Страница 175 из 256
- По-другому не выйдет, Милена. Да и у тебя будет шанс ранить меня. А ты же так сильно меня ненавидишь, верно?
- Последнего отрицать не стану. Но, ты не хуже меня знаешь, что и шанса у меня никакого нет. Так что, не надо мне давать ложные стимулы.
- Как хочешь. Но я хочу, чтобы ты использовала свою ненависть ко мне в сражении.
Абигор, даже не договорив последнюю фразу, напал на меня. Лезвие его меча свистнуло в миллиметре от моей шеи, когда на его пути возникла моя коса. Я не успела ничего сообразить или отреагировать, когда коса, словно бы сама собой, загородила своим древком мою шею. Металл ударился о металл, а я еле устояла на ногах. Если бы Абигор, действительно, сражался со мной на смерть, используя всю свою силу, я бы уже рассталась с жизнью. А так, я чувствовала, что Абигор, как будто, играет со мной, поддаваясь и позволяя мне попытаться ударить его в ответ. Что я и сделала, стоило только мечу демона войны отдалиться от меня на пару сантиметров. Я напала на него, одолеваемая чувством ненависти к этому мужчине, отбросив любые сомнения. Я знала, что всего одна мысль о страхе или неуверенности не даст мне даже и думать о том, чтобы ранить Абигора. А мне этого хотелось! Ох, как сильно мне хотелось оставить хоть малейшую царапину на коже Верховного демона! Я чувствовала, что коса, как и я, перестаёт испытывать страх к демону войны. В моём демоническом оружии не осталось ни одного желания или эмоции, кроме жажды убийства. И даже несмотря на то, что таким оружием, как косой, я никогда не пользовалась и не умела этого делать, руки сами двигались в правильную сторону, видимо, ведомые самим оружием. Правда, в сражении с Абигором, меня это не спасало. Он отбивал все мои выпады с поразительной лёгкостью, словно отмахиваясь от мухи. Это, в свою очередь, злило меня ещё больше. Я нападала снова и снова… В конце концов, дошло до того, что во мне, как и в моей косе, не осталось ничего, кроме жуткого, всепоглощающего желания убить Абигора. Кроме этого, в голове не осталось никаких мыслей. А с косой мы стали, как единое целое – желанием, чувствами… Даже, можно сказать, телом. Мои движения продолжали её и наоборот. Я не чувствовала разницы между собой и ею.
- Стоп, – произнёс одно единственное слово Абигор.
И я, тут же, замерла. В один миг я вспомнила, кто передо мной стоит и, в тот же момент, тоже самое вспомнила и коса.
- А ты, ведь, действительно, меня ненавидишь, Милена! – с каким-то непонятным для меня весельем, сказал Абигор.
- Я же говорила об этом с самого начала, – ответила я. – Я этого не отрицала. Что тебя удивляет?
- Мне многие говорят, что ненавидят меня. А, на самом деле, кроме страха передо мной, в них ничего нет. Такую чистую, незапятнанную и неприукрашенную ничем, ненависть мало, кто испытывает в действительности. А вот ты… ты испытываешь!
- И тебя это так радует? – ход мыслей демона войны был мне не понятен.
- Чистая ненависть, как и слепое обожание, не может не радовать. Тем более, демона.
- Да? А вот мне не нравится, когда меня ненавидят. Так ты убедился, что я не порежусь своей косой в светлом лесу?
- Вполне. Но, я хочу убедиться ещё кое в чём.
- Да в чём ещё-то ты хочешь убедиться? – с раздражением спросила я. – По-моему, ты уже всё узнал, что хотел. Мне идти пора.
- Терпение, Милена, – в голосе демона войны послышалась угроза. – Когда я решу, что я узнал всё, что мне нужно, тогда и уйдёшь.
Начинающееся раздражение в голосе Абигора, мгновенное, привело меня в чувство. Я почувствовала, что перешла границу дозволенного.
- Прости, Абигор, – я, слегка, склонила голову, в жесте извинения. – Я… я погорячилась. Так, что ты хочешь знать?
- То, что ты меня ненавидишь, я понял. Но… видишь ли ты во мне врага?
- А, разве, это не логично, что тот, кого ты ненавидишь, твой враг? – не поняла я.
- Ты в этом так уверена? Правда считаешь меня своим врагом, Милена?
Я непонимающе смотрела на Абигора. Какого ответа он добивался? Если ты кого-то ненавидишь, то ты, априори, относишься к этому человеку (или не человеку) враждебно. Тут даже вопроса никакого не должно возникать. А Абигор протянул ко мне руку и провёл ею по волосам. Я, машинально, отпрянула. Но, недовольства по этому поводу мужчина не высказал. Он спросил:
- Как ты думаешь, почему твоя коса сейчас не оградила тебя, как в том случае, когда я напал на тебя с мечом?
- Потому, что она не чувствовала опасности? – осмелилась предположить я.
- И это тоже. Но… если бы она, на самом деле, чувствовала, что ты относишься ко мне, как к врагу, ей было бы всё равно – с мечом я к тебе подхожу или без. Она бы стала защищать тебя от меня в любом случае, несмотря на то, что она меня боится. А так… Кем же ты считаешь меня, Милена?
Я не знала, зачем Абигору это нужно, но честно задумалась над этим вопросом. Если я не считаю его врагом, то кем тогда? Да, демона войны я ненавидела. Ненавидела за то, что он делал. Ненавидела за то, что он такой, какой есть. Он был жесток. Он бы опасен. Опасен… На этом моменте я, мысленно, споткнулась. Опасен-то он опасен, но опасен ли он для меня лично? С какой стороны не посмотри, а выходило, что – нет. И дело не в том, что Абигор был моим покровителем. Дело было в том, что я была связью Люцифера с драконами. Демон войны никогда не убьёт меня, пока я нужна повелителю Преисподней. Соответственно, Верховный демон никак не мог являться моим реальным врагом. И, выходило, что по его собственным словам, и я его таковым не считаю? А кем я тогда его считаю? Не знаю. Абигор – Верховный демон. Один из могущественнейших созданий Преисподней. Хозяин положения в отношениях со мной. Но… как ни парадоксально, не враг. Ненавистный, злобный, похотливый, властный, сильный… кто? По сути, такой же демон, как и я. Если уж на то пошло, то Абигор был мне ближе, чем те же люди или драконы. Так сказать, ближайший родственник. Родственник, которому необходимо подчиняться. Не враг… Сложно признавать, но так и есть на самом-то деле.