Страница 35 из 92
Я на несколько дней в Арзонте осталась по рабочим вопросам. Съемки мужского белья проходили полным ходом на берегу океана. Этот солнечный город — единственное место на всей Немии, где имелась бирюзовая гладь воды и белоснежный песок, от которого слепило порой глаза, если имела не осторожность забыть очки.
Сегодня съемки заканчивались, а я сидела в плетеном стуле, в одном легком халате. Сверху от прямых, солнечных лучей скрывал зонтик, воткнутый в песок рядом. Ноги попадали под пламенные лучи. Пусть загорают, я их выставила специально.
По идее надо возвращаться домой, брать билет на самолет, лететь два часа, потом готовить жратву для «любимого» мужа и улыбаться, будто ничего не произошло. Вместо этого страстно мечталось вцепиться клыками “драгоценному” в шею и вырвать ему лживые связки из горла, пусть урод бы захлебнулся. Не думала, что этой твари только мои деньги нужны, а папа ему под масть играл. Там помог, так познакомил с нужными людьми.
Понимала прекрасно, что отец заботился о моем благополучии, но порой хотелось обломать эйфорию наивного мужика, и сказать, дорогой, ты лоханулся в первый же день, поменьше надо перед друзьями хвалиться, что отхватил одну из богачек Вильмонт.
Поэтому лететь домой крайне не хотелось. Наведаться к Аньке? Она здесь в Арзонте, папандр засунул ее в Вышку. Алиса должна быть тоже здесь. С Алисой совсем трудно общаться, у нас нет общих тем для общения, плюс приличная разница в возрасте.
У Ани с Алисой проще, всего год между ними разница. К тому же, обе «особенные» Аристократки, каждая со своими дефектами.
Когда мама была беременна Алисой ее придавило обломками, вовремя одного из терактов в торговом центре. Родила она Алису на шестом месяце с проломанным черепом. Что-то нарушилось у сестры, организм не до формировался, как нужно, и в результате, хоть и вирусный барьер у младшей есть, но каждое небольшое падение или сильный удар, например коленом в стул, заканчивался для нее — закрытым переломом по меньшей мере.
Наша семья частые завсегдатаи в больницах. То Аня, то Алиса.
Какая-то у нас не очень голубая кровь получилась в роду. Мы видно прокляты самим мирозданием.
Оглядела пляж, полный моделей-женщин и мужчин. С этими курицами тоже не о чем говорить, кроме как кто кому в кровать залез и какие трусы нынче в тренде. Хотелось работу оставить возле океана, а отдохнуть без всего этого.
Вокруг постоянно что-то обсуждали, на уши жужжали противные насекомые — работники.
— Саша, пять минут! И продолжим! — крикнул Ден, наш великий режиссер, что стоял возле кромки воды и поправлял змею-хоботок на белье моего партнера по съемкам. Они «парочка». Здесь без вариантов.
Какой-то знакомый до боли голос, с грудным приятным басом раздался по близости. Померещилось? Нет? Я приподняла лопатки от спинки стула и развернулась по всему пляжу, рассматривая окружающих. Народу много, мешающих, презренных точек. Где этот голос? Мне не могло померещиться.
Справа — выше чем я, где заканчивался песок, лежали настилом доски и на них он. Он. Не померещилось. Встала со стула, каблуками врезавшись в песок, удержала предательское равновесие, которое слегка нарушилось. Рядом с этим мужчиной оно всегда подводило.
Дмитрий.
Он разговаривал с нашим руководителем рекламного проекта, а я сбоку засмотрелась за его профилем. Не отрывала взгляда, пока ноги сами несли туда. Сейчас продолжатся съемки, но упустить момента не могла. Пусть лучше Ден подождет.
— Дима? — позвала, не успела еще дойти до двух разговаривавших мужчин, но вырвалось. Могла нарушить ведь их разговор, но мозги только потом оценили масштаб возможной проблемы.
— Александра? — развернул лицо ко мне Дмитрий, но телом по-прежнему был повернут к собеседнику. — Подожди минуту, — попросил у меня, а потом заговорил с руководителем.
— Естественно, Артем, я не собираюсь здесь каждый день сидеть. Хотел удостовериться в безопасности проделки. Я надеюсь с сестрами всё будет в порядке?
— Конечно, Дим, о чем речь! — улыбался наш изворотливый червяк руководитель. Он такой скользкий, казалось, что он весь измазан в тине, мерзкий, изворотливый. Везде болото сделает, из любого прекрасного места или съемки. Но специалист, конечно, хороший.
Дима кивнул, соглашаясь с ответом, и, наконец, удостоил меня вниманием. Улыбка невольно сама напрашивалась на мои уста, но Хаски редко отвечал на эту эмоцию.
— Какими судьбами? — не могла я перестать лыбиться.
Впервые за долгое время, могла с ним поговорить. Столько много «если бы» между нами. Сколько раз прокручивала тот наш круиз в памяти. Хаски в те дни казался заинтересованным, милым и главное надежным. Никогда не встречала настолько уверенных в себе мужчин, он хоть и младше меня, но за ним тихо и спокойно, словно за твердыми стенами уютного дома.
Я выпала из реальности, пока наблюдала за мужскими губами. Собеседник что-то явно рассказывал и указывал рукой по направлению к кромке воды.
Проследила за его рукой и обнаружила знакомых девочек. Белокурые близняшки, десятилетние вроде, если мысленный подсчет не изменил. Последние дети от основной линии. Его сестры зачем здесь?
Девочки были в купальниках детских. Высокие дамочки.
— А что сестры в съемках участвуют? — удивилась я.
— Да. Мать попросила привести и разузнать, что за это порноиндустрия!? — Дима явно негодующе оглядел с капелькой пренебрежения нашего отошедшего руководителя, моделей полуголых, расхаживавших по песку.
Я невольно улыбнулась.
— Нормальная индустрия.
— Не обижайся, но порнуха и та приличнее, — заметил Дима.
— Ты всегда делаешь то, что просит мать? Очень послушный сын, — не знаю насмешливо прозвучало или нет.
Обидеть не хотела. Наверное, это достойно уважения, но отрываться от занятия сексом ради звонка матери — это… было тяжело. Я запомнила.
— Саша! Сколько ждать уже!???? — заорал Ден, видел, что я разговаривала. Так хотелось ему по голове дать, чтобы отвалил. У меня рыбка очень симпатичная плавает, рядом с ней бултыхаться в одной водичке приятно, не то, что разговаривать.
— Иду! — недовольно крикнула — Ты надолго? — уточнила уже у Димы.
В тайне надеялась, что Хаски понаблюдает за процессом съемки сестер на соседней площадке, а за одно и меня зацепит. Все-таки я неплохой мастер в своем деле.
— На час задержусь, — кивнул мужчина, видно принял мысленно решение.
— Там стул мой в тени. Дарю, — показала на зонтик личный со стулом.
Вместо ответа Дима кивнул.
Превосходно. Он очень близко к месту моих съемок и это великолепно.
Я готова сколько угодно работать на эту камеру, делать вид, что улыбаюсь объективу, но на фоне Дена видела Диму. Он занял мое место в тени зонта, развалился вальяжно на стуле, иногда заглядывал в телефон, с кем-то разговаривал, но я чувствовала изредка его прикосновения-взгляд на коже. В такие моменты горело не одно тело, больше всего полыхал пожар в мыслях.
От этого прикасалась к своему партнеру весьма эротично, удовлетворяя своими очертаниями его стройные ноги.
— Молодец, Александра! Сразу видно профи, даже в такую жару. Ты супер! — Денчик милый, это ты супер. Хвали меня сильнее.
Еще плотнее прижалась грудью к локтю партнера, рукой словно бы ненавязчиво притронулась кожи бедер рядом с его членом. Партнер держал пальцы возле моей шеи, приподнимал мой подбородок, задранный вверх будто в экстазе. А я через кадр позволяла себе томно, словно на пике мощного оргазма тяжело дышать и прикрывать глаза.
Горячо. И это не солнце, палящее над головой, жгло. Тревожило это теплое, замирающее в груди дыхание, этот непокорный жар, что расспространился глубоко внутри, особенно там — между ног было очень пылающе.
Давно так не возбуждалась от мужского взгляда. Одно присутствие рядом с Димой всегда приводило в жуткий трепет. Как невинной девочке хотелось сжать ноги и прогнать болезненное возбуждение, которое вряд ли сегодня удовлетворю.
Настроение немного испортилось, даже после того, как Ден скомандовал о приятной концовке. Мы с партнером похлопали друг другу, поулыбались и разошлись.