Танец на осколках души

- Не наглей, моя дорогая Милена, – произнёс он, в то время, как рана на его руке зажила до того, как он договорил фразу. – Если я позволяю тебе чуть больше, чем кому бы то ни было, это не означает, что я позволю переходить границы.

- А я, разве, перешла границы? – невинно хлопнув глазами, спросила я (хотя, наверное, с измазанными чужой кровью губами, изобразить невинность у меня не сильно получилось).

- А ты думаешь, что нет? – злобно оскалился мужчина. – Я никому не позволю – ни тебе, ни кому-нибудь другому – делать что-то, что мне не нравится!

- Ну, не злись, не злись! – нежно проговорила я, подбираясь к Аббадону, обхватывая его за шею и прижимаясь к нему. – Я больше не буду, обещаю. Ты же мне веришь? – я поцеловала его губы и лизнула шею. – Веришь?

- Такое ощущение, что маленький котёнок превращается во взрослую кошку, – с, вновь, непонятной мне интонацией, сказал Аббадон.

- Мне это можно воспринимать как комплимент? Или, наоборот? – с интересом спросила я.

- Пока ещё не решил.