Страница 14 из 22
Новая мысль пришла в голову Веббу.
– Если на русских нет… на Израиль он может работать? На Израиль.
Вальенс задумался.
– В принципе может – сказал задумчиво он – только зачем ему? Он потомственный аристократ, дворянин, военный моряк Бог знает в каком поколении. Убежденный в своей жизненной правоте человек. У него этот дом, еще несколько в разных местах, яхта и отличная рыбалка, одна из лучших морских рыбалок в этой части мира. На которую я не получу приглашения еще месяца три, благодаря тебе.
Вебб не понимал ничего – и это было еще мягко сказано.
– Ты когда-нибудь видел его дочь? Хотя бы мельком?
– Дай, гляну…
Вальенс взглянул в почищенную с помощью специальной программы фотографию из Бейрута, присвистнул.
– Ничего себе. Нет, я ее никогда не видел. Видимо, эль-Бланко где-то прячет ее. И я его понимаю. Попадись мне такое сокровище, я бы тоже прятал. Но мне такая не светит. Зато у меня есть жена, которая к сорока годам вдруг поняла, что она буддистка и подала на развод, потому что не может жить с убийцей. Теперь она живет с каким-то длинноволосым гуру, не ест мяса и занимается духовными практиками и волонтерством. А живут они на деньги, которые она отсудила у меня во время развода. Как тебе это, а?
– Да п…ц – отозвался Вебб – эль Бланко… ты сказал.
– Да, это прозвище адмирала, Белый. Никто не знает, почему. Просто – Белый.
25 марта 201… года. Марсель, Франция
Как известно, в состав континентальной Франции входят восемьдесят девять департаментов, но региональные центры контрразведки есть только в шести городах. Это Лилль, Рен, Мец, Бордо, Марсель и Лион. Контрразведкой во Франции занимается Главное управление внутренней безопасности МВД, крайняя реорганизация которого завершилась в 2014 году. А всего два года спустя – Францию потрясли чудовищные теракты в Париже и в Ницце. В Париже – группы террористов дважды за год совершали нападения в общественных местах, используя автоматическое оружие. В Ницце – молодой араб сел за руль грузовика, выехал на Набережную и ехал, пока его не остановили.
По людям.
В ответ на беспрецедентный рост террористической угрозы, проникновение в страну сотен тысяч беженцев – мусульман, часто агрессивно настроенных – правительство пошло на меры, которые Франция не видела со времен де Голля. Была создана засекреченная сеть, среди своих известная как «Дворец» – своего рода внутренняя разведка, которая работала в своей стране как в чужой и не была ограничена никакими законодательными нормами. Ее не касалось разделение на разведку и контрразведку, она имела право похищать, пытать и убивать как на территории Франции так и за ее пределами. Ее люди веди двойную жизнь – они занимали должности в армии, флоте и аппарате полиции и безопасности Франции, но при этом одновременно являлись «придворными» – то есть частью «Дворца». Для острых акций – внутри страны нанимали уголовников и мафиози, нередко освобождая их от наказания за совершенные преступления, а вне страны – использовали наемников, «свободных художников», частные охранные структуры. Все выплаты производились наличными, само существование «дворца» являлось государственной тайной. Возглавлял дворец человек, назначаемый лично президентом Франции, он тоже занимал другую должность и то чем он на самом деле занимается, являлось государственной тайной.
К описываемому периоду должность «короля» – так неофициально называлась эта должность – занимал отставной контр-адмирал французского флота Фабрис Санторо. Он даже не был государственным чиновником – зато входил в советы директоров всех крупных французских оборонным компаний и занимался тем, что продвигал на международном рынке их продукцию – на самом высоком, межправительственном уровне. Он путешествовал по всему миру и его воспринимали как посланца президента Франции – но даже не подозревали о его истинном объеме полномочий.
В тот день – адмирал Санторо, который передвигался на личном Дассо-Фалькон – инспектировал верфи… намечался беспрецедентный тендер на поставку двух новых атомных авианосцев Индии, и Франция решительно намеревалась получить этот заказ, обойдя США. Из Тулона, где находились верфи, способные построить авианосец – адмирал вернулся в Марсель на яхте и сделал знак своим телохранителям. По этому знаку, телохранители отстали, и с ним остался только один, который был с адмиралом двадцать четыре года…
Адмирал – прошел вглубь яхтенной стоянки, остановился возле океанской экспедиционной яхты – синей с белой надстройкой. Ее хозяин – сидел на корме, отхлебывая из бокала, и смотря на горы, окружающие Марсель.
– Отличная яхта – сказал Санторо – позволите осмотреть?
Хозяин яхты встал, поставив бокал.
– Прошу вас…
– Дело сделано… – сказал адмирал, как только они оказались внутри, в закрытом с трех сторон салоне – сын шейха у израильтян, мы вместе обратимся к Катару и мы найдем, на что его обменять. Его папаша – один из хранителей казны, которой финансируются подрывные исламистские организации по всему миру. Информации у него много. Да и новые самолеты Катару будут не лишними.
– И?
– Самолет министерства обороны Катара – пропал над Персидским заливом. Его ищут, но не могут найти.
– Какая трагедия… – равнодушно сказал хозяин яхты (он не был хозяином, яхта была в аренде).
Адмирал зло прищурился.
– А американцы – бьют копытом. Кто-то из их людей был на борту. И кто-то из турков тоже – из первого эшелона.
– И что?
– Кто была та израильтяночка, которая передавала объект в Бейруте? Это не из-за нее ты пропадал тогда почти на год? Решил спутаться с МОССАДом на старости лет? Или просто стал сентиментальным?
Хозяин яхты снял очки.
– Какая тебе разница, с кем я работаю, Фабрис? Тебе не все ли равно?
– Э, нет, мой добрый друг, не всё. Далеко не всё. Пока ты свободный художник, нас все устраивает. Но МОССАД – это красная карточка. Они психи… по-хорошему не понимают, да и по-плохому – тоже.
– Это не МОССАД.
– Как знаешь. Но ты услышал меня, да?
– Несомненно.
Адмирал достал из кармана бумажник, из него – несколько платиновых карточек. Передал их хозяину яхты.
– На каждой по пятьдесят тысяч. Разом и в одном месте не снимай. Американцы отслеживают транзакции.
– Я знаю.
– И не пропадай.
– Ты тоже.
Адмирал блудливо подмигнул.
– Тебе везет, а? Тебе израильтяночка, а мне сегодня достанется арабская шлюха в Лё Базар. Жизнь несправедлива, а?
– Меньше шляйся по дискотекам. Тогда возможно, и станешь хорошим человеком.
Адмирал искренне расхохотался.
– Нам с тобой это точно не грозит, верно?
Однако, когда адмирал сошел на мостки яхтенной марины – веселье его разом закончилось. Он и до этого подозревал, что его друг – с двойным дном, и то, что произошло с самолетом – это доказывало.
Американцы на ушах стоят, он не соврал.
– Проследить за ним? – негромко спросил его телохранитель, адъютант и конфидент. Он сидел бы в тюрьме за убийство, если бы не адмирал.
– Если жизнь не дорога – бросил адмирал – попробуем проследить, кто и где снимет деньги с карточек…
Старый друг – а Ангел знал французского офицера еще когда тот не был адмиралом и не занимался вопросами госбезопасности – сам того не зная, ткнул в больное, очень больное место. Прямо в рану.
Остановив машину на выезде из города – Ангел вышел. Пошел к обрыву, поднимая ботинками пыль.
Море бессильно билось о скалы, не в силах слизнуть человека с обрыва. Но жизнь все же достала его.
В который раз.
Он молчал, смотря на море, на паруса яхт вдали – какая-то регата проходила. Дело было в ней. Он знал про нее то, что не знала она сама…
Прошлое. Аргентина, Буэнос-Айрес
Буэнос-Айрес. Германская клиника, лучшая в стране.