Страница 13 из 66
Пытаюсь выкручиваться, но это ничего не дает. Он еще сильнее сдавливает мне горло. А я ведь еще как следует не отдышался после купания. Кровь бьет у меня в висках, в ушах. Я слышу колокола! Какого черта вы мне не сказали, что сегодня воскресенье и пора идти на мессу!
Но вдруг его руки разжимаются и он падает на колени рядом со мной. Я позволяю себе глоток свежего воздуха и прихожу в себя. Вижу мисс Виктис, вооруженную веслом, и понимаю, что она употребила его не по назначению. Встаю на ноги. Но проклятый стюард делает то же самое.
Тогда я протягиваю руку назад. – Дайте! – выдыхаю я с трудом. Чувствую круглую и гладкую рукоятку весла у себя в ладони. Ну теперь я не удивлюсь, если бравый Сан-Антонио возьмет верх! А вы?
Когда тот бросается на меня, я со всей силы втыкаю конец весла ему в живот. У него вырывается дикий вопль, и он падает на спину. Теперь нельзя давать ему возможность опомниться. Для разнообразия удовольствий наношу ему плашмя веслом несколько деревянных оплеух (исполняется впервые). Он соскальзывает на край борта и головой вниз валится в воду. Я прыгаю за штурвал. Яхта на горизонте уже совсем маленькая. Очень красиво смотрятся отблески ее огней в черной воде. Разворачиваю катер и убираю газ, чтобы не спеша найти своего стюарда. Где мое виски, черт побери! Имею я право на передышку?! Но поди найди маленькую точку в пляшущем океане. У меня глаза чуть на лоб не выезжают, но все равно ничего не вижу.
Тем лучше, да? В конце концов, этот джентльмен оставит нас в покое. Согласитесь, мы его заслужили. Если помните, мы просили малого принести нам виски, а не поиграть в новые приключения Фантомаса!
Я тем не менее выключаю двигатель, чтобы прислушаться, не подает ли он крики о помощи. Но лишь мощный голос океана звучит в наших ушах (красиво я пишу, правда?).
Мы с Глорией за все это время не сказали друг другу ни слова. Она какая-то вся съежившаяся, моя миллиардерша. Про себя же у меня складывается впечатление, будто я только что посмотрел фильм о мучениях Наполеона. Словно меня ломом по башке огрели. Как-то даже спать хочется...
Я еще некоторое время смотрю на волны, покрытые барашками пены (как пишут в более дорогих, но менее интересных, чем мои, романах), чтобы убедиться, нет ли кого тонущего в воде. Может, кто-нибудь нуждается в моей помощи. Затем угрызения совести утихают, я завожу мотор и беру курс на яхту.
Ветер бьет нам в лицо, и мы немного приходим в себя. Глория выглядит почти красавицей при свете луны в своем мокром, облегающем тело платье.
– Тони, – вскрикивает она вдруг, – я никогда не встречала такого мужчину, как вы!
– Я тоже никогда, королева моя! – отвечаю я со свойственной мне скромностью
Надо признать, что на этот раз я с честью исполнил свой долг! Мне кажется, я заработал свои пять тысяч баксов? Если вы не согласны, скажите прямо – я сообщу папаше Виктису, что готов пойти на снижение тарифа!
Вся морская баталия длилась всего пять или шесть минут. Хорошо, семь, не буду с вами спорить!
За меньшее время, чем потребуется продавцу в магазине, чтобы взвесить восемьсот граммов вареной колбасы и продать вам ее за килограмм, я расставил все на свои места, ликвидировал трех гангстеров, завладел катером и спас жизнь Глории
Жаль, телевидения рядом не было, а то бы мои друзья из хроники сделали специальный выпуск с моей физиономией крупным планом!
Классный был бы материал! Затем они продали бы пленку коллегам-янки, поскольку те до ужаса любят смотреть, как спасают дочек миллиардеров, особенно в Далласе
– Вы не ранены? – спрашиваю я.
– Нет, но воды наглоталась предостаточно.
– Вам удалось узнать бандитов?
– Да, это те, из Канн.
– Ну вот, они вас больше не побеспокоят.. Она вдруг зло смеется
– И поделом им!
Не могу сказать, чтобы Глория была очень чувствительна. Но это в природе элиты, особенно американской, так ведь? В них играет кровь завоевателей Дикого Запада! Если судить по ее реакциям, то ясно, что предки решали все проблемы с индейцами с помощью мушкетов
– Я так думаю, вы теперь должны успокоиться, моя дорогая Банда жаждущих получить доллары за вашу драгоценную жизнь уничтожена Мне даже кажется, все эти трое коварных господ родились под знаком Рыб или, в крайнем случае, Водолея.