Страница 17 из 66
Звучит нежный (тоже деликатно по отношению к гостям) зуммер.
Слуга нажимает на кнопку, и голос Окакиса спрашивает:
– Господин Сан-Антонио, можно к вам войти?
Я балдею, поэтому произношу невпопад:
– Да еще как! Конечно...
Дверь открывается, и входит судовладелец (одновременно и домовладелец). Он улыбается вежливой улыбкой.
– Мой сын Гомер рассказал мне только что о случившемся во время плавания. Я хочу принести вам мои извинения и выразить истинное восхищение. Я вижу, вы человек смелый, и хочу поздравить мисс Виктис с выбором достойного жениха.
– О, вы очень любезны, господин Окакис, – отвечаю я. – Но не понимаю, почему вы приносите извинения.
– Моему капитану следовало быть осмотрительнее в вопросе выбора персонала. Капитан больше не будет у меня работать.
Вот так-то, судовладельцы шутить не любят!
– Это все, что я хотел вам сказать, – добавляет он и протягивает мне широченную ладонь, которая не очень гармонирует с его коротконогой фигурой.
И он выходит. Парень по имени Сан-А косит на бар, показанный ему только что слугой, спрятанный (не слуга, а бар) также в стене и закрытый дверцей в виде картины Ренуара – тоже оригинал! Он битком набит (опять же не слуга, а бар) всякими напитками: десять сортов виски, двадцать сортов всяких других вин и ликеров! Сифон! Холодильник! Я так думаю, мне легко будет поладить с островом Кокпинок!
Перехватив мой многозначительный взгляд, слуга спрашивает
– Месье желает что-нибудь?
– На два пальца виски и на один – уединения! – отвечаю я
Он проворно исполняет оба моих желания, за что я ему чрезвычайно благодарен
Я беру стакан и иду на балкон, чтобы удобно устроиться в кресле и спокойно посмотреть на океан
Но вдруг совсем рядом со мной раздается страшный крик Крик, какой вы можете услышать только в фильмах ужасов.