Страница 7 из 31
Бес наелся, и Марев, заварив себе чай, посадил крысу на плечо. Тот тут же начал обнюхивать ухо, щекоча усами. Каран тихо рассмеялся, и в этот момент вошел Дерек.
Куинси проснулся от боли в шее. С трудом разогнувшись, он застонал. Проклятье, он и забыл, какого это спать не в кровати. Последние дела были явно слишком спокойными и позволяли отоспаться, как положено.
Открыв глаза, Дерек нахмурился, Карана на кровати не было, хотя судя по скрученной простыне, сбитым подушкам и кучке, похожей на одеяло, он проспал всю ночь. Потянувшись и услышав хруст позвонков, Куинси направился на кухню, откуда раздавался голос. Войдя, он замер.
Каран тихо смеялся, склонив голову к плечу, казалось, он к чему-то прислушивался, но когда он повернулся, Дерек отпрыгнул в коридор.
На плече Мараева сидел самый большой страх Куинси. Он панически боялся крыс.
- Ты чего? - удивился Каран, — заходи, я тебя с Бесом познакомлю.
- Убери, — нервно произнес Дерек, — убери крысу.
- Ты что, Беса боишься? - удивился Мараев, — ты не бойся, он милый.
- Пожалуйста, убери, — повторил Куинси, с расширившимися от ужаса глазами смотря на черное создание, вставшее на задние лапки на плече Карана.
Бес чуть спустился, приподнимая и опуская голову, принюхиваясь к незнакомцу, а затем как-то весь подобрался.
Каран успел поймать свое питомца в прыжке. Дерек впечатался спиной в стену и съехал на пол, как только крыса дернулась в его сторону. (п. а: Моя крыса прыгала на два метра в длину.)
- Успокойся, я Беса в клетку сейчас суну, поднимайся.
Куинси замотал головой, не сводя взгляд с крысы в руках парня. Сердце бухало где-то в горле, мешая нормально дышать, а руки немели.
Каран посадил Беса в клетку и прикрыл её покрывалом. После этого осторожно приблизился к Дереку и присел рядом с ним.
- Успокойся, мой питомец в клетке, случайно он оттуда не выберется. Бес не кусается и очень любит, когда его гладят и чешут между ушками. Обожает бегать с одного плеча на другое и обратно. Обнюхивает уши и все в пределах своей досягаемости. Ты ему очень понравился, и он собирался прыгнуть на тебя и обнюхать, как следует.
- Не подпускай его ко мне, — клацнул зубами Куинси, — у меня земмифобия.
- Ну как можно бояться такой прелести, как Бесенок? - возмутился Мараев, — я же его периодически по квартире выпускаю побегать, как ты спать в кресле будешь. Мышеловками обложишься?
- Я лучше к себе перееду, — мелко задрожал Дерек, — стыдно их бояться, но ничего с собой поделать не могу. У меня как-то задание было, ещё в начале работы в отделе, а меня в заложники взяли и сунули в подвал. Там привязали к стулу и чем-то полили, крысы перли со всех сторон, а я их даже отогнать не мог. Пищали, ползали друг через друга, карабкались по мне.
Каран вздохнул и притянул к себе полицейского. В чем-то он мог его понять, будучи ещё ребенком, его окружила стая волков. Голодных и дико злых. Оставался один патрон, и Мараев выстрелил в воздух. Звери ненадолго отпрянули, а затем кинулись все разом. Выстрел услышали и успели вовремя, а его мелкое тело с множественными рваными ранами доставили в лазарет. Врачи не верили, что он выживет, но он смог выкарабкаться. Несколько старых шрамов ещё белели на левом плече и правом бедре.
Куинси медленно успокоился и покраснел от стыда. Вот черт, надо же было так признаться в столь глупом страхе.
- Могу понять, — спокойно произнес Каран, неосознанно поглаживая Дерека по волосам, — в детстве меня чуть не загрызли волки, и с тех пор я их боюсь до дрожи в коленях. Тебя же чуть крысы не пожрали, это нормальный психологический фактор защиты организма.
- Ты что, курс психологов заканчивал? — фыркнул Куинси, отстраняясь от Мараева.
- Чтобы что-то написать, надо вначале изучить. Я когда-то попытался создать масштабный проект, ну или, проще говоря, книгу. Перелопатил кучу информации, исписал тонны бумаги, но, в конце концов, бросил это занятие. Мне легче писать что-то маленькое и простое в понимании.
- Лучше бы любовные романы писал.
- Та книга, которую я пытался написать, была о славянских богах, и крови там было море, на каждой странице фигурировал чей-то труп. Ну не могу я писать розовые сопли, тошнить начинает уже на второй строке.
Парни поднялись, и Дерек, нехотя, зашел в кухню, сев на стул, который был ближе всего к двери.
- Успокойся. Бес из клетки выбраться не сможет, там тугой замок. Кофе или чай?
- Кофе, — зябко поежился Куинси, — у тебя что, окна открыты?
- Кондиционер на полную фурычит. Очень люблю прохладу.
- Тут скорее холод, чем прохлада.
- Зато когда в кровать забираешься и заворачиваешься в теплое одеяло, хорошо до невозможности.
- То-то ты крутишься так, что у тебя все постельное белье на полу.
- Что поделать, никогда не мог спать спокойно. Одна моя девушка со мной порвала, потому что я во сне её пнул так, что она с кровати слетела. Попыталась меня разбудить, а я не проснулся, она мне по шее надавала для острастки и ушла.
- Вау, — рассмеялся Дерек, — тебе надо предупреждать своих девушек об опасности сна с тобой.
- Ну, сейчас предупреждать не кого, да и не особо хочется приглашать к себе, а сам я не выхожу. Тем более где-то бегать, дарить цветы, делать комплименты и выслушивать лепет о тряпках нет никакого желания.
- Ну, не знаю, я недавно расстался со своей девушкой. Мы даже вместе жили больше двух лет, — Дерек пожал плечами, — потом она в один прекрасный день заявила, что больше не может со мной жить и, собрав вещи, ушла.
- Из-за чего? — удивленно приподнял брови Каран.
- А кто знает. Мы даже не ссорились. Ускакала куда-то, и все.
- Ну, может, нашла другого. Мозг женщины мужчине не понять.
Мараев поставил перед Куинси чашку с кофе и сел напротив с огромной… бульонницей чая.
- На сколько эта кружечка? На три литра?
- Нет, всего 0,7. Я за вечер таких могу штук восемь выпить.
- И лечь спать, — заломил брови Дерек, — блин, смотреть страшно. Куда в тебя влезает.
- Скажи «спасибо», что не видел меня в студенческом возрасте. Пьянки были знатные, и с моей особенностью выпивать огромное количество жидкого, а так же русское происхождение… Выпивки часто не хватало.
- И тебя тащили домой на руках, — кивнул Дерек.
- Ошибаешься, я всех растаскивал и распихивал по комнатам общаги. Потом умудрялся заканчивать свои конспекты и первым прийти на пары.
В этот момент зазвонил мобильный Куинси и тот поспешил ответить. Выслушав кого-то, он положил телефон на стол.
- Едем в участок. Маршалы там зверствуют и требуют твое личное присутствие для получения доступа к закрытой информации.
- А без меня нельзя? - тоскливо протянул Каран, — может, я расписку напишу, а?
- Нет, требуется личное присутствие.
Мараев вздохнул и на глазах изумленного Дерека выхлебал чай в несколько больших глотков.
Куинси остался подбирать челюсть с пола, а Каран отправился одеваться.
========== Глава восьмая ==========
Лейтенант устало наблюдал за ярыми фанатами Карана, которые сидели в зале совещания. Те, кто смогли прийти, сидели сейчас здесь, еще примерно 200 человек обещали прийти позже.
Самыми странными личностями были, пожалуй, трое мужчин, ну если их можно было так назвать. Первый – тощий, как жердь, в огромных очках, вечно шлепал губами и пытался стащить ручку со стола. Второй - подросток, пришел вместе с матерью. Заляпанная непонятно чем футболка, драные джинсы и неровно подстриженные волосы какого-то мышиного цвета. Третий же, толстый, как бочка, мужчина примерно 30 лет. Он обильно
потел и пытался незаметно есть чипсы.
Маршалы как раз получали в кабинете разрешение на доступ к информации от Карана. Судя по более чем почтительному отношению, программист действительно был специалистом высокого класса. Хотя программист их отдела не раз восхищалась защитными прогами некого «V», особенно когда требовалось выудить информацию без ордера. Конечно, и добрая доля матов в этих восхищениях присутствовала, но девушка все же как-то взламывала защиту, а затем спешно заметала следы. Правда, как-то не затерла все, и ей на компьютер пришел вирус, который уничтожил все файлы, закодировал жесткие диски и заставил динамики изрыгать дикие вопли на непонятном языке. Потом, правда, выяснилось, что это пьяные крики иностранцев на всех языках мира, но все же мастерски завернул.