Жернова войны

Лейтенант не стал возражать и подключил носитель информации к когитатору. Здесь было много файлов, но он сразу же увидел обозначенный крупными буквами: Сан-Хосе. Внутри папки оказались несколько видеофайлов и множество картинок. Он на пробу включил первый. Изображение на экране затряслось, было видно, что снимал не летающий пикточереп, а камера закреплена на шлеме офицера. Здесь творился настоящий ад, что-то постоянно взрывалось, оператор постоянно выхватывал землю, плюхаясь в нее носом чтобы уйти от обстрела, показывая изредка куски боя. Орки валили толпой, но постоянно откатывались, потому что встречали ожесточенное сопротивление громил в стальных доспехах, которые ловко уклонялись от их выпадов и атаковали в ответ. Они не бросались с ревом и воплями, как подумал было Брэм, нет, они вели себя спокойно и уверено, при этом используя оружие, находящееся под рукой. Один из огринов двумя ударами нейтрализовал пару лезущих к нему орков, перехватил пушку одного из них и выстрелил в третьего и оружие сработало! Оно не взорвалось у него в руках, оно стреляло по самим оркам и наносило существенный урон! Лейтенант остановил запись и удивленно посмотрел на капрала.

- Как это?

- Ты про стрельбу из орочьей пушки? – с ленцой ответил Стокер. – Я думаю, что нашел ответ – огрин НЕ ЗНАЛ, что она может взорваться, он видел, что она стреляет вполне нормально и даже попадает. У него не было в голове вложенных догм о том, что орочье оружие непригодно для использования. Я тебе скажу больше, он даже начал подбирать их амуницию и перезаряжать его. Понимаешь?! – капрал наклонился к лейтенанту. – Дело не в психополе оркоидов, как мы все думали, а в ВЕРЕ. Орк верит, что оно сработает и оно работает. Человек не верит и знает, что оно собрано из хлама, поэтому оно и взрывается у него в руках. Огрин верил, что оружие работает, он видел, КАК оно работает, поэтому оно у него и стреляло. Подбери его человек и он бы получил увечье. Перемотай до седьмой минуты, тут будет мой самый любимый момент.

Лейтенант так и сделал. Продолжившийся видеоряд показал, как часть огринов и солдат отступила перед орками, как вдруг те заверещали еще громче и с фланга им неожиданно ударил отряд великанов. Зеленые просто не ожидали такого, не заметили в пылу боя, что кто-то может совершить подобное, незаметно подобравшись. Орков моментально изрубили в капусту.

- Разве это не был приказ комиссара?

- Нет. – Мотнул головой Стокер. – Его тогда серьезно ранило, медики не успевали штопать раненых и если бы не огрины нас бы размотали. Это придумал кто-то из их лидеров, вождей, патриархов или как там они называются. Похоже, ему часто приходилось загонять добычу. А теперь посмотри это видео. – Капрал ткнул пальцем. – Здесь воюют уже обработанные проповедниками огрины.

Лейтенант шлепнул по файлу и тут же обратил внимание, что великаны просто идут строем и стреляют, даже не пытаясь укрыться, не уклоняясь от взрывов и летящих в них снарядов. Они просто шли волна за волной, читали молитвы и скороговоркой произносили литании, когда меняли магазины у своих «Потрошителей». И шли. На убой. Как пушечное мясо, которое просто перемалывали. Брэм посмотрел на Стокера.

- Я не понимаю, это ведь просто убийство. Ты показывал первое видео кому-то из офицеров или инквизиции? Они бы нашли управу на это. – Он ткнул пальцем в экран, где огрины просто умирали под пулями, выигрывая время для удара по противнику имперских войск.

- Да куда я только не писал и не рассылал. – Махнул рукой Стокер. – Запись посчитали подделкой, меня – провокатором и тайным культистом ереси. – Он закатал рукав, показывая отметины от раскаленных щипцов. – Инквизитор, понятное дело, выбивал из меня признание, но я не мог рассказать ему о том, чего не было, так что меня просто вернули назад с понижением звания, потому что кому-то нужно защищать Империум, пока Инквизиция ищет в его рядах врагов. Потом снова восстановили, а затем я сделал эту запись, в которой мы понесли огромные потери, отказался выполнять заведомо самоубийственный приказ, ну и меня ушли.

- В деле написано, что ты «проспал» приказ о наступлении.

- Ну, это они так написали, я же просто не хотел губить людей, мне смертей огринов хватило. Я после разжалования попал сначала в их учебку и видел весь процесс «оболванивания». Как мне сказал один из святош, только таким образом можно вытравить из дикарей их еретическую веру и обратить в истинную. Только по мне лежала в гробу такая вера, которая лишает их души.

- Не богохульствуй. – Строго сказал лейтенант. – Если бы не вера, то мы бы склонились перед демонами Хаоса.

- Знаешь, - задумчиво сказал Стокер. – Я воевал против демонов и я ведь не святоша. Судя по их словам меня уже давно должны были переманить на сторону Губительных Сил, однако этого не произошло – я четко видел грань между злом и Империумом. Да, на некоторых планетах жить непросто, да многие голодают и страдают от заскоков инквизиции или планетарных губернаторов, но то что нам несет Хаос… он еще хуже. Демоны постоянно совращают тебя и вот здесь церковники правы в одном – вера спасает. Не та вера в Бога-Императора, а та, что сидит у тебя глубоко в душе. Не путать веру и религию с ее догмами. Так вот, то, что творят святоши – религия, а веру мы всегда носим с собой и мне не нужен посредник между Императором и мной. Я в любой момент могу к нему обратиться в душе и получу ответ. – Стокер посмотрел на посеревшего Брэма. – Император сейчас находится на грани – он не может воплотиться в варпе, потому что его удерживают здесь, на Терре, но и вернуться он тоже не может. Поэтому если и способен влиять на реальность, то только косвенно, изредка проявляя свою волю через живых. Живые святые, слышал о таких?