Страница 17 из 38
- Нет, - покачал головой я. - Это будет ошибкой. После такого мы не сможем разорвать наши узы. А я бы этого не хотел.
Она поняла, горячие слезы обиды и ярости потекли по щекам.
- Убирайся! Уходи! Ненавижу тебя!
Каждый гневный крик все сильнее заставлял меня дрожать, то ли от холода, идущего из самого сердца, то ли от злобы на самого себя. Медленно поднявшись, не глядя на нее, я, покачиваясь, зашагал к выходу. С трудом накинул на плечи куртку, схватил пояс с мечом и вышел во двор. Громкий женский плач позади ранил похлеще вражеской стрелы.
Морозный воздух немного охладил голову и заставил мыслить более ясно. Я не считал себя виноватым, так было нужно. Если Аглая пойдет со мной - она погибнет. Да, она знахарка и умеет неплохо врачевать, но в реальной схватке мне некогда будет следить за ее защитой, и какой-нибудь ловкий монстр разорвет женщину на части. И тогда мне будет в стократ больнее, чем сейчас. Пока еще это лишь привязанность, не переросшая в любовь.
Я зашагал к дому старосты. Глуб еще не спал, без вопросов открыл дверь и молча впустил меня в дом. Мы сели за стол, староста разлил самогон. Я принял стакан, тупо глядя на пламя в очаге.
- Будем, - пробормотал Глуб, одним глотком осушив свою тару. Я выпил, даже не ощутив горячую жидкость, скользнувшую в желудок.
- Иди спать, парень. Уже поздно для размышлений. Жена постелила тебе в соседней комнате.
Я кивнул, тяжело поднялся и зашагал в спальню. Сил раздеться не было, поэтому упал в постель как есть.
Утром мне с трудом удалось разлепить свинцовые веки. За окном еще царила темнота, но в гостиной Глуб уже прощался с женой.
Я сел на лавке, пригладил растрепанные волосы, затем встал на ноги. Вспомнился вчерашний вечер и искаженное горем и злостью лицо Аглаи. Надеюсь, она не придет нас провожать, мне жуть как не хочется смотреть знахарке в глаза.
Завтракали молча. Затем я принял мешок с провизией от жены Глуба, а сам староста направился во двор, выводить коней.
Вся деревня собралась у дома, когда я вышел, многие приветствовали меня, кто с улыбкой, кто равнодушно. Окинув толпу взглядом, я, к своему облегчению, не нашел Аглаю. Оно и к лучшему.
Забравшись в телегу, положил меч под рукой и помахал селянам. Кто-то громко желал мне удачи, девушки пустили слезу. Глуб хекнул, прикрикнул на коней, и мы тронулись в путь.
Глядя на постепенно удалявшиеся дома, я ощущал сосущую пустоту на сердце. Было грустно и стыдно, что так обошелся с Аглаей. Можно ведь было помягче, попытаться объяснить...
Но я понимал, что иначе нельзя. В противном случае я дал бы ей ложную надежду, заставив поверить, что у нас есть совместное будущее. А так она со временем успокоится, свыкнется с мыслью, что меня нет рядом. И будет жить дальше.
Глуб неожиданно остановил коней у развилки.
- Иди, - бросил он мне. - Тебя ждут.
Я повернул голову и увидел знахарку под кроной дерева. Она стояла, сложив руки на животе и глядя перед собой.
Спрыгнув на землю, я быстро преодолел разделявшее нас расстояние. Вещей при Аглае не было, а значит, она не собирается ехать с нами. Одно это уже успокаивает.
- Я хочу попрощаться. Нормально, не так, как вчера, - негромко сказала она. Я качнул головой, соглашаясь.
- Прощай, - с мягкой улыбкой произнес, коснувшись ее прохладных тонких пальцев. Аглая вздрогнула, подняла глаза на меня. Они сияли, как два огромных изумруда.
- До встречи. Мы еще увидимся, рыцарь Кей. При других обстоятельствах и гораздо позже. Но увидимся. И тогда твой сын будет сопровождать меня.
Черты ее лица неожиданно изменились, став более тонкими, аккуратными. Глаза превратились в слегка раскосые, по-эльфийски крупные. Фигура стала тоньше, а губы тронула счастливая улыбка. Аглая сделала шаг вперед, поцеловала меня в щеку.
- Спасибо тебе, избранник Смерти. Теперь я вновь обрела смысл жизни.
И растаяла в воздухе, оставив на прощание лишь легкое ощущение теплых губ на щеке.
Я недоуменно огляделся, но женщины, превратившейся в молодую девушку, уже не было рядом. Что это было? Под личиной знахарки скрывалось другое существо? И про какого сына она говорила?
Вернувшись к телеге, я обо всем рассказал Глубу. Староста хмыкнул, тронул поводья коней.
- Богиня жизни раньше часто являлась в этот мир различным героям, дабы испытать их дух и веру. Говорят, достойнейшие из достойных даровали ей детей, что становились полубогами. Но то лишь легенды, в них мало кто верит. Но, похоже, некоторые из них правда.
Он покачал головой и принялся насвистывать песенку себе под нос, не забывая при этом поглядывать по сторонам. Я же прислонился спиной к тюкам с товарами и призадумался.
Выходит, в облике знахарки Аглаи в деревне меня ожидала богиня Инао? Но зачем? Только чтобы заполучить мое семя? Слишком сложный ход, я мог бы и не согласиться разделить ложе с Аглаей. Нет, здесь что-то еще.
Выходит, теперь у меня будет ребенок от богини? Звучит неплохо, но как к этому отнесется Чия?
Если она еще жива - напомнил внутренний голос. Я стиснул зубы. И впрямь. Что, если Чии больше нет в этом мире? Ради кого мне сражаться дальше? Да, я поклялся королю защищать Аонор и его жителей, но самую большую ценность для меня представляла черноволосая воительница. Нужно было спросить у Инао о ней! Какой же я болван!
Какое-то время я еще размышлял о том, что сейчас творится в Аоноре, а затем сам не заметил, как уснул.
Путь до Нардана - ближайшего крупного города, занял у нас два дня. Утром третьего мы въехали в ворота города, заплатив пошлину страже. Глуб уверенно направлял повозку по широкой улочке к торговой площади. Я же с любопытством осматривался по сторонам.
Если Суан, столица Аонора, был похож на крепость, то Нардан - на порт. Улицы здесь были широкими, просторными и чистыми, несмотря на большое количество жителей. Стены города не были и вполовину так же высоки, как стены Суана, но зато в толщину занимали никак не меньше двух человеческих ростов. Дома Нардана не были столь вычурными, как в богатом районе Суана, но и не столь бедными, как в нижнем городе столицы.
Большую часть улицы занимали различные торговые, а также ремесленные лавки. Глуб миновал наиболее оживленные ряды торговцев на площади, а затем остановил повозку у стены кожевенной лавки.
- Вот и приехали, парень, - с улыбкой сказал он.
- Спасибо, - спрыгнув с телеги, поблагодарил я. Староста отмахнулся. Затем протянул мне объемный кошель.
- Держи. Это тебе за помощь в спасении деревни. Не боги весть что, но снять комнату в таверне хватит. А там, думаю, сумеешь заработать деньжат на дорогу домой.
Я снова поблагодарил Глуба за помощь. Было видно, что старик смутился, но крепко пожал мне руку.
- Помни, парень, тебе всегда рады в нашей деревне. Будешь в королевстве Ру снова - заезжай в гости.
- Обязательно, Глуб. До встречи!
Я помахал старосте рукой и направился мимо торговых лавок, высматривая таверну. Подходящая нашлась на соседней улочке: двухэтажное здание, неказистое с виду, но вполне уютное внутри. За стойкой расположилась крепкая женщина лет пятидесяти, с умными хитрыми глазами, что сразу же просканировали меня на наличие денег, стоило только войти в дверь.
- Добро пожаловать! Чего изволит молодой охотник?
Похоже, из-за моей простой одежды меня приняли за одного из множества охотников, кои, по рассказам Глуба, часто бродили по окрестным лесам, стреляя дичь, а затем продавая на рынке Нардана, выручая неплохие деньги.
- Мне бы снять комнату, подешевле, на пару дней, - произнес я. Похоже, мой изрядно потрепанный внешний вид вызвал сомнение, но боевые шрамы внушили женщине уважение и трактирщица кивнула.
- Десять медяков, по пять за ночь. Плата за еду отдельно.
Я с едва слышным вздохом расстался почти со всей наличностью. В кошеле остались позвякивать лишь семь медяков, а настроение мое слегка упало. Приняв ключ от комнаты, я сходил наверх, проверив свои апартаменты на ближайшие двое суток. На удивление, помещение оказалось вполне чистым, а дырявый матрас лишенным кусачей живности. Так что, изрядно повеселев, я спустился вниз и, попрощавшись с доброй женщиной, вышел на улицу.