Страница 18 из 44
- Я чувствую, что меня стало меньше... и одновременно больше, - задумчиво проговорила Елена, внимательно рассматривая свои пальцы, - мне кажется, что я - это уже немножко - ты. Теперь я понимаю что такое - обмен душами...
- "Как песчинки с мокрой твоей кожи
Тихо переходят на мою,
Наши души переходят тоже.
Я уже свою не узнаю..."
- Это что?
- Это стихи. Вознесенского. Такой поэт... Они длинные.
- А ты помнишь все? Полностью.
- Помню, - кивнул Блэк.
- Почитай.
Он невольно рассмеялся.
- Вообще-то принято сначала девушке стихи читать, а потом уже любовью заниматься. С тобой все не как у людей.
Настроение резко пошло вверх. Ощущение банальности происходящего исчезло. То, что случилось с ним и Еленой, было каким угодно, только не банальным.
Погода испортилась. Стал накрапывать редкий дождик, в любую секунду грозивший обернуться ливнем. Блэк вел машину со скоростью не больше шестидесяти километров в час: дорога тут была плохой, да два "слепых" поворота... Делал он это, как и все, за что брался - очень хорошо. Если бы Дениса спросили, где он научился так аккуратно и точно водить машину, он бы просто пожал плечами. "В крови, мол, это"...О десятках мешков с песком, пропоротых на заднем дворе за отцовским офисом, когда Блэк учился парковаться, пытаясь в этом, как и во всем остальном, добиться безупречности, он бы, скорее всего, даже не вспомнил. Умеет и умеет. Подумаешь - подвиг. Многие хорошо рулят: что же теперь - всем медали давать?
- "Фауст" - моя лебединая песня, - вполголоса говорил он сидящей рядом Елене. Слушала она изумительно, словно впитывая в себя его слова вместе с голосом, интонациями, даже выражением лица, едва различимым в полумраке, - осенью я уезжаю учиться. Понятно, почему Настя недовольна. Последние два года я ей помогал. Но помощник руководителя кружка - не профессия. Юрист - профессия. Я буду хорошим юристом.
- Почему ты так думаешь?
- Во-первых, я не ленив. Во-вторых, внимателен к деталям. И, в-третьих, я люблю игры с правилами.
- Но танцевать ты тоже любишь...
- Еще я воблу люблю, - доверительно сообщил Блэк, - сушеную. И родителей. А танец - где то между.
- Между родителями и воблой? - усмехнулась Елена, - но ближе к родителям? Или к вобле?
Разговор был легким и необязательным. Точно так же можно было и помолчать, просто Блэку было приятно слышать ее голос. А Елена... может быть, ей тоже было приятно. Получив таким, весьма интересным, способом кусочек его души, она как будто утолила сжигавшую ее жажду познания и сейчас, потихоньку, разбиралась с полученными сокровищами, сортируя и раскладывая по полочкам чужие воспоминания и ощущения. Дождь усилился. Теперь целые потоки обрушивались на машину. "Дворники" работали непрерывно. Блэк еще больше сбросил скорость и вел, не отрывая глаз от дороги. Впрочем, напряжения в нем не было.
- В твоей памяти есть много эпизодов, когда ты стоишь под дождем, смотришь в небо и улыбаешься. Вода течет по твоему лицу, попадает под одежду. Ты промок насквозь, но тебе хорошо... Ты любишь дождь...
- Я вообще люблю воду. Она пластична, может принять любую форму. И при этом почти не поддается сжатию. Никакая сила в мире не может сделать ее меньше, чем она есть...
- Как и тебя.
- Я учился у воды. У меня два учителя: вода и Фауст.
- Не поддаваться сжатию и искать совершенство, - понимающе кивнула Елена. - А еще ты ни разу в жизни не солгал. Почему?
Блэк пожал плечами.
- Не знаю. Не вижу необходимости, наверное. Или не умею.
- Потому что это обязательное условие твоего поиска, - объяснила сидящая рядом девушка, - Ты должен быть чист. Иначе можешь оставаться дома.
- Как-то это... чересчур пафосно, - поморщился Блэк.
- Скажу проще: мы - хищники. Мы охотимся. Суть человеческая - это добыча. Наша пища, воздух и жизнь. Мы приходим на запах чистоты, чтобы сбыться... И быть. Но грязью мы не питаемся.
- Значит, я вкусный, - удовлетворенно отметил Блэк.
Показались окраины города. Темные крыши в рамках мокрых листьев. Ни одного светящегося окна.
Блэк ощутил некоторую неуверенность. Куда теперь? Не в детский дом, это ясно. Домой? Отец будет в шоке, но - поймет, в этом Блэк был уверен. Озвучить свое предложение он не успел.
- Останови здесь, - сказала Елена.
- Где именно?