Страница 9 из 13
— Не надо, — отмахнулся Вэнс. — И так все ясно.
В этот момент в дверь постучали, и на пороге возник Свакер.
— Вот результаты вскрытия, — сказал он, кладя на стол Маркхейма очередной конверт.
Маркхейм распечатал его и начал читать заключение. По мере прочтения лицо его омрачалось, и во взгляде появлялось удивление.
— Что-то не так? — поинтересовался Вэнс.
— Все не так, — пробурчал Маркхейм. — В желудке не обнаружено никакой белладонны, никакой камфары, никакого хинина — ничего из того, что содержится в таблетках от ринита. Зато — жидкость в легких, увеличение правого желудочка, трахея и пищевод гиперемированы.
— То есть, все симптомы асфиксии. Никакого яда… Доремус как-то прокомментировал?
— Нет, никаких комментариев, только констатация фактов. Он также отмечает, что причина асфиксии не установлена.
Вэнс просмотрел заключение и положил его на стол.
— Загадка. Леди была отравлена, но следов яда нет. Двое других тоже отравлены, но поправились. С нами играет в прятки некий неуловимый и гнусный убийца… Какая скверная ситуация!
Глава 11
В кабинет снова заглянул Свакер.
— Здесь сержант Хитс, и с ним некто Бладгуд.
Маркхейм приказал впустить посетителей.
У Бладгуда был недовольный и встревоженный вид. Руки он держал в карманах, во рту торчала сигарета. Он кивнул Вэнсу и, представившись сквозь зубы Маркхейму, плюхнулся на ближайший стул.
— Кинкайд позвонил и сказал, что вы вызываете меня на ковер. Еще он сказал, что вы как-то связываете мою скромную персону с отравлением Линна. Ну так что?
— Мы не связываем вас, вас связывают обстоятельства. Мы подумали, что вы можете дать какие-либо пояснения, которые окажутся полезными в расследовании.
— Мне нечего пояснять, мистер Вэнс. Наверное, вы намекаете на то, что я дал команду официанту принести воду без газа… Это неприятное совпадение. Таковы порядки в казино — знать пристрастия клиентов, и я знал, что Линн не пьет воду с газом.
— Значит, вашу команду официанту надо считать лишь данью порядкам казино?
— Чтоб мне провалиться! Делаю всего лишь вежливый жест, а клиент чуть не помирает. Я не слишком люблю Линна, но мне его искренне жаль. Получается, что моя доброта обернулась против меня. — Бладгуд замолчал, уставившись в одну точку.
Вэнс выдержал паузу и снова заговорил:
— Вы, наверное, знаете, что вчера ночью умерла жена Линна?
— Прочел в утренних газетах.
— Вы верите, что это самоубийство?
— А разве нет? В газетах написано, что нашли посмертную записку…
— Нашли, но это еще ничего не доказывает. Наверное, Кинкайд сообщил вам, что похожий случай произошел и с мисс Левлинн прошлой ночью?
— То есть как?! Он мне ничего не сказал об Амелии! Что с ней?
— Она выпила воду из графина своей матери, и с ней началось то же, что и с ее братом. Впрочем, все обошлось. Сейчас она уже в порядке, мы только что оттуда. Но у нас осталась еще пара вопросов. Вы химик, мистер Бладгуд, и близко знакомы с Кинкайдом. Скажите, он когда-либо увлекался химией?
Бладгуд искоса взглянул на Вэнса и нервно откашлялся.
— Не думаю, нет. Этот предмет не входит в сферу его интересов. Если бы химией можно было заработать, он бы ею занялся — с точки зрения спекуляции.
— Хорошо, оставим Кинкайда. Что вы можете сказать о докторе Кейне? Он был на обеде у Левлиннов вчера вечером, и мисс Левлинн позвала его, когда случилось несчастье с женой Линна.
— Я мало с ним знаком и виделся только в доме Левлиннов, — нахмурился Бладгуд. — По-моему, он имеет виды на Амелию. Из хорошей семьи, и все такое прочее. Всегда вежливый, обходительный, но мне он кажется каким-то хитрым, изворотливым. Никогда сразу не ответит на вопрос, словно прикидывает, надо ли отвечать…
— Мистер Бладгуд, прошлой ночью отравили троих человек. Один умер, двое других сумели выкарабкаться. В желудке умершей миссис Левлинн яда не обнаружено. Двое других отравленных пострадали, выпив воды. Когда мы прибыли в дом Левлиннов по поводу смерти жены мистера Линна, в ее кувшине воды не было…
— Господи! — воскликнул Бладгуд. — Что вы хотите сказать? Что всех троих отравили водой?
— А что вас так удивляет?
— Н-нет… ничего… Я… я просто растерялся, ведь это я дал команду заменить Линну воду…
— Дело не в этом, мистер Бладгуд. Вам придется дать объяснения по другому поводу.
— По какому другому?
— Во-первых, вы были в доме Левлиннов прошлым вечером и имели доступ ко всем графинам в доме. Во-вторых, единственный графин, в котором не было яда, находился в комнате мисс Левлинн. В-третьих, вы имеете виды на нее. В-четвертых, вы — химик… Теперь рассмотрим эти факты в свете того, что именно вы велели заменить Линну воду в казино. Что скажете?
Бладгуд судорожно сглотнул.
— Я вас прекрасно понял. Несмотря на то, что яда нигде не обнаружено, именно я подозреваюсь в манипуляциях с водой прошлой ночью. Мне нечего на это возразить, равно, как и нечего сказать. Делайте, что считаете нужным, господа. — И Бладгуд с возмущенным видом вышел из кабинета.
— Хитрая бестия, — пробормотал Вэнс. — Он ведь сказал что-то очень важное, но, черт возьми, что именно? Я не знаю. Идея отравления его не удивила, а упоминание воды вывело из равновесия. Вот задачка, Маркхейм… Он загнан в угол, но понимает, что мы пока не знаем, почему. Опытный игрок. Но что-то он все-таки сообщил… Понять бы, что именно. В этом — ключ к разгадке. Будем искать. А для этого мне нужно съездить в Принстон. Вперед, и с песней, друзья мои!
Глава 12
Вернулся Вэнс в Нью-Йорк после полудня на следующий день. Поздоровавшись со мной, он сказал:
— Плохая погода, Ван. Идет дождь, а нам надо ехать в деревню. Заканчивай свои бумажные дела и собирайся. Только сперва надо увидеться с Маркхеймом. Позвони ему в офис…
Маркхейм ждал нас.
— В чем дело, Вэнс? Хочешь доложить о путешествии?
— Нечего докладывать, друг мой. Бесполезное путешествие.
— А зачем вообще ты ездил в Принстон?
— Повидаться с одним моим старым знакомым, — ответил Вэнс. — Доктор Хью Стотт Тейлор, один из лучших химиков нашего времени. Он заведует кафедрой химии Принстонского университета. Вчера вечером я несколько часов провел в его лаборатории. Меня интересовала проблема тяжелой воды.
— Тяжелая вода? — Маркхейм поднял брови. — Что-то я о ней слышал…
— Ну, разумеется. О ней много писали в газетах. Удивительное открытие, одно из наиболее заметных в современной химии. Тяжелая вода, это соединение, в котором атом водорода весит вдвое больше атома водорода в обычной воде. Это такая жидкость, в которой 90 процентов молекул состоит из кислорода, соединенного с тяжелым водородом. Интересно, что на вид и вкус она абсолютно такая же, как обычная вода. Открытие тяжелой воды принадлежит доктору Гарольду С. Юри из колумбийского университета, но огромный объем исследований проделан учеными Принстонского университета. Доктор Тейлор сказал, что их лаборатория на своем заводе получает в сутки лишь один кубический сантиметр этой воды. Цена ее очень высока, стоимость одного кубического сантиметра превышает сотню долларов. Чайная ложка будет стоить, соответственно, около четырехсот долларов, а кварта — сто тысяч… Коммерческие перспективы такой воды огромны.
— А каковы её воздействия на человеческий организм?
— На этот вопрос пока нет ответа, можно лишь предполагать. Во всяком случае, профессор Свингл из Принстона доказал, что эта вода смертельна для аквариумных рыб и лягушек, а также наличие тяжелой воды в организме человека приводит к быстрому старению и одряхлению. Однако эти сведения никак не помогают нам в решении нашей проблемы. С другой стороны, Маркхейм, ими нельзя пренебрегать, поскольку они могут вывести нас на правильный путь.
— Каким же образом? — удивился Маркхейм.
— Вчера вечером я разговаривал с одним из ассистентов доктора Тейлора, мистером Мартином Квейлом. Это перспективный химик и исследователь, и главное — однокашник Бладгуда. Впрочем, это пока нам ничего не дает, и я планирую новое путешествие, в деревню. Надеюсь, там найду больше.