Соблазнение строптивого

 

Занимаясь раненым, я не смогла толком обдумать план противодействия тёмному, а когда он явился полчаса спустя и велел собираться, я оказалась слишком вымотана, голову будто перьями набили.

Следом за тёмным вошли с носилками два служителя его храма. Беспамятного раненого уложили и вынесли.

– Полей мне воды. – Тёмный направился к трактирному залу.

Поплелась следом, глядя на гордо расправленные плечи, на слипшиеся волосы. Какой же он сильный… Надеюсь, я ошиблась, и «Эсси» из письма не Эсин. Только бы письмо было не об Эсине!

В зале было сумрачно, дверь в кухню оставалась открытой.

В самой кухне скопилась тьма.

Пощёлкав огнивом, тёмный запалил свечу. Устало огляделся. Я прошептала:

– Почему они хотели тебя убить?

– Не твоё дело. – Он взял со стола кувшин и зачерпнул из бочки воду, протянул кувшин мне. – Полей.

Приняла увесистый сосуд. Тёмный стянул заскорузлую рубашку. Потянулся. По рельефным мышцам пробежала дрожь. На левом плече багровел синяк, порезы на правом покраснели и вздулись.

«Об Эсине было в том письме или нет?» – от непонимания начинало мутить. Я вовсе не хотела, чтобы тёмный оказался врагом Эсина, а не просто залётным следователем, решившим слегка поворошить дела светлых.

Выставив на скамью таз, тёмный вытянул над ним руки:

– Лей.

Наклонила кувшин над багряными ладонями. Сумрак скрыл цвет стекавшей с них воды, но одуряющий металлический запах тьма не скрывала. Тихо плескалась вода. Тёмный обмыл руки, особенно тщательно – лицо, волосы. Мне пришлось несколько раз наполнить кувшин, а тёмный дважды опорожнил таз в окно.

Тягостное ощущение усиливалось.

– Это действительно не твоё дело, – глухо заговорил тёмный. – Внутренние дела тёмного ордена.

– Зачем мы на самом деле едем? – посмотрела ему в лицо, но он смотрел в сторону.

– Расследовать несколько дел.

– А эти, в плащах?

– Просто воспользовались случаем. Я уже давно, скажем так, занимаюсь исключительно кабинетной работой, засел в Дарготе, привык к безопасности. А тут… опомниться не успел, как вляпался, точно мальчишка. Недоброжелатели сразу решили показать зубы. – Добавил он страшно устало: – Дураки.

– Много у тебя недоброжелателей оказалось.

– Это только самые глупые. Своей деятельностью я чисто физически не могу удовлетворить всех, но почему-то слишком многие этого не понимают. Или считают, что я должен был встать на их сторону. – Он провёл влажными ладонями по лицу, волосам. – И грань – это было слишком внезапно.

Тёмный тряхнул головой. Я поставила опустевший кувшин на стол. Тёмный хмуро смотрел перед собой. Сочившийся в открытое окно голубоватый свет очерчивал его бледное лицо, заострившиеся скулы.

О чём он думал сейчас?

– Да, интересно получается, – тихо протянул он. – Об этом я не подумал.

– О чём?

– Да так, – отмахнулся тёмный. – Идём. Нам надо отдохнуть.

Он повёл меня сразу во внутренний двор, погружённый в голубоватые сумерки. Нас ждали навьюченный серый, Ветер и гнедой тонконогий конёк на две ладони его ниже. У меня даже не было сил пожаловаться на неказистого нового коня.

Мужчина в чёрном балахоне низко поклонился, придержал моего коня под уздцы, пока садилась.

Покидая постоялый двор, тёмный не спросил помощника о его хозяйке, даже не оглянулся – и от этого настроение стало чуть лучше. А в остальном… в остальном я ужасно устала.

Мы ехали по задней улице, я с нарастающим ужасом глядела по сторонам: Аор сильно отличался от Самрана. Здесь воняло, было грязно, мрачно, улицы кривые и запутанные, встречались вывески с нечитаемыми названиями, некоторые дома потрескались, отсырели, зияли пустыми окнами. Люди ночевали прямо на улице! На повороте беззубый бродяга попросил денег, тянул шапку.

Здесь не хватало твёрдой руки Эсина.

Эсин… Закрыла лицо руками и всхлипнула. Тёмный похлопал меня по плечу, но я сбросила его холодную руку.

Меня ведь убить могли вместе с ним, из-за него…

Невыносимо хотелось домой, под защиту Эсина.

 

 

После такого нападения я бы сматывалась из Аора, но тёмный лишь сменил постоялый двор. На этот раз мы остановились неподалёку от Гранографа, но даже этот квартал практически в центре города выглядел хуже самых непритязательных окраин Самрана.

Седобородый хозяин, зевая, отворил ворота и впустил нас внутрь.

– Моя жена устала в пути. – Тёмный спешился. – Просто дайте нам хорошую комнату с письменным столом.