Страница 4 из 50
Впрочем, надо отдать ему должное, профессионализм и ненавязчивость в общении во многом сводят на нет его недостатки, попросту не оставляя им пространства для демонстрации.
К вящему моему неудовольствию, все, кроме разве что Оленьки, называют Снегова не иначе как его нелепым именем-отчеством. Хотя, боюсь, даже если б в один прекрасный день весь коллектив, как сговорившись, дружно стал величать его просто Рюриком, мне пришлось бы остаться в стороне. Ибо служебный этикет гласит: «Чем менее ты расположен к подчиненному, тем более должен быть с ним корректен и официален!» Что поделать, положение обязывает!
Такова наша «старая гвардия». Еще у нас есть курьер — Аня Тетерникова. Тихая, незаметная, патологически молчаливая, она в совершенстве умеет сливаться с ландшафтом. О ней никто ничего не знает, и ее безликие двадцать пять с легкостью могут сойти и за «около двадцати», и за «тридцать с копейками». Но в работе она незаменима.
Вот и вся моя жизнь — девять человек, которых я вижу изо дня в день. Я еще раз бегло просмотрела воображаемый список. Что ни говори, а в маленькой норушке вроде нашей многое на виду — если, конечно, вы не готовы, как Анечка, потратить полжизни на сокрытие малейшей информации.
Что, интересно, сказали бы все эти люди обо мне, доведись им так же на досуге составлять характеристики? Ладно, оставлю это на их совести. А что мне еще остается?
Я захлопнула папку. С отчетом порядок — его смело можно сдавать в архив. Итак, я вернулась к тому, с чего начала: все давно идет как по маслу.
Сбылись мечты идиотки — по крайней мере отчасти. А ведь в этих мечтах присутствовали и другие вещи. Отремонтированная квартира, например. Новый год, который я собиралась встретить лучше всех. Решено! Ремонт — это программа-минимум.
Я спохватилась: до декабря-то осталось всего ничего! Ладно, здесь я все равно не нужна. Еду домой — следует для начала оценить объем работ.
Сунув руки в рукава пальто, я подхватила сумочку и покинула кабинет.
«Секретарша» со своего рабочего места глянул вопросительно.
— Мишенька, если понадоблюсь, ищите меня по мобильнику. И вот что… Если по конторе пойдет гулять легенда: «Это было в тот день, когда директриса строила генерального» — я ни на секунду не усомнюсь, откуда дровишки. Хватит с меня уже дровишек.
Мишенька взирал с ужасом и восторгом. Безнадежно. Этого не переделать.
Выйдя на улицу, я поежилась — не май месяц — и накинула кожаный капюшон. А может… Эх, гулять так гулять! Я поймала такси. И замелькали улицы и деревья, облака, мосты, пешеходы… Так хорошо, так свободно было мне, будто САМОЕ ГЛАВНОЕ притаилось поблизости и ждет, когда я его найду. С минуты на минуту.
Я обошла родную квартиру, в первый (и, надеюсь, последний) раз разглядывая ее как «объект» — придирчиво и безжалостно.
Воспоминания обрушились разом, будто и не было шести лет, прошедших после того единственного ремонта, который мы с мужем затеяли его в крохотной московской квартирке на втором году брака.
Запах краски, побелки и клея, свежераспакованные обои, змеящиеся по всему полу, как кинопленка, комично сердитое перемазанное лицо Игоря и мой смех… Солнечные квадраты на полу, а впереди — бесконечная счастливая жизнь, полная предвкушений, жизнь, где все грядущие неожиданности будут приятными сюрпризами и невероятным приключениями… Этой вечности оставалось существовать меньше двух лет, но тогда-то мы об этом не знали. Я по крайней мере точно не догадывалась…
А ведь нет никакой необходимости снова во все это бросаться. У меня есть деньги и нет мужа-сквалыги. Стало быть, если я найму ремонтную бригаду, некому будет упрекать меня в бессмысленном мотовстве. И к Новому году вместо этих готических развалин у меня появится сверкающий чистотой и свежестью дворец. И я буду в нем королевой.
«РЕАЛЬНОСТЬ ЯВИ И РЕАЛЬНОСТЬ СНОВ»
Ремонтную бригаду я нашла быстро — всезнающий Глеб Евсеевич посоветовал фирму. Иногда мне казалось, что дело шло даже слишком споро: кавардак стоял жуткий, то и дело приходилось переносить вещи из комнаты в комнату.
Любимый компьютер примостился на кухне, и все свободное время я проводила там же, окончательно пристрастившись, к Интернету. Мне нравилось иногда порыться там просто так, наудачу, играя «поиском» или бродя по ссылкам, но основным местом моей прописки были два сайта, на каждом из которых я откопала себе по собеседнику. Не так уж мало на моем безрыбье.
На сайт историков-реконструкторов меня впервые занесло с абсолютно пустяковым и прикладным вопросом. Помнится, я хотела выяснить, есть ли в оружейных комплексах ну хоть какой-нибудь аналог легендарного молота Тора, главного бога скандинавской мифологии — этот вопрос занимал меня еще со времен Университета. Нет, я понимала, сколь неразумно проводить параллель между материальным оружием и божественным Молотом, которого никто, кроме древнескандинавских богов, в глаза не видел. Тем более что боги почему-то ни молота, ни схемы его не оставили. Понимала — и именно поэтому в толпу виртуальных незнакомцев выплыла робко, словно юный месяц, прикрываясь фиговым листком «сценического образа».
Вспомнив собственный водительский опыт, в котором мне больше всего помогала заведомая снисходительность серьезных дяденек в отношении глупой тетеньки, я выбрала себе имя «Леди». Имена вроде «Сладкой дурочки» или «Неизлечимой блондинки» показались мне слегка нарочитыми. На сайте я, как и ожидалось, огребла немало прибауток на тему «реликтовой общности, известной как советский народ, сражающейся серпами и молотками», образцом каковой объявлялся «андрогинный символ плодородия», прозванный современниками «Рабочий и колхозница».
Но получила (тоже как ожидалось) и вполне дельную, хотя и не без налета усмешки, консультацию некоего Бродяги — как выяснилось позже, официального историка-консультанта сайта. Какового я сердечно поблагодарила, заодно повинившись, что у моего вопроса при всей его некоторой идиотичности вполне уважительная подоплека — моя природная лень и нежелание делать заново то, что уже кто-то за меня сделал. За лень собеседник меня очень похвалил, напомнив, что все основополагающие изобретения были совершены по той же самой причине — мол, не будь в человеках лодырей, мы бы до сих пор трудолюбиво оббивали кремневые голыши. Если б не вымерли, конечно. Далее разговор потек сам собой и прерывался только редкими вопросами неделикатных оружейников, пытавшихся вырвать у меня из когтей собеседника и вновь черным волшебством обратить его в своего консультанта.
В следующий раз я вылезла к реконструкторам (или, вернее, к Бродяге) с вопросом о некоем убойном снадобье, которое простодушные викинги привезли из очередной турпоездки в земли богатых соседей, считая его то ли приворотным зельем, то ли вошегонкой. А возможно, и тем и другим: кто знает, может, истребившие на себе насекомых соплеменники пользовались у холодных красавиц севера повышенным спросом?
В ответ Бродяга назначил мне день и час для встречи в «привате». Сдается мне, приворотная вошегонка в сочетании с моими комментариями сразила его наповал.
После того бурного объяснения, в ходе которого собеседник главным образом заклинал меня не испытывать это ни на ком и вообще не брать в руки, а заодно вскользь коснулся еще десятка тем, все из которых я поддержала либо с энтузиазмом, либо со знанием дела, Бродяга предложил мне постоянные отношения. «В привате». Ибо для сайта реконструкторов, по его мнению, я была слишком хороша, а вот для его личного пользования — в самый раз. Впрочем, не желая выглядеть узурпатором, он порекомендовал мне еще два-три сайта, где компания подобралась не в пример интереснее и полезнее. А далее…
На третьем сайте я прилипла, как пешеход к свежему асфальту. Немногочисленные мифотворцы оказались знатоками фэнтезийных миров и при этом были настолько деликатны, что их невесомые творения вплетались в живое полотно чужого мира органично, не искажая рисунка, но делая его ярче. Не исключено, что добросовестность местных «мастеров» была воспитана здесь же, на сайте — жесткими (суровыми, но справедливыми) аналитическими статьями и безжалостными обсуждениями. Особенно беспристрастны и нелицеприятны — как и наиболее детальны и талантливы — мне показались отзывы некоего Профессора…