Страница 21 из 38
Кроссман чуть поморщился от тона, но ничего говорить не стал. Как раз подошел Энтони и Белиал воззрился на Бекета.
-Ты отец меченого и клейменный – Нимфас не спрашивал, а констатировал факт – прискорбно.
Уоррен сжал губы, и промолчал, хотя единственное желание было треснуть этого консультанта. Он уже пожалел что привел его сюда.
Нимфас скользнул к Энтони и обхватил тонкими бледными пальцами виски Бекета заставляя смотреть себе в глаза. Теперь становилось ясно, что мужчина более чем высок. Энтони чуть чуть не дотягивал до метра восьмидесяти пяти, а Нимфас был выше примерно на шесть сантиметров.
Бекет чувствовал себя неуютно, это было ясно по слегка дрожащим рукам.
Наконец Белиал отпустил Энтони и отвернувшись вернулся на свое место.
-Антихрист тебя клеймил. Ничего не смогу с этим поделать. Метку с сына снимет только смерть. В принципе мне нужно умертвить его и вернуть к жизни, но я сомневаюсь что тебе нужен ходячий мертвец.
Кроссман вытаращился на консультанта. ЧЕГО???
Нимфас закатил глаза и вытряхнул на салфетку остатки чьего то ужина со стола. Куриные кости были хорошо обглоданы и Белиал чуть скривив губы провел рукой над ними что то прошептав.
Уоррен поискал стул позади себя когда кости зашевелились и сложившись непонятным образом поспешили убраться со стола. Грохнувшись на пол они развалились и тут же собрались снова направились в прежнем курсе.
-Твой сын будет такой же марионеткой как эти кости – спокойно произнес Нимфас щелкая пальцами и прекращая свой странный фокус – вряд ли тебя это порадует.
Кроссман и Бекет потерявшие дар речи просто смотрели на валяющиеся на полу кости и не могли привести мысли в порядок.
-Я некромаг – поджав губы произнес Белиал - ваша проблема мне ясна, ничем помочь не могу. Обратитесь к другим.
Нимфас поднялся и спокойно покинул участок оставляя полицейских в шоке.
Калеб Эванс столкнулся с мужчиной выходящим из участка и уже хотел сказать, что то резкое, как взгляд натолкнулся на его глаза и широкий браслет открывшийся когда неизвестный поправлял волосы. Отшатнувшись стажер едва не упал. Детское воспоминание нахлынуло и Калеба затошнило от страха.
«Воспоминание»
Маленький Эванс сидел на скамеечке у могилы бабушки и терпеливо ждал когда же мама закончит уборку. Когда же все это затянулось, Калеб соскользнул со своего места, и направился вглубь погоста, разглядывая могилы и кресты. Странные слова заставили остановиться, и прислушаться. Они исходили из-за густых деревьев.
Выглянув мальчик зажал себе рот рукой, что бы не закричать. Из могилы выбирался труп, и мужчина стоявший рядом явно ожидал когда мертвец проберется наверх. Ветер переменился и Эванс почувствовал вонь разлагающегося тела. Его едва не стошнило и он стал отступать. Ветка под ногой оглушительно треснула и мужчина тут же оказался рядом с Калебом хватая его за руку и не позволяя сбежать.
-Ты ничего не видел – слова незнакомца парализовали – иди домой.
Калеб как послушная марионетка направился в указанном направлении. Через милю его нагнала мать на машине и с трудом усадила в кресло. Эванс пытался идти и лишь оказавшись на пороге рухнул в глубокий обморок.
Темные волосы мелькнули за поворотом и Калеб бросился в туалет где его вывернуло. Только бы не вернулись кошмары.
Энтони теперь входит в комнату очень осторожно. Оглядывается пытаясь вычислить где я могу спрятаться и только потом запирает дверь и идет проверять окно и ванную комнату. Это стало почти традицией, но вот заметить меня на дереве прямо за окном он не может.
Жду пока он не зайдет в ванную комнату и не послышится шум воды и только тогда перемещаюсь. Легко стряхиваю пепел с плеч и сажусь на кровать. Смазку кидаю на тумбочку, как и игрушку которую намерен сегодня использовать. Пара наручников повисают на спинке кровати, хвост мне потребуется для более важных целей.
Вода перестала течь и я перемещаюсь к стене у двери в ванную. Энтони выходит уже одетый в легкие пижамные штаны на ходу вытирая голову. Устало валится на кровать на живот и вздыхает. Моих шагов он не слышит, и не видит усмешки которая искривила мои губы. Бедный мальчик, даже не знает, что я рядом с ним.
Чуть склоняюсь к нему и тихо втягиваю его запах и тут же выпрямляюсь яростно сжимая кулаки. К нему прикасался некромаг и кажется я даже знаю кто он.
Рывком переворачиваю Энтони на спину и сковываю руки наручниками. Испуг в его глазах сменяется гневом, но меня обжигает ещё большая ярость.
-Если, хоть ещё одно создание прикоснется к тебе – мой голос упал до шипения в котором сложно понять слова – я перережу глотки каждому ребенку в этом городе.
Энтони задыхается т.к. я держу его горло не позволяя вдохнуть воздуха. Осознав, что ещё немного и у меня будет на руках труп ослабляю хватку позволяя получить немного кислорода.
-Ты меня понял?
Бекет с трудом кивает, сейчас он уже не злиться, в глазах лишь страх. Скорее первобытный ужас перед вратами смерти которые на мгновения показались из тьмы.
-А теперь будь послушным мальчиком и не сопротивляйся, игры оставим на потом.
Усмехаюсь жестко и холодно, а затем наклонившись целую побледневшие губы.
Энтони думал что это конец, что то разъярило Антихриста до такой степени, что его слова были едва различимы в шипении, а руки тисками сжимали горло.
Когда он усмехнулся Бекету показалось, что убийца все же доведет удушение до конца, но он впивается в губы поцелуем и больно прикусывает нижнюю губу заставляя приоткрыть рот.
Полицейский чуть дернулся и тут же вздрогнул от резкой боли. Сильные пальцы сжали плечи с такой силой, что казалось ещё немного и кости хрустнут и сломаются под напором. Энтони осознал, что безумно хочет вернуть того Антихриста. Который смеётся и доводит до бешенства своими фразочками, склоняет голову к плечу и издевательски тянет гласные, или мурчит как большая кошка, а не этого безумца у которого разум помутился от ярости.
Бекет подчинился понимая, что лишь таким образом можно утихомирить взбешенного убийцу и даже, чувствуя отвращение к себе, несмело ответил на болезненный поцелуй.
Острые когти едва не вспарывали кожу, но оставляли болезненные царапины которые ныли и слабо кровоточили и Энтони стараясь сильно не дергаться пытался все же уйти от их прикосновений. Выбрав удачный момент Бекет выгнулся прижимаясь к Антихристу и почти физически чувствуя как утихает его ярость. Губы скользнули на шею и Энтони слабо вскрикнул почувствовав укус острых зубов и словно извинение, осторожное прикосновение языка.
Странный звук, ни на что не похожий, и пальцы касаются кожи уже без когтей.
Кажется он немного успокоился, во всяком случае теперь его прикосновения стали нежнее и мягче. Бекет все же не рисковал вырываться, жесткое изнасилование в его планы не входило.
Хвост проскользнул по телу добавляя остроты ощущений. Энтони все больше чувствовал к себе отвращение, связанный, пытающийся утихомирить ярость убийцы как последняя шлюха и так же как шлюха стонущий от прикосновений. Хотя стоит признать, Антихрист источает такую ауру желания, что поневоле заведется любой.
Прикосновение смазанных пальцев к анусу было неожиданным, казалось, вот ладони скользят по груди и животу и уже два пальца размеренно двигаются внутри.
Энтони закрыл глаза и прикусил губу, он ждал, что убийца как в прошлые разы доведет его до оргазма и поиздевавшись уйдет, но когда пальцы вышли из его тела Бекет чуть приоткрыл глаза.
Антихрист ещё шире раздвинул ноги Энтони и начал входить.
Полицейский застонал от боли. Слезы брызнули из глаз помимо воли. Размер был приличный и казалось его сейчас разорвет пополам. Все же не до конца утихомирился.
Бекет смотрит в глаза которые залиты голубым светом и повинуясь непонятному порыву поддается вперед прикасаясь к губам убийцы своими.
Антихрист замер и медленно углубляет поцелуй, позволяя Энтони привыкнуть к себе. Долгожданная передышка дает время привыкнуть к жгучей боли и вот убийца начинает двигаться, размеренными толчками все глубже проникая в тело.