Власть любви

— Тот, кого сейчас называют Безымянным Богом или Утратившим Имя.

Хейли круто развернулась на месте и теперь, задрав голову, смотрела в мои глаза.

— В ваших венах течет кровь Утратившего Имя, в моих — Хеллы, Богини Сияющей.

Первой моей реакцией был смех, который пусть и с усилием, но я подавил. Нет, обижать эту девочку я не имею права.

Второй — ужас. Ведь моя сила — это отголоски силы Утратившего Имя! Огонь, что не смогла запечатать Эрита Лонтерли. Огонь, чья сила поражает и страшит даже на меня. Невнятные воспоминания — кошмары, мучающие меня каждую ночь. Что, если Хейли говорить правду? Она потомок Богини?

Два потомка непримиримых врагов, полюбивших друг друга?

Нет! Я не хочу! Это не может быть правдой!

— Хейли, — я смотрел на ее лицо и видел в нем осколки той же боли. Те же сомнения и тот же страх.

О, Богиня! Ты подарила мне эту любовь, и ты же хочешь отобрать?

Я не желаю знать никакой правды! Если истина отберет у меня Хейли, она — не нужна мне!

— Рай.

Вздрогнул. Как она назвала меня? Рай?

— Рай, пожалуйста, если можешь, посмотри.

Хейли не оставляла мне выбора. Не давала, загнав меня в тупик. Я не мог подвести ее. Не мог солгать, что утратил навыки считывания сознания. Не мог просто отказаться смотреть ее воспоминания.

Я не мог развеять ее тревоги, пока не загляну в то, что она желала показать. Может, мои опасения напрасны? И ничего ужасного она не покажет?

— Пойдем, — осторожно вложил ее ладошку в свою руку, и увел любимую с края обрыва.

Отдал мысленный приказ Асгару, чтобы тот принес два одеяла. Первой нужно, чтобы постелить на холодную землю, второе — чтобы укрыть дрожащую девушку.

— Будет больно, — честно предупредил ее, — пусть ты и добровольно делишься своими воспоминаниями, но любое вторжение в сознание другого человека — это боль.

— Я согласна на это. — И взгляд такой, словно она мне жизнь дарит.

— Хорошо, — кивнул и увлек Хейли на землю, а затем укутал ее в одеяло.

Я расположил Хейли между своих ног так, чтобы спиной она опиралась на меня.

— Сейчас сконцентрируйся на том, что ты хочешь мне показать. Максимально детально вспомни все, очередность моментов. Именно то, чем хочешь поделиться. Это важно, чтобы ты не показала мне то, что желаешь скрыть.

Я мог бы и не говорить об этом. Но это было бы несправедливо к тайнам моей любимой.

— Мне нечего скрывать от тебя, — прошептала Хейли, а я вздрогнул.

Достоин ли я ее доверия? Оправдаю ли ее надежды? Сомнения, в последнее время, все чаще одолевают мои мысли и душу.

— Готова?

— Да.

«Помоги мне, Сияющая» — подумал прежде, чем приступить к просмотру.

Что увидел я? Девушку, бегущую по полю. Усмехнулся, все не так страшно, как я думал.

Но кто эта девушка? И от кого она бежит?

Ясный день вдруг сменился штормовой ночью.

Мои ладони вспотели. Биение сердца стало практически не различимым.

Статуи? Тоже статуи?! Мои руки задрожали, я прервал контакт.

Трижды проклятые статуи, что снились мне по ночам! Вот они, но в воспоминаниях Хейли! Я знал, что увижу дальше! Знал, демон все побери!

Жертвоприношения. Множество смертей. Кровь, щедро льющаяся на мое тело! Я знал, и не хотел смотреть дальше.

Паника и страх овладели мной.

Каждую ночь за этот демонский месяц я видел жертвоприношения у ног безмолвной статуи. Да что там, я и сам был той статуей, которая стала молчаливым участником жуткого действа.

А напротив меня стояла другая статуя. Женщина, имевшая наверно, прекрасное лицо. Не будь оно таким же мраморным, как и мое. Во снах, будучи статуей, первое время я любовался ею, меня неумолимо влекло к ней, а после жертвоприношений — возненавидел.

Почему кровь лилась только на мое тело? Почему ей никто не приносил жертвы?

Почему только меня наказывает небо?

Ее миловидное лицо, с застывшей жалостью, неимоверно бесило меня. Вот же, стоит она, будто в немом плаче, смотрит неподвижными глазами, такая же каменная, что внутри, что снаружи, но смерть кладут к моим ногам.

Но больше статуи напротив я ненавидел влюбленную дурочку, что первой отдала свою жизнь. Рыжеволосая бестия, изливавшая мне душу, уповавшая на мои прекрасные черты, и мечтавшая вдохнуть жизнь в мои холодные губы.

Будь ты проклята, трижды проклята небом и землей. И за свою глупость, и за ту пропасть, что воздвигла между мной и прекрасной девой-изваянием.

Разве просил я тебя о таком подношении? Желал ли я твоей крови? Со мной рыдала природа. Ветра бушевали, небеса лили свои слезы.

Но хуже, в разы было хуже от памяти. Моей ли, или навеянной. Но я помнил себя другим. Живым. Простой юноша, желавший покорить мир. Любивший жизнь и любивший девушку, чьи глаза сияли ярче звезд. Именно память о ней, придавала мне сил. Но ненависть клубилась во мне, змеей заползала в разум и душу, отравляя все: память, мысли и чувства.

Да, я был камнем. Да, я не был тем живым пареньком, но я знал, что однажды вырвусь из плена.

Сейчас, обнимая Хейли, я вспоминал малейшие детали своего сна. Все свои ощущения. Всю ту иллюзию, что создавал мне мой мозг, ставя на место этой статуи. Я — не она. И быть ею не мог. Каждое утро я мчался к зеркалу, чтобы найти в своих глазах подтверждение. Я — Райан Валруа. Райан, не статуя.

И теперь…я не знал, что мне делать. Ни разу за все время, что мне снился этот кошмар, я не видел продолжения. Только бесконечные жертвы, их лица. И в особенности лицо рыжеволосой девушки. Ее глупое выражение лица, от которого даже сейчас меня замутило.

Я никак не мог отделаться от навязанных ощущений. Знал, что они принадлежат не мне. Но все равно их испытывал.

— Райан, — Хейли откинулась мне на грудь, чуть не ударив затылком. — Ты боишься?

Какой мужчина признается в этом своей любимой женщине? Каким я предстану в ее глазах, скажи правду?

«Искренним»- подсказало сознание.

Минуту я раздумывал, что же ответить. Прижимал податливое тело девушки к себе, вдыхал ее аромат. Успокаивался.

— Каждую ночь я вижу один и тот же сон. Сюжет всегда одинаков, Хейли. И да, я действительно боюсь. Боюсь раствориться в этом кошмаре и потерять себя. Утратить разум. Стать одним из тех сумасшедших, что сидят на паперти и не могут отличить солнце от луны. Я боюсь раствориться в той силе, что пылает в моей груди. Но больше всего я боюсь только одного.

Я сжал любимую в своих объятьях, и нежно поцеловал ее в шею. Если бы только могла понять, что я чувствую, девочка. Если бы я только сумел найти правильные слова. Но никаких слов не хватит, чтобы описать все то, что я чувствую, когда вижу тебя. Когда думаю о тебе и когда обнимаю так крепко, как сейчас.

— Я боюсь, что ты отвернешься от меня, возненавидишь, не захочешь даже смотреть в мою сторону.

— Рай….

Хейли попыталась развернуться ко мне лицом, но я не дал ей.

— Подожди, милая. Сейчас ты просишь меня просмотреть твои воспоминания, рассеять твои тревоги. Ты сомневаешься в правильности наших чувств, и просишь найти ответ меня. Я не хочу торопить тебя, покажи то, что ты хотела и после этого, или дай нам шанс быть вместе или откажись от меня.

Я рассчитывал на то, что вместе мы сумеем со всем разобраться. Но для начала нужно понять, что именно тревожит девушку.

Что ж, ничего хорошего я не ждал. И судя по всему, Хейли тоже.

— Я бы не хотела, чтобы между нами были такие же отношения, — выдохнула Хейли и перестала пытаться обернуться.

Она доверчиво откинулась мне на грудь.

Комментировать ее предложение не стал. С кем она сравнивает меня и себя, я увижу через несколько мгновений.

Погружаясь в ее воспоминания, я очень боялся, что сбудутся мои самые худшие опасения. Вражда между Богами была неспроста. Но даже я не мог предположить, что причиной будет больная любовь Эльхора!

Образы в голове Хейли сменялись один за другим. Перенося меня из одного кошмара в другой. И пусть я понимал, почему Богиня поступала именно так, мне не хватало информации об убеждениях Эльхора. Проще говоря, мне требовались его мысли.