Страница 36 из 49
Двадцать линейных кораблей и десять фрегатов, словно гигантские спящие птицы, покачивались на волнах в небольшой гавани, расположенной за лесистым перешейком, вдали от шума и гама торговой пристани. Здесь они были в полной безопасности, недосягаемые для любопытныех взоров чужеземных торговцев, каждый из которых вполне мог оказаться ещё и шпионом. Пятнадцать лет адмирал Линсон приводил в эту гавань свою эскадру, измотанную длительными переходами через океаны, и, пополнив запасы, почти сразу же отправлялся обратно в море. Долгие отлучки на берег адмирал не любил, да и сам не покидал корабли более чем на два дня, лишь для короткого доклада Её Величеству и главе Адмиралтейства. Но старик Линсон ушёл в отставку и отправился в своё имение в Соммерсетшире, а эскадра, проводив своего любимца, целых две недели стояла на приколе в ожидании нового назначения. Люди маялись от безделья, то и дело прося отпустить их в город, дабы успокоить душу в портовых тавернах, а заодно узнать последние новости.
- Долго ещё мы будем терять время в этой дыре, - нервно прохаживавшийся по палубе восьмидесятипушечного линейного корабля «Королева Елизавета» хмурый господин выругался и сердито взглянул на берег, будто ища там неведомого противника. Мужчине на вид можно было дать чуть более сорока лет, он был крепок, мускулист и подтянут, а на лице, украшенном косым шрамом, пролегли преждевременные глубокие морщины. За ним, словно тень, следовал невысокий черноволосый человечек лет тридцати пяти, слишком упитанный для своего возраста, но необычайно подвижный.
- Ты слышал новости, Уиллсбери? – буркнул морской волк, покосившись на своего спутника
- Да, господин вице-адмирал, - с почтением кивнул тот
- Представляешь, что теперь будет? Наша королева, дай ей Бог здоровья, совсем из ума выжила, прости меня Господи! – и вице-адмирал вновь крепко, по-матросски, выругался.
- Вы уверены в том, что Вам сообщил Ваш человек? – Уиллсбери заискивающе взглянул в лицо собеседнику
- Без сомнений - Фил Джексон никогда меня не подводил. Он водит дружбу с этими красавцами, которые только и знают, что с утра сидеть по кофейням да сплетничать, а по вечерам демонстрировать новые наряды на приёмах.
На волевом лице старого морского волка отразилось всё то презрение, которое он испытывал к изнеженным господам, о которых только что рассказывал своему спутнику
- Так что сообщил Вам Фил? – с интересом спросил маленький юркий человечек
- Он поклялся мне, что адмиралом назначили какую-то бывшую королевскую фаворитку. Фил узнал это от Уильяма Реймса, а тот вовремя припёр к стенке слугу, подслушивавшего у дверей королевских покоев. Правду говорила наша герцогиня Сара – Анна уж слишком жалует женщин, забывая о том, что на свете есть настоящие мужчины, вроде нас с тобой, - и вице-адмирал снисходительно похлопал собеседника по спине.
- Вы совершенно правы, сэр, - с готовностью поддакнул тот, - мы уж надеялись, что Её Величество назначит Вас – Вы были с Линсоном во всех походах, и как никто знаете Новый Свет.
- Знаешь, что ещё говорил мне Фил?
Уинсборо молчал, всем своим видом демонстрируя почтительное внимание к старшему по званию
- Что эта бывшая фаворитка – родственница прежних Черчиллей, получившая от Анны все поместья опального герцога Джона! Вот что значит ловкая интриганка!
- Но я слышал, что когда-то она выходила в море, - осторожно попытался возразить Уиллсбери.
- Не знаю, быть такого не может, чтобы женщина…, - вице-адмирал недоверчиво покосился на Уиллсбери, - мы с тобой, конечно, основательно от жизни отстали – пять лет то в Средиземном море, то в Карибском, то вообще неизвестно где… - забыли, как выглядит английский берег. Две недели в Англии, и то из этой дыры не вылезаем – ждём у моря погоды… Не слышал я ничего подобного, разве что вместе с Рэкхемом каких-то двух красоток поймали – мне на Ньюфаундленде говорили местные. Но думаю, что всё это байки - каждый матрос знает, что женщина на корабле – к несчастью.
Уиллсбери не знал, что сказать, и молчал, тупо уставившись на чисто выдраенные палубные доски.
- А ты что слышал об этом, Уиллсбери? – видя смущение своего подчинённого, поинтересовался вице-адмирал
- Да разве что то, что она раньше пиратствовала в районе Багам, а потом вдруг появилась при дворе и сразу стала фавориткой, но ненадолго – её быстро отправили в отставку. Мне рассказывал это …, - Уиллсбери осёкся, вспомнив, что обещал не выдавать Андреаса Блэка, неделю назад отпущенного им в Лондон для встречи с возлюбленной – одной из кенсингтонских служанок. Вместо обещанных трёх дней матрос пробыл в столице целых шесть, лишь вчера вечером вновь появившись на судне.
- Не верю я в эти сказки, - вновь выругался вице-адмирал, не заметивший смущения капитана, - довольно с нас этих юнцов разряженных, а теперь очередная любимица нашей почтенной Анны. Думаешь, почему она задерживается – наверняка с утра нежилась в постели, а потом распекала служанку и вертелась перед зеркалом. Тряпки, жемчуга, бриллианты – вот что у них на уме. Теперь будет нас учить, какого цвета камзолы носить, и как пришивать к ним ленточки. А ведь Англии грозит серьёзная беда – когда мы ремонтировались на Ямайке, я слышал в одной таверне, будто французы с испанцами и готовят нам новую Армаду.
Об Армаде Уиллсбери тоже слышал от Блэка, но предпочёл почтительно промолчать, всем своим видом выражая согласие с вице-адмиралом.
- И кого нам присылают вместо достопочтенного Дрейка, победившего испанцев при Елизавете? – продолжал тот, - Какую-то бывшую фаворитку, которая гик не отличит от утлегаря. Вот что, Уиллсбери, попробую-ка я добиться аудиенции у королевы. Раскрою ей глаза на происходящее и попытаюсь убедить изменить решение. Тебя оставляю за главного, но только ты встреть эту дамочку так, чтобы сразу же поняла – будь она хоть трижды фаворитка, но в морские дела придворным красоткам путь заказан!