Соблазнение строптивого

– А ты случайно с их женщиной не трахался? – уточнила я. – Больно уж взгляд у пресветлого кровожадный.

– Обычно я не усложняю работу ради развлечений.

– Это не ответ, – засмеялась я.

Один из стражников согрел меня пламенным взглядом, за ним ещё один, и ещё, я сидела, мечтательно улыбаясь. Тёмный продолжил:

– С ней я только поговорил немного. Теоретически, этого могло хватить для ревности. Хотя… не уверен, что меня у неё видели. Возможно, пресветлый ревнует тебя.

– Меня? – вскинув брови, повернулась к тёмному.

Он смотрел на разгребающих клумбы людей.

– Он против любовных связей между представителями наших орденов. За последние пять лет в Аоре не было заключено ни одного смешанного брака не только между орденцами, но и между вольными магами.

– Такие браки разрешены, если кто-то объявил их вне закона…

– Они не запрещены, но для их заключения требуется соблюсти семнадцать пунктов условий. В их числе высокий имущественный ценз, обязательное пожертвование храму сверх платы за обряд. Согласие чуть ли не всех родственников. Трёхлетняя помолвка, в течение которой жених и невеста не должны покидать земли Аора.

– Такие ограничения законны?

– Почти нет, но ещё в пределах. Меня больше удивляет, что в Даргот не поступало жалоб на это самоуправство.

– Может, люди просто не знали, что на это можно пожаловаться? – Пожала плечами. – Или желающих не было.

– Может быть. Но сам принцип…

Стражники и тёмные суетились вокруг разрытых тел. Стало зябко даже в куртке тёмного, я стянула края, прячась в её глубине. Подкладка была очень мягкой, уютной. Над нами нависала беспросветная грань – давила, тревожила, зарождала в груди ужас дурных предчувствий:

– Мы в Сорту вообще когда-нибудь поедем?

– Я сделал всё, что хотел. Осталось дождаться ухода грани.

Искоса глянула на тёмного, улыбнулась одним уголком губ:

– Не можешь уехать, не узнав, что с твоими?

Кивнул.

Вдоль грани, притягивая любопытные взгляды, скакал парнишка в простой одежде. Ни на кого не глядя, он примчался к нашей скамье, спешился и принялся стягивать сумку с чем-то прямоугольным внутри. Внимание к нам росло.

Парнишка опустил сумку на землю, вытащил деревянный ящик и торжественно поставил на скамью между мной и тёмным. Крышка отъехала в сторону, в ноздри ударил запах жареного мяса, свежего хлеба, сыра. Помимо этого внутри оказались закупоренный кувшин и корзиночка с виноградом.

– Вы были правы, – шепнул парнишка, восторженно сверкая на тёмного почти влюблёнными глазами.

А может и не почти.

– Благодарю, – кивнул тёмный.

Парнишка поклонился и, взяв коня под уздцы, в обход вишен направился к разрытым клумбам.

– В чём ты прав? – захлёбываясь слюной, я схватила мягчайший каравай.

Сердце обмерло от свежего хруста корочки, от ярче заигравшего запаха. Вытащила сочащееся соком рёбрышко, впилась зубами, срывая мягкие волокна, пытаясь сфокусировать взгляд на лице тёмного, уволокшего у меня остатки каравая.

– Помнишь, пресветлый гонца в Аор отправил?

Закивала, снова впиваясь в мясо, урча, мыча от фантастической вкусности. Тёмный усмехнулся. Странно на меня смотрел, выковыривая из хлебного ломтя мякоть.

– Он отправил приказ оставшимся в городе напасть на тёмный храм.

Кусок застрял в горле, царапал, распирал. Закашлялась, хватая ртом воздух, силясь проглотить. Одной рукой хлопая меня между лопаток, другой тёмный схватил кувшин и зубами сорвал пробку, сплюнул, протягивая:

– Пей.

Жадно хлебнула кисло-сладкого морса. По горлу будто колючка пролетела. Вновь попила, морщась от пощипываний и першения. В глазах стояли слёзы. Утерев их, вдоволь напилась и отставила кувшин:

– Ещё какие-нибудь новости? Ты давай, говори скорее, я есть хочу, но и жить тоже.

– Вроде нет. – Тёмный вложил в выщипанный изнутри ломоть кусок сыра, немного содранного с рёбрышка мяса. – Ты ешь, не стесняйся.

– Ты совсем за своих не переживаешь?

– Я перед отъездом сюда приказал всех родственников и ценности перевести в храм, там все будут в безопасности.

– А щит?

– Что «щит»? – приподнял бровь тёмный и откусил своё кулинарное сооружение.

– Ты же вынес из храма артефакты щита, – подаваясь навстречу, прошептала я.

Он сглотнул.