Страница 45 из 54
— Понимаю, — в свою очередь прищурился Диллон, глядя на Харли. — Вам нужны деньги. Если мисс Бранд согласится обеспечить вас всем необходимым для разработки золотоносной жилы, вы скажете ей, о чем говорилось в записке.
— Что-то в этом роде.
— А если подобная записка вообще не существовала? Если вы все нарочно придумали?
— Но я ничего не выдумывал! Я таскал с собой эту бумажку целых два года.
— Ну а как вы поступите в том случае, если мисс Бранд откажется участвовать в вашем предприятии?
— Я окажусь в чертовски неудобном положении, — ответил Харли. — Мне придется все равно сообщить ей содержание записки. Ведь она — дочь Чарли Бранда и должна узнать правду. Но я уверяю вас, известное мне место в Чифордских горах…
— Я согласна войти с ним в долю, — вмешалась Делия. — Я скопила достаточно денег, чтобы…
— Я сам финансирую его, — заявил Диллон, доставая из кармана чековую книжку и ручку. — Итак, Харли, о чем эта записка? Говорите, и я сейчас же выпишу вам чек или, если вы предпочитаете наличные…
— Мне не нужны деньги сию минуту. Только когда мне разрешат покинуть этот проклятый город. — Губы старого золотоискателя вздрагивали от охватившего его нетерпения, руки беспокойно шарили по скатерти. — Значит, вы готовы выдать мне ссуду? Даже до трехсот долларов?
— Разумеется.
— И прибыль пополам?
— В рамках обычных правил.
— Отлично, — согласился Харли, стараясь сдержать волнение. — Хотя, должен признать, вы не очень похожи на адвоката. На листке было написано: «Пума на охоте 450 «У.Д.».
— Пума?! — невольно вырвалось у Делии.
— Подожди минутку, — остановил ее Тай. — Записка написана карандашом или чернилами?
— Черными чернилами.
— Может, ее написал Чарли Бранд? Как вы полагаете?
— О нет! Почерк Чарли я хорошо знаю. Тут буквы крупные, круглые и толстые.
— Фраза написана в одну строчку?
— Нет. В первой строке стояло слово «пума», ниже — «на охоте», еще ниже — «четыреста пятьдесят», а в самом низу — «У.Д.».
— «Четыреста пятьдесят» написано словами или цифрами?
— Цифрами. Четыре, пять и ноль, без всяких черточек или точек между ними. Затем внизу — заглавные буквы: У и Д.
— Тай! — воскликнула Делия. — Уверяю тебя, «пума» — это Уинн Коулс! Она в то время всячески обхаживала отца, пытаясь разузнать побольше о его делах. Он много шутил по этому поводу, когда бывал дома…
— Очень может быть, — кивнул Диллон. — Но возможны и другие объяснения. Конечно, Уинн Коулс всегда не прочь поохотиться за чем-то или кем-то, и «У.Д.» напоминает подпись.
— Но слово «пума», вне всякого сомнения, относится к Уинн Коулс!
— Очень может быть, — повторил Диллон. — Вам, Харли, известен кто-нибудь, чьи имя и фамилия начинаются с этих букв?
— Нет. Думал над этим целых два года.
— Вы уверены, что почерк не Чарли Бранда?
— Так же верно, как дважды два.
— Вы сказали: листок лежал под ним. Как это «под ним»?
— Очень просто. Я перевернул Чарли, чтобы поудобнее ухватить и отнести к лошади, и бумажка оказалась на полу, сложенная вдвое.
— Может, она валялась там еще до его прихода.
— Чертов адвокат! — рассердился Харли. — Откуда она взялась? Только я останавливался в хижине в последние два месяца перед убийством.
— Или Чарли Бранд носил записку в бумажнике, и она выпала, когда убийца искал деньги.
— Он никогда не имел бумажника, деньги обычно хранил при себе в специальном поясе, а деловые бумаги, расписки и тому подобное держал в кожаной папке, которую всегда прятал в седельную сумку. Она висела вместе с седлом на перекладине возле наружной двери, ее никто не открывал. — Глаза Харли превратились в узенькие щелочки. — Если вас интересует, как записка оказалась под Чарли Брандом, то я объясню.
— Вам известно, как она туда попала?
— Я хочу только растолковать вам. И хотя я не адвокат, но еще в состоянии здраво рассуждать. У меня было два года, чтобы сообразить, как все произошло.
Парень, который застрелил Чарли, свернул с большой дороги примерно в двух милях к северу от Шугабоула и двинулся далее через горы пешком…
— Почему именно в двух милях к северу от города?
— Здесь единственное место на дороге, где можно надежно спрятать автомобиль между больших камней.
— Но отчего он дальше пошел пешком? Почему бы ему не поехать на лошади?
— Ну а где бы он мог достать лошадь, чтобы никто об этом не знал? — взглянул Харли на Диллона, удивленный его наивностью.
— Ну хорошо, хорошо. Продолжайте.
— Относительно пояса для денег и кожаной папки все правильно, — вставила Делия. — Отец всегда брал их с собой в поездку.
— Как дважды два. Никто не станет утверждать обратное. Итак, парень топает через горы и добирается до лачуги первым.
— Почему именно первым? Откуда вам знать?
— Очень просто. Чарли в тот день приехал на лошади Берта Оукли из Шугабоула и привязал ее возле самой двери. А у этого коня есть дурная привычка: стоит только где-то поблизости появиться постороннему человеку, как он начинает громко ржать и бить копытами. Если бы Чарли оказался в хижине первым, он услышал бы ржание и, зная, сколько при нем денег, обязательно подошел бы к двери с револьвером наготове. Но его оружие осталось в кобуре, а он сам лежал в десяти — двенадцати шагах от входа. Стало быть, убийца уже прятался в хижине.
— Звучит вполне правдоподобно. Дальше.
— Ну, Чарли входит, и злодей укладывает его наповал с одного выстрела. Проще простого с такого близкого расстояния. Цель преступника: завладеть деньгами. Он страшно торопится, так как не имеет ни малейшего представления о том, что больная нога задержит меня на пять или шесть часов. Пояс с деньгами довольно широкий и объемистый, и убийца снимает с себя куртку, чтобы самому им подпоясаться. Он уверен, что надетая поверх куртка скроет добычу от посторонних глаз. Местность там довольно малолюдная, но всегда можно нечаянно на кого-то наткнуться. Преступник нервничает, ожидая с минуты на минуту моего появления, и в спешке не замечает, как у него из кармана куртки выпадает записка. Стаскивая пояс, он переворачивает Чарли и случайно накрывает мертвым телом листок.
Делия сидела, покусывая, нижнюю губу. Диллон слушал, сдвинув брови и напряженно вдумываясь в каждое слово Харли.
— Зачем ему понадобилось возвращаться пешком?
Почему он не воспользовался лошадью Чарли Бранда?
— Если бы он это сделал и если бы эту лошадь обнаружили в двух милях от Шугабоула, то даже сам Кен Чемберс, при всей его злобе, не смог бы посадить меня за решетку. У этого малого хватило ума оставить лошадь на привязи. А раз мы уже заговорили об уме, — Харли взглянул поочередно на Делию и Тайлера, — Кен Чемберс сейчас в Коуди.
Насколько мне известно, он находился в городе и вечером во вторник, когда убили Джексона. Кто застрелил его, тот и забрал у него записку. Я ничего не предлагаю, а лишь высказываю свои соображения. Но на вашем месте, будь у меня достаточно мозгов, я бы занялся вплотную Кеном Чемберсом.
Вы считаете, что Кен Чемберс убил Чарли Бранда?
— Ничего подобного я не говорил, а лишь посоветовал поближе присмотреться к нему.
— У вас есть какие-либо основания подозревать его? Какие-нибудь улики? — спросил Диллон.
— Ничего, кроме обыкновенного здравого смысла. Я слишком хорошо знаю, на что он способен, — ответил Харли.
— Неужели Кен Чемберс мог решиться на такое преступление? Где он был в тот роковой день?
— Не знаю. Однако выяснить это не мешало бы.
Нахмурившись, Диллон в раздумье покачал головой и на некоторое время замолчал.
— Кен Чемберс здесь ни при чем, ведь под «пумой» в записке подразумевается Уинн Коулс, — начала Делия. — Я в этом убеждена. Какая связь между ней и Чемберсом?
— Откуда мне знать, Дел, — ответил Диллон угрюмо. — Где теперь этот проклятый листок, который никто не видел, кроме Харли, и который пропал?.. Какого качества была бумага? Дорогая или дешевая? — вновь обратился он к Харли.