Соблазнение строптивого

– Нас будут искать по подозрению в убийстве?

– Не думаю: от удара у него просто остановилось сердце. Ни синяков, ни следов магии. Свидетелей конфликта тоже нет. – Он первый спрыгнул с постели и, прихватив подсвечник, отправился во вторую комнатку. – Наш отъезд будет выглядеть не лучшим образом, но здесь оставаться не следует.

Я смотрела ему в спину, потом на опустевший дверной проём.

Удар, останавливающий сердце и не оставляющий следов… Стоило держаться от этого хладнокровного, невыносимого и опасного тёмного подальше, а я сползла с кровати и пошла в комнатку, переполненную шорохом собираемых вещей и жёлтым светом.

– Вот гад, мог бы и аккуратнее. – Тёмный разглядывал флаконы на просвет. В них копошилась тёмная субстанция с красными глазками, и мне стало нехорошо. – Он их напугал, урод. Несколько погибли…

– Что это за… жучки?

Тёмный стал оборачивать флаконы тканью:

– Секрет тёмного ордена.

– Да брось, – прислонилась к косяку. – Я же знаю, что они лечат, просто любопытно… Например, очень интересно, почему они тебя не сожрали? И почему лечили? Как в принципе они могли что-то полезное делать в ране?

Помедлив, тёмный сказал:

– Их долго дрессируют. Изымают кладку, выводят, учат удалять отмершие клетки и соединять сосуды, мышечные волокна, – он аккуратно складывал рубашки, штаны, письменные принадлежности. – Их слюна склеивает плоть и уничтожает инфекцию. Очень удобно.

– Скажи на милость, как можно дрессировать жуков?

– У них некоторое подобие коллективного разума, такие опытные, как мои, могут действовать без дополнительных магических команд. Правда, когда кто-то из них погибает, им очень грустно.

Тёмному, похоже, тоже грустно, и снова захотелось избить его подушкой: почему ко мне он равнодушнее, чем к этим тварям?

– И где вы их берёте? – напряжённо спросила я.

– А вот на этот вопрос, моя дорогая светлая волшебница, я ответить не могу.

Значит, добывают этих красноглазых в пределах досягаемости светлых, может даже у нас под носом.

Искоса глянув на меня, тёмный стал собирать и мои вещи. А я просто стояла и смотрела. На его руки, действующие быстро и осторожно, разглаживающие складки на одежде, – я бы не смогла так хорошо упаковать вещи. На блестящие длинные волосы, которые он успел привести в порядок. На сосредоточенное красивое лицо.

О чём он думает?

Чего добивается?

Чего хочет?

Смотрела на плотно сомкнутые губы, и сердце билось неровно.

– Лила… – тёмный вдруг замер. – Нам лучше не целоваться.

Сердце пропустило удар. И как же жалко прозвучал мой вопрос:

– Почему?

Рука тёмного взметнулась к волосам, пальцы пробежались по иссиня-чёрным прядям.

– Потому что это будет очень мучительно, – сказал он.

Это уже мучительно: не помню, чтобы за последние лет десять было так же тяжело на душе.

– Поверь моему опыту, – попросил он, – я знаю, когда развлечение может стать чем-то большим.

Я не хотела верить.

– Ты ошибаешься, – сложила руки на груди. – Единственная любовь моей жизни – Эсин. Я просто не выношу, когда меня игнорируют, это сводит меня с ума. Так что подойди, поцелуй, давай трахнемся, и я успокоюсь.

– Прости, эгоистичная ты наша, я больше верю себе, чем тебе. – Тёмный застегнул мою сумку. – На инстинкт самосохранения тоже пока не жалуюсь. Лила… – Он поднялся и заглянул мне в глаза. – Просто поверь, я…

Он дёрнул головой, посмотрел в сторону, будто прислушиваясь. Моё безумно колотившееся сердце заглушало все внешние звуки. Мешки с вещами разомкнулись, пропуская меч, влетевший в руку тёмного, в следующий миг я оказалась на плече.

Тёмный вихрем влетел в спальню, распахнул окно и, крепко меня держа, сиганул вниз.

Тряхнуло, клацнули зубы.

– Господа, – прогремел голос тёмного. – Отпустите его. И Сеть смерти с гостиницы тоже следует снять. Для вашей же безопасности.

Меня пробрало до мурашек. Впрочем, может, причина была не в интонациях его голоса, а в ночной прохладе. Я видела только мостовую и часть тёмного каменного фасада постоялого двора. Повернув голову в сторону от него, заметила человека в беспросветно-чёрном плаще и маске.

И ещё одного, и ещё…

– Похоже, ты больше не в том положении, чтобы командовать, – холодно отозвался незнакомый мужчина.

– Да неужели? – Тёмный стряхнул меня с плеча и развернул.