Страница 17 из 130
А л к и в и а д Мой час настал! Пора! Узнаешь скоро. С о к р а т Поход в Сицилию? Прости, мой друг. Как плохо слушал ты Перикла в детстве, Так в юности ты слушал и меня. А л к и в и а д Премудрость хороша, но жить придется Своим умом, каков ни есть, что делать? С о к р а т Но выслушай меня в последний раз. А л к и в и а д Нет, выслушай меня, Сократ, прошу. Об этом я молчу пока со всеми. Сицилия всегда влекла Афины. Но это только остров. Карфаген И Ливия — куда заманчивее! А там с Италией Пелопоннес Нам покорится наконец. Вот дело, Какое и не снилось никому! Сицилия — начало… С о к р а т И конец! Ты, вижу, обезумел, друг мой милый. Ты сетуешь на Никия за мир Со Спартой, но война не завершилась; По прорицаниям еще продлится, К несчастью для Афин; ты зачинаешь Вновь раздувать ту бурю, что пришла С Пелопоннеса при Перикле, только Отправив флот в Сицилию, да с войском, Которых не увидим больше мы И даже при победах, понеся Потери невозвратные, а здесь же Пелопоннес накроет нас не бурей, А сухопутным войском, и спасенья Не принесут Афинам корабли. А л к и в и а д Какие речи! Никий то ж толкует. С о к р а т Народ, надеюсь, остановит вас, Безумцев молодых. А л к и в и а д О, нет! Я знаю, Народ поддержит нас. Что толку в войнах За острова Ионии со Спартой И с персами? Ведь мир велик на запад, Ты знаешь, до Геракловых столпов! С о к р а т Не хочешь мне поверить, хорошо. Даймону моему нельзя не верить. И он-то налагает мне запрет Принять участие в твоем походе Или одобрить помыслы твои, Как в деле неразумном и преступном. Послушай не меня, Сократа, — бога, Который отвращает нас от зла, Неправедного дела и поступков. А л к и в и а д (в смущении) Мне жизнь дана одна, чего мне ждать? Уж если смерти, так на поле брани. С о к р а т Ведь речь уже не о тебе, мой друг, Об участи Афин и всей Эллады.
Перед ними в вышине в вечерних лучах солнца сияет Парфенон.
2
Спарта, состоящая из нескольких поселений на равнине среди гор, естественных стен города. У реки Еврот дом царицы Тимеи с пристройками и садом. В садовую калитку со стороны гор входит Алкивиад, одетый, как спартанцы, в одну шерстяную рубаху, с длинными волосами, в сопровождении верного раба Тиресия.
А л к и в и а д Мне снится сон, который длится год, Иль два, иль три, пора бы и проснуться? Вхожу к царице, как пастух одетый, Босой, длинноволосый, загорелый, Иль воин, или царь, — простые нравы Мне по сердцу, как на войне бывало, Да здесь вся жизнь, как лагерный уклад, С похлебкой общей для мужчин, готовых Сейчас вступить в сраженье. Т и р е с и й А по мне Уж лучше повара иметь при доме И все иные блага афинян. А л к и в и а д (прохаживаясь по саду) А жизнью наслаждаются, похоже, Одни лишь женщины, дыша свободой, Какой не ведают мужья, и дети Их радуют до возраста, когда Они всего прелестней, — до семи, А там их забирает государство На воспитание из них бойцов. Т и р е с и й Из мальчиков, а девочек куда? А л к и в и а д Из них растят здоровых матерей, Как воинов на ниве Гименея… Т и р е с и й Как телок в стаде, чтобы без изъянов, — Я это понимаю хорошо. А л к и в и а д На празднестве ты видел хоровод Из девушек, невинно обнаженных, Не очень и красивых, но здоровых, И гордых тем стыдливо и задорно? Т и р е с и й Да, шествие, скажу, на загляденье! А л к и в и а д Нет, афинянки в туниках прекрасней, А обнаженность хороша в постели. Т и р е с и й Афины! Нет пути тебе домой. По мне уж лучше б бунт ты поднял в войске И Сиракузы разом сокрушил.