Страница 36 из 37
Мы выскакиваем на задний двор. Второй корпус полыхает черным пламенем. Если там кто-то остался, то выжить им не удастся. Черное пламя сжирает плоть, и его не погасить даже самыми могущественными заклятьями.
Хардеб впрыгивает в карету, и в тот же момент она отрывается от земли и несется в небо.
Оглядываюсь и понимаю, что мы в расширенном пространстве. К нам уже спешит сапьентис. Её обычно строгий пучок растрепан, а форменная одежда выпачкана кровью.
-Он последний живой из корпуса?
-Да, больше живых я не чувствовал.
Снизу раздается взрыв, и карету чуть мотнуло.
Сапьентис устояла на ногах и сплела сеть диагностик.
-Все в порядке, напуган, немого истощен, но никаких повреждений нет. Мне пора к другим.
-Хардеб рамп, что происходит?
-Нападение, – мрачно отвечает старший. Судя по взрыву, академия уничтожена. Найди своих, они должны быть в дальней комнате кареты.
Меня спускают на пол, и я торопливо бегу на поиск своих нельн. Они обнаруживаются в самой дальней комнате, вот только… теперь нас всего 30 из общего потока в 170 созданий.
Шокировано смотрю на руины академии. Даже не приближаясь к ним, я понимаю, что никого в живых не осталось.
Спотыкаясь и, как во сне, иду к корпусу, где жил мой сын.
Он сильно поврежден, верхние этажи обрушились, и даже если Ачиль где-то под обломками, выжить ему не удалось.
Пускаю туман, но вскоре понимаю, что это бесполезно. Сканирование показывает, что под грудой камней нет ничего живого.
Сашил подходит ко мне и притягивает к себе. Закрываю глаза и утыкаюсь лицом в его плечо. Сердце разрывается от боли.
-Может, он успел скрыться, – тихо произносит Кэрри, – я обошел территорию. Нет карет и тех странных крылатых созданий. Ачиль может быть жив.
-Если это так, мне его не найти. Моих сил недостаточно, чтобы обнаружить его, а остальным почти невозможно здесь колдовать. Ты же знаешь, мы проверяли.
-Он найдется, сам будет искать тебя.
Вздыхаю и сжимаю пальцами его куртку.
-Ачиль не знает, что жил в другом мире. В нашем мире. Он будет искать здесь и не найдет.
-Мы можем тут поселится. И тоже искать. Уничтоженная академия - крупная зацепка.
-Нет, – я грустно усмехаюсь, – тут я не протяну и полугода. Мои силы начнут расти, пока не разорвут на части. Тебе ведь тоже не уютно здесь.
-Ради тебя готов в облике Твари обыскать каждый дом.
Поднимаю голову и вглядываюсь в светло-карие глаза Сашила. Не лжет, действительно, потеряет бессмертие, но будет искать моего Ачиля.
-Я просто буду верить в то, что он жив. Идем. Здесь больше нечего делать.
Кидаю прощальный взгляд на руины и переношу нас к порталу. С помощью тумана закрываю вход в горную пещеру, и мы переходим в родной мир. Прощай, Ачиль Орфео Де Лука.
Лейтенант с удивлением разглядывал себя в зеркале. Он помолодел лет на двадцать, исчез намечающийся жирок, да и росту в нем прибавилось.
-И кто я после всех этих ритуалов? – Найман повернулся к доктору Кианту.
-Как ни странно, но вы стали неким подобием фэнтезийных вампиров. В нашем мире таких не существует, но вы первый в своем роде. Точно не обладаете бессмертием, но жить будете долго. Вашему организму будет требоваться кровь и, желательно, человеческая. Я, конечно, проверю, будете ли вы реагировать на донорскую, но могу с уверенностью сказать, что даже если вы укусите человека, зараженного любой неизлечимой болезнью, то не сможете принять вирус на себя, – Морган сверился с результатами анализов, – также, ваша регенерация ускорилась, улучшились все органы чувств, а температура тела всегда будет пониженной. Вам не страшны стандартные дозы ядов, а увеличенные я не опробовал, но сомневаюсь, что они нанесут большой ущерб. Прямые солнечные лучи не спалят вас, но доставят много неприятных минут. Можете считать, что теперь у вас повышенная чувствительность к УФ лучам. Кожа будет краснеть, а при более длительном контакте, будет ожог, как если бы вы целый день проваляетесь на пляже. С возрастом, который у вас максимум достигнет тысячи лет, вы сможете находится под солнцем все дольше. Также вы легко можете заразить человека через укус, но только, если его сердце остановится. Если не доведете до этого, ничего кроме раны на шее и кровопотери не случится. Вампирский яд выведется в течении часа. К сожалению, вы стали абсолютно бесплодны, но мужские функции не пострадали. Просто ваше семя больше не способно нести жизнь, что в вашем случае и ни к чему. Любой зараженный вами будет восприниматься как ребенок. Таких детишек вы можете наплодить в огромном количестве. Естественно, если ваша раса станет слишком многочисленна, часть придется уничтожить. Вот только боль, которую вы испытаете при уничтожении одного из вашего детеныша, будет неслабым ударом.
Найман нащупал кресло позади себя и опустился в него. Голова пошла кругом от перспектив.
-А моя жена? Как долго проживет она?
-Длительность её жизни увеличилась в три раза, тем более у неё проходит слияние, как только оно полностью завершится, вероятность длительности проживания, ещё увеличится. Соответственно, примерно 600-800 лет. Примерно столько же, сколько и у вас. Если заглянуть далеко в будущее, то скорее всего, всем существам придется покинуть планету в мир, который будет поддерживать вас, а не уничтожать. Так что не теряйте связи со своими детьми вампирами.
-А наши человеческие дети?
-Ты можешь обратить их, но велика вероятность, что их развитие остановится. Тем более, я сомневаюсь, что они захотят провести с вами всю жизнь. Придется смирится с их смертью. Не сиюсекундной, но близкой, если считать, как бессмертные.
Морган плеснул виски в стакан и подал его Найману. Тот молча отпил и задумчиво взглянул на свои руки.
-Есть ещё кое-что. Чеснок не вызовет никаких проблем, разве что из-за улучшенного обоняния будет очень неприятен. Так же, святая вода, крест и серебро не подействуют. Осиновый кол и отрубание головы способ покончить с вами, но ткните пальцем в человека, который сможет пережить подобное, и я пожму ему руку.
Николас раздраженно отшвырнул бумаги. Лондон замело. Люди уже могли выходить только через окна второго этажа и по деревянным настилам. Техника ломалась, большинство предприятий закрыли, а магазины работали урывками. Многие дома остались без света и тепла, и люди переходили на печки, камины и все возможные средства обогрева. Периодически вспыхивали пожары, но снега было так много, что тушили уже им.
Единственные, кто радовался такой погоде, были школьники. Целыми днями они бегали по улицам и катались с горок. Все остальные давно оставили машины и теперь передвигались пешком. Общественный транспорт ходил с огромным трудом, тряся стенками о высокие снежные завалы.
Выход из метро постоянно очищали, иначе и подземный транспорт был бы блокирован.
Картер выкинул сигарету и захлопнул окно. Найти Тайлера в Лондоне невозможно. Он не использует интернет, телефон, и вообще не понятно, как его отыскать.
Мобильный задергался в кармане, и Николас не глядя ответил.
-Николас Картер, слушаю.
-Николас, – тихий голос Тайлера был едва различим, – не перебивай и не спрашивай, где я, мне это неизвестно. Я у Альфео. Боюсь, это последний мой звонок. Хотел с тобой попрощаться, и Фео разрешил это сделать. Прости меня за все. Люблю тебя.
Тихие гудки, и Николас невидящим взглядом уставился в окно. Это конец.
Открываю глаза и потягиваюсь. Рядом, тут же зашевелился Сашил. Пусть ему не нужен сон, но он по прежнему не уходит, даже если ему неудобно.
-Проснулся?
-Да, – тихо отзываюсь и убираю волосы с лица.
Чуть хмурюсь, что-то не так. Точно, я больше не чувствую своего медиума. Значит… Значит, я теперь единоличный хозяин тела. Улыбаюсь и откидываюсь на спину. Никогда не думал, что это может быть так хорошо.