Страница 20 из 37
Ночная картинка закрытой двери автомастерской навевала сонное состояние и Максим украдкой перевёл взгляд на сидевшую рядом Илону. Глядя на её сосредоточенное лицо, парень подавил колыхнувшееся в душе чувство зависти: спят когда-нибудь эти детки или любое приключение, вырывающее из состояния стабильности, заряжает их адриналином на несколько ночей.
Через пять минут Гузель вышла из мастерской в сопровождении молодого круглолицего парня в замасленной спецовке. Полазив в моторе, потом обойдя машину со всех сторон, он удовлетворенно хмыкнул и развалистой походкой вернулся в мастерскую. В течении последующих двадцати минут Максим, кусая ногти и хрустя суставами пальцев, нервно наблюдал за грубо жестикулирующими и матерящимися оппонентами. Наконец, красная от напряжения, Гузель подошла к автобусу и стукнув по дверке кулачком, зло вздохнула:
-- Ну хомяк деревенский, ничем не прошибешь.
Максим расстроенно положил руки на руль, мысленно смиряясь с тем, что машину продать не удалось. Наконец, выпустив пар, девочка подняла красивые, восточные глаза и, хитро подмигнув, добавила:
--Ладно, триста евров тоже деньги.
Из мастерской вышел переодетый в чистую одежду механик и, протянув девочке купюры, с явным удовольствием сел за руль.
-- Вы в село заезжали? - И удовлетворенно кивнув отрицательному ответу, констатировал: -- Значит, никто не видел. Это здорово. Ну, бывай, подруга. Если еще что-нибудь лишнее найдешь, знаешь где я. Сотрудничать с вами, миледи, было истинным наслаждением. Особенно много я постиг в познании русской бытовой лексики. Как договаривались: я вас не видел, вы меня тоже.
Весело помахав рукой, парень завел машину и исчез в сумраке ночи. Максим, Олатойо и девочки медленно побрели к покосившейся скамейке и сев, покрепче прижались друг к другу.
-- Гузель, -- тихо позвал Максим, -- знаю, что дамам такие вопросы не задают, но все же: сколько тебе лет?
-- Двенадцать будет через пару месяцев, хотя наша "колбаса" в документах написала, что десять, сказала, что на границах так платить меньше. Хотя, врет, небось.
Холодная белая луна угрожающе повисла над головами, где-то вдалеке неожиданно ухнула сова и над мастерской черной тенью пролетела неизвестная птица. Девочки, испуганно сжавшись, прикипели к теплому боку мужчины и жалобно сопя, всматривались в чёрную даль дороги, с надеждой ожидая спасительный свет фар автомобиля несущейся, из неизвестного Васильково, мамы Олатойо.
Соня искоса посмотрела на Иру и чуть заметно улыбнулась, глядя, как девушка в позе "лотоса" расположилась на стоящем баснословные деньги фирменном кожаном диване. Всего-то десять лет назад и она, Соня, вот так же не замечала, что под ногами раскинулся настоящий турецкий ковёр ручной работы, а кофе, папина домработница Ася, подавала в тонком фарфоре конца девятнадцатого века, всё это казалось таким обычным, домашним, не стоящим ни бережного отношения, ни элементарной аккуратности, зато сейчас, когда Ира положила ноги на чёрную кожу дивана, у Сони слегка царапнуло по сердцу, словно не на мебель, а на её кожу опустились старые запылённые кроссовки девушки, оставляя огромные серые вмятины.
-- Сонь, -- позвала Ира, выводя женщину из задумчивости, - кто такая Зинаида Сковородникова?
-- Папина секретарша, -- Соня быстро опустила глаза, испугавшись, что собеседница прочитает её "жлобские" мысли. - Где ты нашла это имя?
-- Что значит где? - удивлённо подняла брови Ира. - Нет такого документа, в котором бы оно не фигурировало. Это женщина-робот.
-- Не знаю насчёт робота, но она была очень предана отцу. Мама постоянно ревновала его к Зинаиде Павловне. Впрочем, сейчас мне кажется, что это была не ревность, а, какое-то детская реакция самозащиты. Когда чувствуешь свою вину и вместо того, чтобы признать её, начинаешь обвинять другого человека. Просто так, чтобы отвести подозрение от себя. Мама по поводу и без повода кричала: не нравится, иди к своей Златке, или вон к Зинке катись. Не отличалась мадам Елена Владырь ни умом, ни сообразительностью. Хоть и не хорошо так о маме, да ещё и о покойной.
-- А где сейчас эта Зинаида?
-- Честно говоря, не знаю. Много лет прошло. Да и по возрасту она была не намного моложе папы. Так что ей сейчас хорошо за семьдесят. Жива ли.
Ира снова опустила глаза в пожелтевшие листы старых документов и закусив губу, в очередной раз отключилась.
Дверь глухо хлопнула и в комнату без стука вошла Агата. Брезгливо скривив заполненные свежим ботоксом губки, девушка не мигая уставилась на Иру. Несколько секунд Агата и Ирина сверлили друг друга взглядом, ожидая, кто же первый заговорит. Поняв, что здороваться и быть вежливой вошедшая не намерена, Ира первой опустила взгляд в документы.
-- Могу я узнать, Сонюшка, что делает этот пролетарий в нашем доме?
-- Ирочка, это...
-- Знакомы, -- не поднимая головы, процедила гостья и, не обращая более внимания на Агату, продолжила изучать очередной контракт.
-- Агаша, -- Соня перевела глаза на сестру. - Ирочка пришла ко мне в гости. С каких это пор, ты требуешь у меня отчёт?
Женщина жалобно улыбнулась и проглотила подкатившийся к горлу ком. Что за наказание целый день, то тошнит, то в жар, то в холод бросает, в животе крутит, голова... словно только что тренинг на полёт в космос прошла. Что она с утра съела? Кофе с молоком, круассан. Ну не от круассана же в жар бросает. Вкрадчивый голос Агаты вернул Соню в реальность:
-- Должна тебе напомнить, сестрёнка, что скоро у нас ответственная презентация, и человек хорошо заплатил, чтобы к нему профессионально отнеслись. И твоё поведение, дорогая, совсем не профессионально. Ну, Сонюшка, -- девушка подошла к сестре и, сев рядом, положила руку ей на плечо, -- ну соберись, дорогая. Неужели этот недоразвитый стоит таких страданий. Ну, пропал пацан, и пропал. Сколько их пропадает по стране. Может запил где-то, может загулял с кем-то...
-- Это вы по себе судите? - не поднимая глаз, прошептала Ира.
Агата убрала руку с плеча сестры и растянув губы в неестественной улыбке, зло промурлыкала:
-- Гости, гости, вы не устали от своих хозяев. Может вы обидитесь и пойдёте домой?
-- Я не обидчивая, -- по-змеиному оскалилась Ира, изображая неописуемую радость от общения.
Неожиданно девушка перевела взгляд на старшую подругу и разбрасывая бумаги, соскочила с дивана. Вытянув руки, она почти на лету поймала падающее с кресла тело Сони и прижав к себе женщину, растянулась на сверкающем чистотой полу.
-- Что с ней, -- от неожиданности лицо Агаты потеряло привычное выражение брезгливости и сравнялось по уровню белизны с обошедшей все экраны страны простынёй, выстиранной всемогущим "Ариэлем". - Не придави её, я за доктором.
Через пятнадцать минут пришедшая в себя Соня, отвечала на вопросы доктора, обслуживающего коттеджный посёлок. Не найдя ничего подозрительного, немолодой врач выписал несколько рецептов и, попрощавшись, вышел вслед за провожающей его Агатой.
-- Анатолий Геннадьевич, -- испуганно прошептала девушка. - Что это может быть? Соня никогда не подавала никаких признаков недомогания.
-- Не хочу делать прогнозы заранее, точный диагноз нам покажут результаты анализов, -- улыбнулся доктор, пряча в карман приятно шуршащую купюру, -- но, по всем показателям, вы, дорогая, скоро станете тётей.
-- Этого только не хватало, -- побледнела Агата, обмахиваясь кошельком в качестве веера. - Эта неделя когда-нибудь кончится или нет. Из одной задницы на шустрых санях в другую. Давно у неё это?
-- А вот это вам скажет гинеколог. Но однозначно срок небольшой. Я мамочке ничего не сказал, думаю от вас ей будет приятнее услышать новость.
Доктор вежливо поцеловал девушке дрожащие кончики пальцев и, не оборачиваясь, вышел.
Агата несколько минут смотрела на захлопнувшуюся дверь, затем, вспомнив что-то важное, выбежала за мужчиной.
-- Анатолий Геннадьевич, -- тихо позвала Агата, успевшего отойти врача. - Могу я попросить вас об одолжении? Не рассказывайте никому, что Соня беременна, особенно ей самой. Хотя бы до получения результатов анализов. Видите ли, Соня давно мечтает о ребёнке и, если сейчас сказать ей об этом, а потом всё окажется банальным расстройством желудка, она будет очень тяжело это переносить.