Страница 239 из 256
- Верно, – кивнул Самаэль. – Точнее, в самом начале, до моего вмешательства и вмешательства твоего отца в судьбу этого ребёнка, отцом девочки должен был стать Виктор Деланье. Так должна была распорядиться судьба. Так должно было быть по закону мироздания.
- Что?! Виктор Деланье должен был быть моим настоящим отцом?! То есть… ты хочешь сказать, что я, изначально, должна была родиться обычным человеком?! Но… как?!
- Человеком должна была родиться не ты, Милена. А та душа, которая должна была занять это тело. Так сказать, истинная душа. Кроме того, если бы вмешательства не было, Милена Деланье должна была стать, лишь, старшим ребёнком Ребекки и Виктора. Не единственным. У неё был бы младший брат, так как Ребекка не потеряла бы возможность иметь детей. Но… судьба изменилась кардинально. Я уничтожил душу этого тела, чтобы освободить место для тебя. А отцом ребёнка стал Высший демон. С этого момента всё и поменялось. Невозможность твоей матери иметь детей, её сделка с Аббадоном, лаборатория Виктора Деланье, «Шисуна»… Всего этого не было в настоящей судьбе Милены Деланье. Это всё стало результатом нарушенного мной и Саварисом закона мироздания. Закона, который запрещено нарушать любому, кем бы он ни был.
- Саварис… Мой отец знал о том, что я, можно сказать, не его дочь?
- Нет. И сейчас не знает. Саварис, вообще, не знал о моём участии во всём этом. У него цель была другой. Кое-кто сказал ему, что если он свяжется с определённой женщиной, то родится ребёнок с внешностью его возлюбленной. Это было тем, что он хотел.
- Внешность возлюбленной... – я стала медленно понимать. – Ты хочешь сказать, что мой отец… Саварис любил мою мать – Адалиссу? Поэтому, я выгляжу, как она?
- Да, Саварис Кавэлли любил Адалиссу. Любил так сильно, что, как и я, согласен был пойти на многое. Магия связи человека и демона, любящего Адалиссу, сделала возможным сотворить, практически, идентичную внешность с Адалиссой. И, кроме того, преодолеть теоретическую невозможность детей от связи человека и демона.
- Саварис любил Адалиссу… Тогда выходит, что… Ребекку Деланье он не любил? Просто использовал её?
- Я не хотел, чтобы ты узнала об этом, но – да. Любви к человеческой женщине у Савариса не было.
«Вот и конец красивой сказке о запретной любви. О любви демона и человека. Всё было ложью».
В этот момент, я вспомнила о том, что Ферокс говорил о моём отце… Что он относится ко мне, не как к дочери… Теперь, сопоставив всё: использование Ребекки Деланье, внешность возлюбленной… Слова дракона приобретали страшный, для меня, правдивый окрас.
- Тот, кто сказал моему отцу о Ребекке… О возможности ребёнка с такой внешностью… Это был ты?
- Да. Саварис Кавэлли был единственным, кто мог стать твоим отцом. Хотя, сам Саварис так и не понял, что это я разговаривал с ним тогда.
- Значит, по сути, я заняла чужое место, да? – эта мысль была неприятна, но так оно и было. – Закончив свою собственную жизнь, как Кэтэрина, я разрушила жизнь Милены Деланье? Её душа была уничтожена ради меня?
- Да. Ради тебя, но не из-за тебя. И я не жалею о том, что сделал. Я жалею, лишь, о том, что тебе пришлось столько страдать из-за этой изменившийся судьбы. Это называют «оскалом фатума».
- Оскалом фатума?
- Фатум – судьба. Судьба не любит, когда её, насильно, изменяют, – стал объяснять Самаэль. – Она начинает мстить. Скалится на того, кто стал её заложником. Это можно сравнить с человеческой игрой – домино. Одно изменение судьбы влечёт за собой ещё большие изменения.
- И чем дальше… тем хуже будут эти изменения? – перед глазами у меня были костяшки домино – как одна из них падает, рушив все остальные.
- Не обязательно хуже. Но сильно отличающиеся от изначальной судьбы. Я знал об этой возможности. Я знал, что, скорее всего, тебя ждут сложные жизненные испытания из-за того, что я сделал, но… я не мог поступить иначе. Я так хотел… чтобы ты вернулась ко мне.
- Получается, что всё то, что происходило в моей жизни… это – оскал фатума? Наказание за изменение судьбы? Наказание за уничтожение чужой души?
- Да. Я понимаю, что виноват перед тобой, Милена. Я обрёк тебя на эту жизнь. Но, ты была мне так нужна...
- Я не виню тебя, Самаэль, – я сделала шаг ему навстречу, коснулась его. – Если так рассуждать, то я первая уронила костяшку домино. Лишила себя жизни и, тем самым, запустила цепную реакцию. Милена Деланье… Если бы я не дала тогда слабину… не поступила бы так глупо… То у этой девушки была бы совсем иная жизнь. А я, ведь, чуть было, не совершила то же самое… Я тебе не рассказывала, но… в тот день, когда погиб Кай и все остальные, я хотела покончить с собой. Снова. Но, в этот раз, меня спасли. Теперь, зная обо всём, что ты рассказал… Ты многое сделал для меня, Самаэль. Ради меня ты нарушал запреты, пошёл на всё… А я, чуть было, не уничтожила все твои старания, сведя всё на нет. Хотя, я ничего и не знала, но… я больше никогда не буду пытаться лишить себя жизни. Это я тебе обещаю.
Я замолчала на минуту, пытаясь переварить всё то, что узнала. А, затем, задала ещё один вопрос, который меня интересовал:
- А кем была моя мать? Ты знаешь? Она превратила бабочку в человека… Дала ей душу. Значит, демоном она быть не могла. Демоны не сильны в создании чего-либо. А уж сотворить человеческую душу… Ни один демон такого бы не смог. Может, она была ангелом?
- Адалисса? Ангелом? – Самаэль усмехнулся. – Нет, ангелом она не была. Она была созданием более древним. Она была старше расы демонов, ангелом и драконов.