Страница 13 из 143
— Говорят, один пятьдесят тысяч стоит, — подала голос Венс, за что удостоилась недовольного взгляда командира.
— Они того стоят, — все также меланхолично произнес старик. — Хорошее оружие не может быть дешевым… Осик!
Мэндо, ругаясь на мандо'а, бросился к репитеру, но тут же остановившись, обреченно махнул рукой. Он первый заметил неладное, но на таком расстоянии ничего сделать не мог.
— Что?.. — встревожено спросил Вил, но в этот момент, он и сам все понял. — Хатт его в задницу!
Преследуемые четверкой штурмомехов, обезумевшие от страха, три десятка пиратов, прорвав жиденький кордон, из засевших в домах бойцов его роты, выбежали на улицу, и помчались прямо на столпившихся, и тоже ничего не понимающих гражданских.
Беглецы уже вскинули оружие, готовясь открыть огонь по преградившим им дорогу поселенцам, когда наперерез к ним метнулись две стремительные фигуры со световыми мечами. И если бегущего впереди дроида, лейтенант узнал сразу, благо не раз отрабатывал с Эрдванычем взаимодействие, как индивидуально, так и в составе группы, то вторая, девочка, лет тринадцати, стала для него полной неожиданностью. Саже, Ассаж Вентрес – приемная дочка «Механической Тети» Шми Скайуокер и Джедая, а заодно и ученица последнего, в Академии была всеобщей любимицей и головной болью из-за своих постоянных проказ и поиска приключений.
В ужасе, что с ней из-за одного дроида-маньяка может что-то случиться, парень, не раздумывая спрыгнул с крыши, и, перекатившись через плечо, бросился по улице. Вот только его помощь не понадобилась. Дроид парой скупых движений меча, отразил несколько выстрелов, и не снижая скорости, врубился в толпу пиратов, а Ассаж, метаясь с немыслимой для человека скоростью, отбивала случайные заряды, летящие в гражданских. Когда Вил добежал до них, собственно все уже закончилось. Из пиратов уцелело лишь семеро – все кто успел вовремя сдаться. А подоспевшие штурмомехи и два десятка ДУМов, уже рассредоточивались вдоль улицы, с целью не допустить повторения подобного.
— Лежать – не рыпаться, твари! — крикнул Эрдваныч, прохаживаясь между сдавшихся пиратов, время от времени, раздавая им пинки по ребрам. — Если какая-то сука дернется – воткну меч в жопу! Рукояткой вперед… активированный.
Что удивительно, подобное действовало на пиратов явно успокаивающе – раз бьют и угрожают, значит, убивать не будут.
— Вил! Жив! — взвизгнула Ассаж, и, подбежав к парню, повисла у него на шее. — А мы думали, тебя… Что ты… Что Эри…
— Жив, курилка! — как это часто бывает, непонятно выразился дроид, и, подойдя поближе, аккуратно похлопал того по плечу, а потом, взглянув ему за спину, грустно спросил. — Все?..
Там стояли все его бойцы, все двенадцать человек, все кто выжил.
— Да, товарищ капитан. Все, — ответил он, чувствуя как вместе с горячкой боя, его покидают последние силы, а на глаза наворачиваются слезы.
Вил бы, наверное, упал, если бы не манипуляторы дроида и руки девочки-джедайки, что вовремя поддержали его. Но он смог собраться, ведь надо было еще позаботиться о своих людях, и живых, и мертвых. Да много еще чего надо было сделать.
Но это все уже было как в тумане. Даже происходящее лейтенант запомнил урывками. Он отдавал какие-то приказы, куда-то шел. Потом в окружении дроидесс-телохранительниц, к нему подошла Амидала, и просто плакала у него на груди, под конец, вручив капитанский значок. Потом снова приказы и беготня, пока организм не взбунтовался, и он не провалился в забытье.
В себя Вил пришел в медотсеке «Мародера», когда тот заходил на посадку в космопорте Тида. После чего, получив чистую форму, был в приказном порядке отправлен домой на две недели.
— Не забудь только завтра явиться в госпиталь, — грозным тоном, что никак не вязался с доброй улыбкой, и заботой во взгляде, предупредил его старик хирург.
До дома Вил дошел пешком, наслаждаясь свежестью теплого вечера, и запахами цветов. Открыв дверь, он, не включая свет, прошел в гостиную, где перед включенным головизором, уютно забравшись с ногами на диван, спала его жена. Рядом в кроватке тихонько посапывал сынок, даже не проснувшийся, когда парень погладил его по головке – лишь улыбнулся во сне чему-то своему, детскому и хорошему.
Сев на диван рядом со своей Эри, он, не решаясь разбудить жену – ведь она, видимо, вся уже извелась и устала – стал перебирать ее золотистые локоны, не о чем не думая, и просто наслаждаясь покоем.
— Вил?.. — сонно спросила, открыв глаза Эритае, и прогладив мужа по голове, удивленно сказала. — А у тебя волосы седые… Я так боялась. Сказали, что тебя…
И она, прижавшись к нему, и положив голову на плечо, тихо заплакала. А Вил в этот момент думал о том, что вот ради этого и стоит жить и сражаться.
Глава 2
Пл. Корусант.
Храм Ордена джедаев.
Спустя 10 дней.
Рыцарь джедай Оби-Ван Кеноби шел по коридору Храма Джедаев на Корусанте как обычно в это время, будить своего ученика, который мало того, что любил поспать с утра, так еще и получил накануне посылку с Набу, а значит лег далеко за полночь. Открыв дверь в комнату Энакина, и уже собравшись перед сложнейшей миссией под названием «разбуди сонного падавана», он очень удивился – мальчишка не только уже не спал, но и увлеченно читал что-то с датапада. Причем был настолько погружен в это занятие, что, даже на приветствие учителя, лишь буркнул что-то невнятное.
Оглянувшись по сторонам, в надежде найти хоть какое-то место, куда можно присесть, Оби-Ван тяжело вздохнул. В комнате его ученика царил ставший привычным беспорядок. Кругом валялись детали каких-то механизмов, а в углу стояли два полуразобранных дроида. Не найдя свободного места, он снял со стула электронный блок, с кучей торчащих из него проводов, и, сев за стол, машинально развернул лежащий там, скрученный в трубочку лист пластобумаги.
Странно, но это оказался, явно, агитационный плакат. На нем, двое мужчин, и женщина-забрачка со знаменем королевства Набу в руках, в запыленной и выпачканной зеленой военной форме, устало шли по улице какого-то полуразрушенного городка. Надпись ауребешем, гласила: «СПОН. Они сражаются за тебя», а внизу размашистым женским почерком было приписано: «Мы живы, и ты там не подставляйся, Эни. Убей врага, и не дай убить себя. Банда Вила».