Страница 25 из 32
Марк сел на кровать и прижался к отражению, ища поддержки.
Маркус обнял подростка и стал гладить его по спине.
-Позвони, и, Томас, сам будь осторожен. Теодора повесили. Не вздумай лезть в петлю.
-Я не склонен к суицидам, – мрачно пробурчал рыжий, так же садясь на кровать.
-Я просто предупреждаю, – отражение пожал плечами и осторожно уложил заснувшего Марка на кровать.
Томас слабо кивнул и прикрыл глаза.
Маркус обнял парня и, тихо вздохнув, чуть коснулся губами его щеки.
-Все будет хорошо, расслабься, – голос отражения убаюкивал, – полиция найдет ублюдка, который сотворил это с твоим младшим братом, отец поправится, и с матерью все будет хорошо.
Рыжий опустил голову на плечо Маркуса и прижался к нему.
Маркус провел по волосам парня и осторожно уложил его рядом с Марком. Через пару минут уснул и Томас.
Отражение встряхнулся и, спрыгнув с кровати, растворился в зеркале. Есть пара неотложных дел, и конечно же, парочка новых долгов, за которые ему помогут.
Маркус, слегка вздрагивая, следовал за пританцовывающим психом по подземельям. Тот обещал провести к своему другу, а вот разговор придется вести самому.
Скрипнула дверь, и хихикающее недоразумение втолкнул его в лабораторию.
-А тебе что от меня нужно? – буркнул молодой мужчина, не отрываясь от котла.
-Пара зелий, – отражение нервно облизнул губы. – Мне сказали, что вы лучший в этом деле.
Мужчина поднял голову и взглянул на Маркуса.
-Ты отражение? – изумленно приподнял брови зельевар. – Неожиданно, даже очень неожиданно. Я не видел таких как ты уже более трехсот лет.
-Если вам что-то от меня требуется, я постараюсь выполнить, – Маркус опустил взгляд. Смотреть в невероятно синие глаза мужчины было сложно. – Денег у меня не так много, но я постараюсь выполнить любое задание, если оно будет мне по силам.
-Задание простое, – зельевар хмыкнул, – наполни своей кровью кубок, целый. И я дам тебе любое зелье из моей коллекции.
Отражение вздохнул и, взяв протянутый кинжал, разрезал ладонь над кубком. Все его силы, были устремлены на то, чтобы Марк ничего не почувствовал, и кровь пошла у него, а не у его реальности.
Когда наконец кубок оказался заполнен, Маркус рухнул на табурет. Сил не было даже на то, чтобы открыть глаза.
Мужчина влил в отражение какую-то горьковато-сладкую пакость, и Маркус все же немного оживился.
-Неплохо, неплохо, – пробормотал зельевар, – ты ещё ведь не получил полный контроль?
Маркус помотал головой, вспоминая о том, что кислород ему тоже нужен.
-Что ж, такая кровь ещё больше ценится. За один грамм мне могут заплатить до пяти тысяч фунтов, а ты нацедил почти пол-литра. Выдам пять зелий, какие нужны?
-Нужно уломать двоих братьев на групповой секс, – начал Маркус, – в пассивной роли, не хочу оказываться больше одного раза, и, скорее всего, зелье полного доверия.
Зельевар чуть нахмурился, тряхнул косой, а затем направился к полкам.
-Вот. Первая склянка, с мощным возбуждающим зельем для полного пассива, вторая, я её называю 50 на 50, а третья, полный актив. Ещё два флакончика. Первый вызывает доверие и привязанность, второй закрепляет эффект до самой смерти. На каждом написаны дозы и меры предосторожности. Одного флакона хватит примерно на 10 применений.
Маркус чуть кивнул.
-Зеркало доставить?
Отражение вновь ответил кивком, и зельевар быстро начертил в воздухе несколько рун.
Тяжелое зеркало в металлической оправе появилось прямо в лаборатории. Маркус скомкано попрощался и поспешил скользнуть в свой мир. Уже оказавшись в нем, он тихо зашипел и потер ягодицу. Вот же озабоченный. Хотя, чего ещё ждать от инкуба?
========== Глава семнадцатая ==========
Дико извиняюсь за пропуск положенного времени выкладки главы. С работой я запуталась в днях, плюс у меня прорезаются зубы мудрости и от этой адской боли не спасают обезболивающие. Я на них, как на наркоте сижу, а челюсть рвется от боли. Ещё раз извините.
Марку осточертело выслушивать соболезнования, ловить сочувствующие взгляды в коридорах школы, хотелось покоя, но никто не мог этого понять. Даже Бернард отстал от него только после щедрой порции мата. Уйдя на крышу, Даллас сел на какой-то ящик и устало опустил голову. Первый снег, мягко кружась, падал на землю, вызывая восторженный визг малышни и улыбки у более старших ребят. Их не волновали найденные в лесу трупы, смерть Аманды и Метью, для них было главным, что их семьи целы.
Марк вытащил сигареты и закурил. Ощущение того, как дым попадает в легкие, а затем медленно покидает их, было приятным. Хотя, что приятного в том, что может принести горькую болезнь? Далласа это не волновало, сейчас ему больше всего хотелось вернутся домой, и чтобы там все было как прежде. Улыбающаяся мама, ворчливый, и даже иногда злой, отец, маленький поганец Метью, и Томас. Вечный приколист.
Теперь старший брат не шутит, вечно хмурый и даже немного грубоватый. Мать плачет по ночам, а отец лежит в больнице. Врачи борются за его жизнь, но внутренние органы начали гнить прямо внутри тела, а остановить этот процесс никто не может. Приехали маститые доктора из Сент-Пола, Дулута и даже врачи Вашингтона, заинтересовались столь странным явлением.
У койки отца толкутся все возможные врачи, лекари и шаманы. Разные гадалки, потрясая бусами и «магическими» инструментами, берутся вылечить от недуга, но мать пока ещё не совсем сошла с ума. Единственный шаман, который заинтересовал Марка, был пожилой мужчина в дешевом костюме. Он сказал, что душа ушла, а вместе с ней и слепок образа. Тогда подросток обратился к Маркусу с просьбой найти отражение отца. Тот вернулся через три дня, и, покачав головой, произнес, что слепка Вильяма нет в зеркальном мире. Такое случалось, когда более сильное отражение поглощает слабое, но у кого в желудке оказался отец Марка, уже не выяснить. Слишком много прошло времени.
Даллас затушил сигарету и поднял руку ладонью вверх. Снежинки таяли, едва касаясь кожи, оставляя мокрый след и холод, который пробирался в душу.
Томас пил чай вместе с Эбигейл. Врачи поставили неутешительный прогноз. Вильям может умереть в течение трех суток, если не придет в сознание. Они ничего не могли сделать.
Рыжий парень устало вздохнул. Две смерти за месяц слишком много для их семьи. Мать перестала выглядеть красивой женщиной лет 35 и стала похожа на 50-летнюю старуху. Томасу было страшно. Если предсказание Маркуса сбудется, то они все должны погибнуть. Тем более, кажется, это время не за горами. Дядя Дин попал в аварию. Сейчас он лежит в реанимации и трижды пережил клиническую смерть. Врачи тихо шепчутся, что мужчине не выжить. Ещё одна остановка сердца прикончит его. Дальние родственники все чаще звонят, будто напоминая о своем существовании, а Маркус… Маркус - отдельная история. Он все больше хмурится и в одиночку читает дневник, будто пытаясь найти разгадку в нем. Часами пропадает на чердаке, перебирая вещи Вердамта и странно бормоча на немецком. Его глаза вспыхивают желтым пламенем, которое пугает даже привычного Марка.
Томас вздрогнул, вновь слыша тихий плач матери. Устало вздохнув, он помог ей подняться в её комнату и направился на чердак.
-Что ты делаешь? – хмуро спросил рыжий.
-Я был прав. История должна повторится, – отражение вздохнул. – Либо она повторится, либо круто повернет, но что спровоцирует этот поворот мне неизвестно. Я пытался обратиться ко всем существам, с которыми знаком, те разговаривали со своими знакомыми, и вот мне доставили ответ. Некий Асмодей Иштарлин Фаэрлинк нашел древнюю книгу о Вердамтах. Она написана в 1241 году.
-Род настолько стар? – глаза Томаса пораженно расширились.
-Да. Последний из рода, кто бы он ни был, всегда принимал эту фамилию, какую бы не носил ранее. Вначале начинаются смерти, в итоге остается только один представитель. Затем появляется наследник-бастард. После этого – отражение. У нас уже путь сбит. Я появился первым. Не знаю насчет тебя и вашего отца, но у Марка точно детей нет.