. Тарив едва слышно пробормотал:
- Подстрахуй её.
- Справится сама, - сказал и рассердился, ведь Вера даже не оглянулась, когда шла.
- Старший, прекрати! Девчонка не Лилдах, и на неё охота. Надо понять, зачем она ему нужна? Рамсей никогда ничего не делает просто так.
- Она им нужна живой?
- Правильно спросил, старший! Не просто живой, им запрещено причинять ей боль. Похоже, он ей увлечён. Непонятно почему, что ему местных красавиц не хватает?
Рэйнер опять испытал приступ раздражения, подавил его и сообщил:
- За тобой хвост, мастер.
- Не волнуйся! У меня много друзей в Исме, да и конференция по истории ручного боя завтра. Я сделаю их работу хлопотной. Иди!
- Не обольщайся! Вспомни, как он так поступил с Тарой, - Рэйнер внимательно следил за людьми, нанятыми братом.
- Торопись! Я не Тара, и себя в обиду не дам, а девочка совершенно беззащитна. Иди, а то опоздаешь! - Тарив осмотрелся и отправился к выходу из вокзала.
Рэйнер смешался с толпой этанов, прислушался, выделил в шуме мыслей чьё-то: «Я не боюсь. Я никого не боюсь», ухмыльнулся и отправился за ней. Он легко «вёл» её, эта девчонка единственная в поезде пела мысленно: «Это мир придуман не нами, это мир придуман не мной». Настроение стало чудесным, и слова, и музыка ему понравились. Он постарался запомнить песню.
Несколько часов на поезде, и Вера вместе с толпой молодых этанов оказалась у входа перед каким-то зданием. Внимательно слушая, что говорят, она поняла, что попала на территорию училища, где обучают работе на фармакологических предприятиях. Этот мир был ей знаком. Она бестрепетно подошла к одному из этанов, к которому, как заметила, подходила половина из приехавших учиться, и спросила:
- Что мне делать?
- Странный вопрос! - удивлённо проговорил тот. - Занятия только завтра, а сегодня иди с группой в общежитие.
- Я не знаю, где общежитие.
Этан ткнул рукой, показав направление, и перестал с ней говорить. Вера потопталась и направилась к указанному куполу. Она старалась не спешить, слушая, о чём говорят студенты. Расстроилась, узнав из разговоров, что обучение платное, и повернула обратно к вокзалу, но была остановлена Рэйнером.
- Иди в общежитие, я заплатил за месяц обучения, - он сунул ей в руки пластину.
- А кто я, если спросят.
- Теперь твоё имя - Уыв, ты из Торма. У тебя есть своя комната.
- Это документы? – она рассматривала синюю пластинку.
- Нет, ключ от комнаты. Не волнуйся, все документы будут уже вечером! Я принесу. В инфе всё прочтёшь про Торм.
- Э-э… - она растерянно огляделась, на неё с удивлением посмотрели стоявшие недалеко парни-этаны. Вера, сжав в руках пластину, не верила своим глазам - Рэйнер буквально растворился.
Оказавшись в своей комнате, девушка сорвалась и принялась плакать, но смогла взять себя в руки и стала ждать своего опекуна поневоле, развлекаясь сравнением его с братом, заодно изучая комнату, которая ей досталась. Раньше она никогда не жила в общежитиях. Эта комната ей понравилась. Стол, стул, кровать, шкаф для одежды и инф на стене. Вера немедленно включила инф, и стала читать про город, из которого по легенде она приехала - надо было быть готовой к вопросам любопытных однокурсников.
Вечером появился Рэйнер. Веру вызвали к входу, там он ей вручил документы и деньги. Пока он передавал документы, девушка вместо благодарности испытывала невероятное раздражение, заметив, как молодые девушки-этаны с восхищением смотрели на могучую фигуру Рэйнера. Он давно ушёл, а она стояла, прислонившись к стене, и пыталась усмирить бешено колотившееся сердце
- Что я за свинья? Конечно, он не специально красовался перед девчонками. Господи! Ему и не надо, так как этот мачо может свести с ума любую.
Она какое-то время стояла, уставившись в пол и размышляя, с чего бы это её так разбирает. Результат критического самоанализа заставил её признаться, что она банально ревнует. Ревнует мужика, с которым едва знакома. Горло перехватило от переживаний, и она испугала мимо пробегавших студентов, проскрипев в пространство:
- Спятить можно! - после чего с бушующим самолюбием отправилась в свою комнату.
Рэйнер, который следил за ней, был удивлён. Он в последнее время не обращал внимания на женщин, хотя всегда раньше был окружён самыми блестящими дочерями царствующих семей. Для этого было много причин: обезображенное, как он считал, шрамами лицо; предательство Лилдах; поиски причин поступка брата, отнимавшие всё свободное время. Кроме того, надо было выяснить причину внезапного интереса главы Семьи Нерркат, отца Лилдах, к ледяному континенту.
Восхищение студенток, заставило Рэйнера взглянуть в одну из зеркальных витрин. Молоденькая продавщица этана, увидев интерес могучего красавца, мгновенно откинула сеточку с лица и нежно улыбнулась ему. Дорим послал ей воздушный поцелуй. Продавщица отослала поцелуй и потупилась.
- Итак, Лилдах лгала, и я, по-прежнему, желанен женщинам. Зачем же она солгала? – пробормотал Рэйнер и задумался.
Конечно, виноват он сам, что ни разу после ранения не посмотрел в зеркало, но любой бы на его месте не захотел на себя смотреть, после слов Лилдах - «Чудовище!». Рэйнер нахмурился, он не мог забыть отвращение на лице холодной красавицы.
Неожиданно вспомнил, что его подопечная сердилась из-за внимания девчонок-этан, настроение резко улучшилось. Он удивился. Что с ним происходит? Подобного он никогда не переживал. Мелькнула мысль, что надо узнать у неё позже, кто такой «мачо», и что значит слово «ревную».
Дел было по горло: найти квартиру, проследить за девочкой, встретиться с друзьями мастера, и узнать, почему его брат, зная, что эта девчонка не Лилдах, так преследует её. Насвистывая, отправился по делам.
Всю ночь Вера обдумывала, как жить дальше. В фантастике, которую она читала, как правило, описывались невероятные приключения героев. Здесь надо было научиться просто жить. Стать, как все.
С утра, в столовой Вера купила талоны на еду на месяц, посмотрела, как все одеты, и уже днём понеслась по магазинам, превращаясь в этану из небогатой семьи. Она едва успела на первое занятие и, как все студенты, слушала, зевая куратора курса, распинающегося о важности дисциплины.
Потянулись дни занятий. Учиться она умела и любила. Здесь занятия были организованы необычно для неё. День лекций, почти шесть часов, потом занятия в библиотеке, так как на лекциях каждому дали задание. Другой день - практические занятия, и опять задания на дом. Если первые четыре дня она пережила легко - читали математику и основы статистики, то на пятый день ей пришлось попыхтеть, им читали физическую химию, которую она брала штурмом.
Все дни, в перерывах между лекциями, она занималась на тренажёрах, которых в училище было много, но кроме неё только несколько человек их использовали. Уставала Вера ужасно, наверное, из-за того, что была полуголодная. Столовской еды хватало только на то, чтобы едва-едва существовать. Она видела, что почти все студенты что-то покупали в магазинах, но у неё денег не было.