Страница 19 из 74
Мальчик в замешательстве смотрел на ведьму. Стояла прекрасная ночь, небо было ясным. Но всё быстро изменится. На них надвигалась буря. Она надеялась, что им удастся её опередить, но, похоже, будет не так.
— Мальчик! — Ведьма подождала, пока большие глаза ребёнка сосредоточатся на ней. — Живо выполни приказ.
Он кивнул и побежал, скорее всего, чтобы просто оказаться от ведьмы подальше.
К ведьме вернулся Брастиас.
— Морвид, что происходит?
У неё не было времени объяснять. Она проигнорировала беспокойство в его голосе.
— Помоги мне подняться.
Он легко поставил её на ноги.
— Сумка. — Не было времени на вежливости.
Брастиас быстро передал ей сумку. Ведьма направилась к реке.
— Уверена, что не нуждаешься в моей…
— Нет, Брастиас! — Морвид остановилась, осознав, что только что рявкнула на него. Боги, вторгшиеся в её тело, вызвали эту реакцию. Воин ничего плохого не сделал.
Она оглянулась на него.
— Прости, я не собиралась…
— Морвид, не извиняйся. — Он одарил её тёплой улыбкой, не разозлившись на её внезапное и резкое изменение настроения из-за постоянной смены ветров магии. — Иди. Мы приготовим еду к твоему возвращению.
Брастиас знал, что она дико голодная после работы с магией. Этот мужчина был идеален.
Он усмехнулся.
— Если сможем найти пасущуюся рядом корову.
Морвид ещё мгновение посмотрела на него и ушла. Саркастический ублюдок.
* * *
— Почему ты со мной такой милый?
— Что? — Бриёг поднял взгляд от игры, в которую последний час они с Эйбхиром играли. Сосредоточенный на фигурках и следующем ходе, Бриёг едва ли замечал, что Эйбхир смотрит на него.
— Я спросил, почему ты со мной такой милый?
— А я не могу быть милым со своим младшим братом?
— Нет.
Бриёг усмехнулся, но подавился смешком, когда в пещеру ворвался окровавленный Гвенваель, который тащил в хвосте взбешённую Талит.
— Какого чёрта здесь происходит? — потребовал он, когда Гвенваель бросил Талит к его ногам.
— Эта сумасшедшая стерва воткнула в меня кинжал!
— Ты стоял у меня на пути! — крикнула в ответ Талит.
Зарычав и обнажив клыки, Гвенваель направился к ней. Бриёг встал между ними, уставился на младшего брата и тоже обнажил клыки.
— Знаю, брат, что ты не упустишь своего повода.
— Она сумасшедшая. Ты её ещё не заполучил, поэтому предлагаю поужинать ею сегодня прежде, чем ей удастся убить нас, пока мы спим.
Несмотря на то, что человеческие мужчины были для его брата игрушкой, Гвенваель никогда не предлагал «пообедать» женщиной. По крайней мере, не так. И то, как большой златогривый дракон пытается заглянуть за Бриёга и посмотреть на Талит, сказали старшему брату, что Гвенваель просто хотел её напугать. Что хорошо. Потому что желание Бриёга защитить эту женщину — даже от собственного клана — его ошеломило. Он понятия не имел что бы сделал, если бы Гвенваель действительно хотел обидеть Талит.
— Эйбхир, позаботишься о царапине нашего братца?
— Царапине? Ты называешь это царапиной? — Он указал на рану в лапе и поморщился. — Да она едва не выколола мне глаз!
— Гвенваель, не преувеличивай, — поддразнил Эйбхир, помогая Талит подняться на ноги, позволив ухватиться ей за один из своих когтей. — Когда я закончу, ты будешь как новенький.
— Это моё логово. Я хочу, чтобы она ушла.
Бриёг подавил смешок прежде, чем у Гвенваеля появилась возможность оторвать ему голову. Эйбхир схватил Гвенваеля за предплечье.
— Гвенваель, прекрати. — Он махнул брату хвостом. — Пойдём.
Эйбхир ушёл и утянул за собой Гвенваеля.
Бриёг смотрел им вслед, пока они не скрылись из вида. Его повеселило, что Талит посчитала, будто он достаточно отвлёкся, чтобы не заметить, что она пытается улизнуть.
Он ударил кончиком хвоста перед ней и ведьма вскрикнула, а затем пнула его.
— Чёрт побери, эту штуку!
— Миледи, ты ранила моего брата.
Она повернулась к нему лицом.
— Ты же сам сказал, что у него всего лишь царапина.
— Я сказал это в надежде уберечь тебя от того, чтобы стать его следующим полуночным перекусом. Я оставил при тебе кинжал, потому что верил, что ты не станешь им пользоваться. Тем более, не против моего брата.
Талит выглядела немного пристыженной.
— Я не хотела его ранить. Я просто хотела уйти.
Видимо, брат был многим ему обязан, раз не позволил ей уйти.
— Почему?
— Что почему?
— Почему ты хочешь уйти?
— Ты шутишь.
— Нет, не шучу. Хочу услышать твои причины. Хочу узнать, неужели ты считаешь меня и моих братьев настолько ужасными, что скорее испытаешь на себе гнев богов, чем останешься с нами?
Даже глубоко в пещере Гвенваеля они слышали гром и удары молний по земле. Это была не такая погода, в которую кто-то, будь он человек или дракон, вышел бы на улицу.
— Вы драконы. Наши самые презираемые враги.
Бриёг закатил глаза и сел на задние лапы.
— Честно говоря, маленькая ведьма, я знаю, что ты можешь быть выше этих предрассудков.
Талит вздохнула. Тяжело. Её плечи поникли. Она медленно покачала головой, уставилась карими глазами в землю у своих ног.
— Я просто не могу остаться.
* * *
Если бы только он был так же глуп, как и тот, кого она звала своим мужем. Если бы только он чуть больше заботился о чём-то, помимо себя, то никогда бы не понимал, когда она врёт.
Не то чтобы провести свою жизнь среди чешуи и хвостов было бы для неё большим удовольствием. Но впервые с того рокового дня как к ней пришли Арзела и жрица, Талит ощущала удовлетворение. Не совсем счастье, но она никогда и не была счастливым человеком.
Как шутила её мать — в те редкие моменты, когда женщина о чём-то шутила — «Нолвеннские ведьмы и счастье — слова, которые не употребляются в одном предложении».
Талит не хотела причинять боль Гвенваелю, но он не оставил ей иного выбора.
— Талит, ответь мне.
Чёртов драконий голос. То, как Бриёг произносил её имя… Оно словно обволакивало её как покрывало. Но Талит не смела посмотреть ему в глаза. В те фиолетовые глаза, которые видели её насквозь.
— Бриёг, я просто не могу остаться.
— Тебя кто-то ждёт?
Раздражённая его настойчивостью, Талит посмотрела на него и рявкнула:
— Да. Вообще-то меня ожидает целая армия. Я намереваюсь их всех обслужить. Счастлив? Теперь я могу идти?
— Ты не способна дать мне прямой ответ?
— Ты не способен меня услышать? Я хочу уйти. Сейчас.
Вокруг дракона вспыхнула пламя, а затем исчезло, оставив после себя мужчину. И какого мужчину…
Талит не знала, что хуже: дракон Бриёг, который мог съесть её в один укус или человек Бриёг, которого хотела съесть она в один укус.
— Почему ты во всём со мной споришь?
Она его злила. Отлично. Гораздо легче иметь дело с сердитым драконом, чем с внимательным и заботливым.
— А почему ты меня не слушаешь?
— Даже если бы я хотел тебя отпустить, ты бы всё равно не смогла бы уйти в такую погоду.
— Я буду делать то, что мне хочется, ты, огромный, чешуйчатый ублюдок. И это значит, что я ухожу.
Талит развернулась, чтобы уйти, но Бриёг жёстко схватил её за руку и развернул к себе.
— Не уходи от меня!
— Убери от меня руки, если не хочешь, чтобы я поранила тебя, как твоего брата.
У неё всё ещё в правой руке был кинжал. И эту руку Бриёг дёрнул к себе, к своему горлу, прижимая остриё к мягкому местечку между шеей и ключицей.
— Тогда, сделай это, маленькая ведьма. Вонзи кинжал и беги.
Талит уставилась на кончик кинжала, вдавливающийся в мягкую плоть.
«Сделай, Талит, давай же».
Она снова и снова кричала на себя, но не могла. Талит не могла убить его.
— Не можешь это сделать? — Это не прозвучало самодовольно или высокомерно… а удивлённо. — Не можешь?