Страница 11 из 187
- У червей мясо вкусное. – Пробормотал Кость, но мать пнула его, чтобы не высовывался. Жердь посмотрел в сторону детей.
- Все славно сражались в эту ночь. – Объявил он. – Однако скоро близится праздник Поклонения, все сильные и достойные мужчины должны будут уйти на Состязания когда прибудет посланник Верховного Вождя. – Он помешал глиняной ложкой суп и поднял глаза на всех оставшихся в живых в поселении, всего человек сто, может чуть больше – пещера могла вместить много людей, но столько народу не было. – Они вольются в караван с жителями равнин и поморами – волокуша из панциря Королевы будет подарком Верховному Вождю, также как и добытый нами металл и горючий камень. После того, как мужчины уйдут, мы будем искать новое место для поселка. Я сказал. – Старейшина начал молча потреблять пищу.
tсклонили головы в знак согласия с его словами. А что еще оставалось делать, тут не махровый либерализм и не демократия – как вождь сказал так и будет, а кто противится его воле, то легко может погибнуть в поединке. Тут зело уважали рукопашный и ближний бой, да и всевозможные демократические зерна тут не прижились бы, вон, Говоруна с его Императором никто не кинулся спасать, не до того было. Так что всякая либеральная прослойка тут в первую очередь попередохла бы. Хват пошел вместе с мужчинами за трофеями – там где-то валялся и им убитый паразит, с которого получились бы неплохие наплечники, наколенники и наручи. Да и грудь прикрыть чем-нибудь не помешает.
Только при свете солнца можно было тщательно рассмотреть картину случившегося – повсюду валялись мертвые тела паразитов, среди которых прятался молодой мохнач, привлеченный запахом крови и мяса. Он уже слизал все внутренности у тварей и сейчас заметил людей, не зная что ему делать – напасть или сбежать. Охотники заметили его раньше и Клык остановил группу.
- Дети – назад. Подождем, может быть уйдет.
- А как же мясо? – спросил Дрын.
- Если нападет, то будет мясо, если сыт, то убежит, сами мы провоцировать его на атаку не будем. Где-то рядом его мать.
- Слишком молод? – спросил Рог, отец Хвата, который взял в схватке с Королевой много трофеев, но отказался отдыхать и пошел с сыном на площадку.
- Похоже на то. – Клык был опытным охотником и точно знал повадки зверей, мог их чувствовать. – Подождем.
Однако мохначи уходить не собирались – к детенышу присоединилась мать, зверь раза в два крупнее мелкого и превосходящая в росте самого высокого охотника в группе. Хват сравнил размеры тварей и впечатлился, особенно передними острыми костяными пиками вместо пальцев – на такую насадит как на шампур. Звери ворчали, детеныш продолжал хлюпать жижей, которая осталась в паразите, мать настороженно следила за людьми. Клык вздохнул – он понял, что без схватки не обойтись.
- На мелкого внимания не обращаем. – Произнес он. – Главное вырубить мать, она матерая и опытная, вон сколько шрамов на шкуре и до сих пор жива. Молодой может напасть только на детей, посчитав их за свою добычу, так что Хват, Горелый, Подмышка, возьмите копья и упрете их в землю, когда он прыгнет. Бить мохнача следует с боков и в шею, там, где костяной воротник чуть-чуть поднимается. Передними конечностями он вас не достанет, если насадится на копье, а вы его будете крепко держать, главное, не давайте себя повалить – разорвет. Щипок, останься с ними. – Клык втянул носом воздух. – Готовится. Теперь с матерью – ударим сразу с двух сторон, кому-то надо будет подманить ее, чтобы заинтересовалась им.
- Я это сделаю. – Рог поднял ладонь вверх.
- Хорошо, - Кивнул Клык, - бьем также в шею, в подмышечную впадину средней лапы, в живот, можно в задницу, это ее взбесит и она начнет прыгать по площадке, тогда наша задача измотать ее. Запомнили уязвимые места? – все покивали. – Тогда начинаем.
Крупная тварь заворчала сильнее, когда Рог вышел вперед и стукнул топором о кинжал, словно вызывая ее на бой. Она оттолкнула хитиновый панцирь, задрала морду к небу и пронзительно завопила, предупреждая, что это ее добыча. Звук прокатился по горам и пропал в вышине снежных вершин. Мохнач стукнула передними конечностями друг о друга и неожиданно быстро прыгнула к Рогу, чтобы единым ударом насадить его как бабочку на булавку. Однако отец Хвата не стоял, щелкая клювом, он подхватил копье и также упер его древко в площадку, приготовившись к удару. Копье было полностью стальным и металл глубоко вошел в грудную пластину твари, попав между костей, проткнув плотную кожу. Мохнач завыла от боли и заскребла пиками, стараясь попасть по Рогу, но тому ловко удавалось уклоняться. На залитую красным площадку снова закапала кровь, замерзая на ветру, мохнач дергался, но на него с боков уже обрушился град ударов. Рогу повезло, что копье попало именно в щель грудных пластин – оно могло легко соскользнуть и отлететь в сторону от натиска такого могучего зверя, ведь мохначи дерутся друг с другом именно так, стараясь ударить в грудь, чтобы убить наверняка и пронзить сердце. Остальные охотники начали сильными ударами колоть в живот, в шею, в подмышки и тварь, наплевав на торчавшее из груди копье, которое доставляло ей некоторый дискомфорт, тут же атаковала их. Но белокожие звери, замотанные в шкуры, оказались трудной добычей – они были резкие и быстрые, уходили от ударов ее лап и при этом продолжали колоть тело чем-то острым, причиняя боль. Она еще не сталкивалась с этим видом зверей, зная повадки своих родичей и этих вкусных стайных тварей, поэтому не могла знать, что они такие хитрые, эти белокожие звери. Ее сын поспешил на выручку и предпочел напасть на более мелких зверят, рассудив, что они вряд ли смогут с ним справиться, но они также начали колоть в него копьями, а один вдруг каким-то образом оказался у него на спине, вцепившись в шкуру. Сын тут же упал на спину, чтобы придавить врага своим телом, но открылся для удара в живот, чем звери и воспользовались. Мать видела, что ее детеныш медленно умирал и звал на помощь и от этого разъярилась еще больше. Она отбросила с дороги кого-то и кинулась на защиту малыша, как что-то подрубило ей ноги и зверюга споткнулась. Она не успевала добраться до сына и поняла, что смерть пришла за ней, потому что враг замахнулся и ударил прямо под шейный ворот, отсекая ей голову.