Страница 5 из 39
Кайсек кивнул и выскользнул за дверь. Владелец лавки откинулся на своем стуле и довольно улыбнулся. Теперь у него есть быстрые ноги, которые доставят отраву по всему городу.
Вытащив оставшиеся мешочки, он глухо рассмеялся. Мало кто знал, что если смешать Меба с одной довольно простой травкой, то можно получить самую отвратительную пакость. Именно эта дрянь отравит всех любителей смеха в городе.
Хардеб плёлся за весёлым Орфео. Тот что-то насвистывал и был доволен жизнью.
Боевой маг вздохнул. Всё же, в Орфео есть нечеловеческая кровь. Никто не может, взглянув, переменить ход мышления человека. Вот только, этого не может и ни одно существо.
Неужели смерть так изменила Орфео? Он сам признался, что долго был в сером мире, а это — место обитания не только смерти. Боги, призывные животные и многие другие создания, далёкие от человеческой расы — тварей там предостаточно. Кто знает, чему он мог научиться.
— Откуда у тебя этот дар? — наконец спросил Хардеб, догоняя друга. — Я имею в виду, как он тебе передался?
— Отец принял меня в свой род, —бросил Орфео, — магия это зафиксировала.
— Значит, ты знал об этом? — прищурился попутчик.
Парень неопределённо хмыкнул, поправляя волосы, и продолжил идти.
— Ты не из болтливых, но сорвался и выложил правду, — прожигая взглядом спину мага, сказал Хардеб. — А затем повернул всё так, как тебе было нужно! Что за черта такая? Откуда в тебе это?
Де Лука остановился и взглянул в лицо надоедливого приятеля. Нахмуренные брови и пристальный взгляд синих глаз; спутанные светлые волосы, придающие его виду слегка параноидальный вид.
— Око академии, простирается до самого моря — я не буду отвечать на твои вопросы на этом крае.
Потупивши взгляд, ученик вздохнул и вновь зашагал по холодному песку. Когда же кончится эта проклятая пустыня.
Кайсек, быстро перебирая ногами, летел по крышам домов. Чёртовы стражники, чёртова Меба с примесью дерьма, чёртов торгаш! В городе умерло более 50 человек от отравления этой дрянью, и теперь его выслеживает стража.
Парень перепрыгнул на очередную крышу и едва не сверзился вниз, поскользнувшись на мокрой черепице.
Вот и стена города. Короткий выдох, сплетение пальцев, невидимые огоньки силы — и Кайсек ползет по стене как муха.
Только бы успеть перебраться до смены караула.
Хардеб повалился на едва пожухлую траву леса и в умиротворении прикрыл глаза. Пустыня позади. Наконец.
Перевернувшись на живот, он с интересом взглянул на Орфео, сидевшего в тени дерева, и сунул в рот травинку.
— Что? — маг устало выдохнул, закатывая глаза.
— Каково быть там? — встрепенулся ученик.
— Никак. Ни жары, ни холода, ни ветра. Все настолько спокойно, что начинает болеть голова. — Де Лука смотрел в одну точку, вспоминая прошлое. — Тишина, и слышны только стук своего сердца и течение крови по сосудам. Это начинает сводить с ума, но, едва ты адаптируешься, как становится легче.
— Как долго ты привыкал? — Хардеб почувствовал себя увереннее, получив столь развёрнутый ответ.
— Почти пять декад. С каждым посещением становилось всё легче, и в итоге я стал посещать серый мир настолько часто, что Смерть дал разрешение входить в свой дом. Знаешь, — чуть улыбнулся он, — это поразительно. Там нет места нормальному. Время и пространство перекручивается, и ничто не является тем, чем кажется.
— И тебе там нравится?
— Нет. Там слишком серо и тускло, — нахмурился Орфео.
— Но, не смотря на это, ты снова и снова возвращался туда, — боевик внимательно вгляделся в голубые глаза друга.
Орфео прервал зрительный контакт и вздохнул.
— Я думал, что отец может быть там.
— Но…
— Хватит, — маг заткнул Хардеба взмахом руки. — До Покойного моря больше не обсуждаем это.
Привыкнув к подобным выходкам, ученик растянулся на траве, беззлобно смеясь над своим учителем.
— Ты думаешь, что кто-то из академии наблюдает за нами? У тебя паранойя.
— Беррадо, знал, что я покину академию, едва дойду до определенного возраста, — Орфео потянулся за сумкой с едой.
— Все это знали, — фыркнул Хардеб, — даже глухой привратник.
— Но только Беррадо хотел остановить меня.
— Ты сильный маг — это могло быть причиной.
Орфео усмехнулся и глотнул из фляги.
— Он позвал меня не в кабинет, а в личную комнату. Это было последней каплей.
— Подожди, — боевик резко сел, — он до этого оказывал тебе знаки внимания?
— И не один раз. Все так… ненавязчиво, осторожно. Всё же, он эльф, а такие, как он, обычно не интересуются людьми, — Де Лука протянул ему воду.
— Но у тебя дар, — сказал, принимая флягу, Хардеб. — Ты, как и твой отец, привлекаешь к себе, а, значит это могло подействовать и на Беррадо.
— Сомневаюсь, — боевой маг вопросительно поднял брови. — Эльфы невосприимчивы к любой любовной магии. Ты явно пропустил лекцию по эльфам и их традициям.
— А, если твой отец и сам не был человеком? Может, его сила живёт в тебе, и ты просто не знаешь о ней?
Орфео забарабанил пальцами по подбородку и, нахмурившись, покачал головой.
— Нет. Это были его собственные желания. И давай закроем тему — мне она не нравится.
Хардеб дёрнул плечом и, поднявшись, принялся за сбор хвороста, которого на границе с пустыней было в достатке.
========== Глава пятая ==========
Молодой последователь культа Лэнга осторожно крался по коридорам крепости. Ткань его мантии едва слышно шуршала, заставляя нервно дёргаться и напрягать слух, но всё было тихо.
Наконец он достиг комнаты Верховного и, коротко выдохнув, проскользнул в приоткрытую дверь.
Огонь камина приветливо потрескивал и пускал искры в уходящий вверх дымоход. Приятный оранжевый свет падал на кресла, обтянутые красным бархатом. На подлокотниках чёрными нитками были вышиты лепестки пламени.
Зловеще дрожали тени, бегая по стенам и прячась в складках балдахина. Книжные шкафы, словно могучие воины, стояли на страже порядка. Парень тревожно вздохнул и осторожно направился к массивному рабочему столу из железного дерева.
Ковёр с коротким жёстким ворсом заглушал звук шагов, заставляя нервничать. А что, если он не услышит вернувшегося главу?
Достигнув стола, он провёл ладонью по гладкой поверхности и принялся за поиск. Открыв предпоследний ящик, парень на миг задержал дыхание. Есть. Нашёл.
Молодой последователь вытащил пергамент и впился глазами в строчки. С каждым прочитанным предложением ему становилось всё хуже.
Сей документ говорил о том, что все деньги семьи Ла-Кре-Нук переходят во владение верховного жреца культа Лэнга и в дальнейшем тратятся на нужды последнего из данного рода, как подопечного. Вот только сам парень из этого рода уже три декады как мёртв, а документ составлен три дня назад.
Ученик нахмурился. Ла-Кре-Нука он знал. Не то, чтобы очень — они были просто соседями по комнате. По крайней мере, о причине вступления в культ погибший ему рассказал — это месть оркам, убившим его семью. Вот только…
Лазутчик нырнул под стол, попутно захлопывая ящик. Вот же дерьмо. Не успел смыться.
Увесистые шаги верховного жреца утихли у камина. Короткий звон стекла, и что-то полилось в бокал. Затем затрещало кресло под тяжестью жреца, и всё затихло.
Через пару минут в дверь постучали, и, не дождавшись разрешения, вошли.
— Хельген, ты же должен был вернуться только завтра, — раздался голос жреца.
— Не стану извиняться за скорость выполнения задания, — незнакомый голос был приятен, но в нём заметно проскальзывали нечеловеческие нотки.
— Значит, нам скоро ждать новичков, — протянул жрец. — Вовремя-вовремя.
— Оплата, Верховный, — устало выдохнул Хельген.
— Придут новички, и ты получишь деньги, — в голосе собеседника послышалась лёгкая брезгливость.
— Верховный, — угроза в голосе наемника была едва слышна, — вы знаете условия договора. Оплата сейчас, сразу после выполнения работы.
Короткий вздох, и на пол упал мешок с монетами.