Страница 4 из 87
— Она напугана, — несчастно сказала Тиа. — Она не может принять нас. Боюсь, все потеряно.
— Ничто не потеряно, пока оно не умерло, — сказала бабушка со стальной решимостью. — Хотя и в том случае я не уверена.
Она оказалась передо мной, опустила ладони на мои плечи. Они лежали там, теплые, тяжелые и успокаивающие.
— Лили-лапушка, послушай меня, — хорошо, что она была здесь, что я слышала ее знакомый голос. Это была искра нормальности в океане смятения. — Понимаю, что все это пугает, но я не могу принять мир, где ты закрываешься от меня. Творится что-то странное, да, но женщины семьи Янг поднимаются и делают то, что нужно. Я ни разу не удивлена, что ты уже дважды спасла мир. Внучка, которую я знаю, никогда не бросала важное, а это звучит очень важно.
Бабушка погладила мою щеку и легонько похлопала.
— Более того, подозреваю, что юноша, которого ты любила и потеряла, был тем, кого ты отправилась спасать, да?
Она вглядывалась в мои глаза, но, даже если бы я знала ответ, я не смогла бы пошевелить губами. Почему-то сейчас мои два внутренних голоса молчали.
— Хмф, — фыркнула бабушка и посмотрела на Оскара, но он только пожал плечами и вскинул руки, словно не хотел комментировать тему. — Хорошо, Лили-лапушка, обдумай это, пока я буду знакомиться с девочками, что теперь с тобой, и решать, что делать дальше.
Она звучала так, словно у меня была вечеринка с ночевкой, и она устанавливала правила.
— Но я жду, что ты будешь стараться изо всех сил, чтобы совладать с ситуацией. Отрицание тебе не поможет. Ему не место на моей ферме, — она улыбнулась, но заметила, что никто больше не веселится. Она сжала мое плечо, выражая сочувствие и тревогу глазами. — Чем скорее мы разберемся с этим беспорядком, тем скорее я верну внучку.
Над головой загремел гром, ветер ударил по лицу, отбрасывая волосы. Темно-фиолетовые тучи мчались по небу как табун лошадей в пустыне. Капли дождя полетели на землю, за ними обрушился град. Я хотела прикрыть голову рукой, но та, что управляла моим телом, подняла голову и понюхала.
— Что это? — спросила она.
— Бой в Гелиополисе начался, — прошептал Оскар.
— Идемте, — сказала бабушка. — Вам нужно внутрь.
Когда мы все-таки смогли закрыть хлопающую дверь, мы собрались у стола в маленькой кухне, втроем смотрели на окно в каплях дождя, размывающих все снаружи. Град стучал по крыше так сильно, что я скривилась, надеясь, что буря не сорвет доски с крыши.
Оскар кашлянул и отвернулся от стучащего окна с решительным видом.
— Мы ничего не можем поделать с этим. Нам нужно помочь Лили подготовиться.
— И к чему мы ее готовим? — спросила бабушка.
— Ей нужна вся сила. Только так она сможет одолеть зло.
— Одолеть? И как это произойдет?
— Я многого не знаю, но нужно забрать сердце. Она, как вы видели, отлично играет роль воина.
— Да, но…
Оскар опустил ладонь поверх бабушкиной.
— Она — единственная надежда мира. Мы должны помочь ей поверить. Остальное разрешится само.
Бабушка положила другую ладонь на его.
— Так всегда говорил мой покойный муж, — она улыбнулась ему, похлопала по ладони, потом убрала выбившиеся пряди в пучок. — Хорошо, с чего начнем?
— Думаю, нужно перевести свиток. Сможете делать записи?
Бабушка кивнула и сняла с холодильника блокнот с планом на день. Вернув верхний листок на белую поверхность, она вернулась за стол с блокнотом и ручкой. Только бабушка могла подумать, что ей еще нужен список покупок, когда приближался конец света.
Это была бабушка. Значит, я не спала. Это было на самом деле. Они были правы. Я могла или бороться с этим — отбрыкиваться, как говорила бабушка — или могла успокоиться и попытаться понять. Оскар начал переводить, а бабушка записывать, и я прислушивалась.
— Эта часть о Фуриях. У них был ключ, отпирающий склад, где Зевс хранил молнии. Они путешествуют по небу, поют о справедливости в свете луны, озаряющей их путь. Злые слышат голоса дочерей земли и знают, что, когда песня закончится, безветренная тишина смерти настигнет их. Они навеки связаны с богами солнца, луны и звезд, и когда ее жизнь угаснет, солнце и луна почернеют, а звезды упадут с небес. Месяц в печали будет отражать ее лицо, — Оскар замолчал. — Видимо, это относится к Амону, Астену и Ахмосу. Они ведь связаны с солнцем, луной и звездами.
«Погодите. Значит, мы умрем?».
— Вы говорите о нашей гибели? — Тиа думала о том же, что и я.
— Не могу знать, — ответил Оскар.
Тиа только кивнула, словно смирилась с фактом.
— Прошу, продолжайте.
«Почему тебя не тревожит наша смерть?» — спросила я у нее.
«Я уже один раз умерла, — ответил она. — И давно уже смирилась».
«Говори за себя. Я не хочу в ближайшее время становиться призраком».
«Ты уже призрак, если забыла, — сказала Тиа. — Твое тело пропало из мира».
«Как и твое», — едко ответила она.
«Естественно».
«Как тебя зовут? — спросила я. — Знаю, управляет сейчас Тиа. Но кто ты?».
Я ощутила радость той, к кому обратилась.
«Я — Эшли, — ответил голос. — Я фейри. Была такой. И я из Ирландии».
Ирландская фея. Конечно. Почему бы и нет.
«Рада знакомству», — сказала я.
А потом сосредоточилась на голосе Оскара.
— Змей слышит ее причитания и выбирается из логова, и она связывает его. Ах, — ученый постучал по пергаменту, — это изображение камня триединой богини. Он довольно известный. На камне написано, что это богиня, известная как Кетеш, у нее много имен. Здесь указывается, что она — госпожа всех богов. Ее символами были лев и сфинкс. И посмотрите на ее оружие.
Он развернул пергамент, чтобы бабушка посмотрела. Она надела очки для чтения и вгляделась в место, куда он указывал.
— Это не ее особые ножи-копья?
— Возможно, — Оскар постучал по губе, разглядывая картинку. — Богиня упоминала сирен. Они тоже поют, чтобы заманивать людей. Может, песней Лили можно поймать Сетха.
— Мы не поем, — фыркнула Тиа.
— Пение — не всегда нечто музыкальное. Это может быть заклинание, что поется.
— У нас есть сила имен, — отметила Эшли, захватив мое тело. И хотя она использовала мое тело, голос звучал иначе. В нем был мягкий акцент.
Бабушка улыбнулась.
— Ты, должно быть, фейри.
— Эшли, — сказала она. — Рада знакомству.
— Можешь рассказать нам больше об именах, Эшли? — спросила бабушка с ручкой над блокнотом.
— Мы узнаем истинные имена вещей. Это дает власть над ними.
— Имена, имена… Да, есть часть, связанная с силой имен. Здесь говорится, та, что может видеть глазами, чувствовать сердцем и дотягиваться душой, сможет разглядеть все. Она, и только она, получит силу имен и одолеет Хаос, — Оскар вскинул брови и отклонился на спинку стула. — Неужели так просто?
Бабушка прижала большой палец к губе.
— Все не так просто, как кажется. А что здесь?
— Этот кусочек про богиню Гекату.
— Греческую? — спросила бабушка.
— Да. Она тоже триединая богиня. На этом рисунке у нее ключ, — он замолчал. — Интересно. Ключ упоминается во второй раз, — он продолжил. — Она — стражница перекрестков, многие считают, что она направляет призраков на правильный путь. Ее судьба — бороться с титанами. Бессмертные боги чтят ее, они станут ее королями. Ее символ — собака, она часто изображается с ними.
— Собаки, — фыркнула Тиа. — Они нам не нужны.
— Может, говорится об адских гончих из преисподней. Они стали нашими слугами, когда мы дали им имена, — добавила Эшли.
Оскар поднял голову.
— Вы помните их имена?
— Конечно, — рассмеялась Эшли. — Кто может забыть Того, кто опустошает мочевой пузырь по ветру? Это имя никак не забыть.
— Вы можете его вызвать? — спросил Оскар.
— Вызвать адскую гончую? — повторила Тия. — Можно попробовать, — она закрыла глаза и прокричала. — Приди к нам, Тот, кто опустошает мочевой пузырь по ветру! — ветер окружил нас, мы услышали рычание, а потом скуление.