Страница 11 из 16
– Это тебе не лапта, – ответила я, и он неохотно вернулся к просмотру фильма, удивляясь: что это со мной? Почему я не хочу делать это?
– Возможно, ты просто не хотела делать это именно с ним, – убедительно объяснила мне потом Тиана.
– Черт побери, – прошептала я. У девушки получилась слишком большая голова, теперь надо было все аккуратно стереть и сдуть крошки с бумаги. Финн тоже опустил голову, и между нашими губами было всего несколько дюймов.
– Что ты сделала? – спросил он. В другое время мне бы не понравилось, если бы кто-нибудь сидел так близко, когда я рисовала. – Голова слишком большая.
Я чувствовала его дыхание на своей щеке.
– Я знаю. Не критикуй мой рисунок.
Он засмеялся.
– Ты была когда-нибудь в Нью-Йорке?
– Нет. А что?
– Просто спросил. Я летаю туда на каникулы вместе с моим братом-близнецом. Там я начал коллекционировать виниловые пластинки.
– У тебя есть брат-близнец?
– Эд. Но мы совсем непохожи.
– Он что, красивый? – Я засмеялась над собственной шуткой.
– Очень. Это единственное, в чем мы похожи.
Проклятье. Почему у него находится ответ буквально на все?
– Впрочем, это не совсем так. Мы похожи в двух вещах – в красоте и музыкальности.
– Похоже, вы дружите.
– Да. Между нами нет соперничества, и это здорово. Меньше всего он хотел идти в медицину, а я никогда не хотел стать актером. По-моему, это никчемная профессия. Там не разбогатеешь.
– Может, ты станешь таким же успешным, как Роберт Редфорд, – засмеялась я. – Он висит у меня на стенке.
– У тебя приятный смех. Сексуальный, словно у тебя болит горло. Он натуральный, или ты нарочно так делаешь?
– Натуральный, спасибо. Ну, а как теперь? – Финн наклонился ближе, чем требовалось. Наши руки соприкоснулись. – Теперь она, по-моему, более пропорциональная.
– Так лучше, – согласился он, но его глаза смотрели вовсе не на мой рисунок.
На нас зашикали.
– Давай пойдем куда-нибудь еще? – предложил Финн.
– Куда? – Я посмотрела в окно. На улице лил дождь.
– Ко мне, например. Не беспокойся, это близко. Там мы сможем шуметь сколько угодно, – предложил он.
Когда мы бежали по дорожке, посыпанной гравием, Финн галантно держал надо мной файловую папку. Но меня и без того защищал его рост – вероятно, шесть футов три дюйма. Редко, чтобы мой парень был выше меня. Я последовала за ним в старинное, темное здание. Возле лестницы на деревянной доске были написаны фамилии студентов.
Финн открыл дверь.
– Вот, это мой космос. – Он провел меня в гостиную с бледными стенами и старинным деревянным полом. – Тут нам будет проще работать, правда? – сказал он, открыв дверь в спальню, и показал на письменный стол, заваленный книгами и газетами. – Прости за беспорядок, мой слуга сегодня поленился. – Он принялся складывать книги. Получились две высокие башни.
– Может, я сделаю это дома?
– Нет, нет, лучше, если мы сделаем это вместе.
Он одним рывком стянул с себя свитер и надел майку с Аретой Франклин.
– Я люблю старый винил. Мне нравится, как он потрескивает, прежде чем зазвучит музыка. Нет ничего лучше. Ты понимаешь, о чем я говорю?
Я кивнула.
– А ты любишь музыку? – Финн аккуратно поставил иглу на пластинку.
Мне нравились Мадонна, Кайли и «Флитвуд Мак».
– Да. Люблю, разную, – быстро ответила я.
Я достала свой рисунок и взялась за дело. Мы болтали. Я узнала, что каждое утро в 6.30 он ходит на занятия греблей, но часто опаздывает, и его ругают. Он не был таким спортивным, как Кристо, но любил держать себя в форме. Без фитнеса ему становилось не по себе. В спортзале он сжигал адреналин и компенсировал недостаток сна.
– А как же кофе? Зачем ты пьешь так много?
– Потому что мне это вредно. Ну, а ты, Джози? Что ты любишь?
– Много всего. – Я пожала плечами.
– Например?
– Изобразительное искусство. Я с детства хотела стать художницей. Меня не интересовали игрушки. Папа соорудил для меня дом на дереве, я все время сидела там и рисовала. Это было мое убежище.
– Ты сбегала туда от чего-то неприятного?
– По-моему, мы все нуждаемся в убежище. Я устроила свой собственный маленький приватный мир. Все должны так делать, у всех должно быть тайное увлечение.
– Ты права. Мое убежище – музыка.
– Точно.
– Где живут твои родители? – спросил Финн.
– В Дорсете. Там красиво.
– Разве это не скучно? Я всегда жил в Лондоне. Кембридж для меня слишком тихий.
– Мне там не было скучно.
– Все замечательно, – сказал Финн, оценивая мой рисунок. – Тебе повезло, что у тебя такой талант и ты знаешь, чем хочешь заниматься.
– Но ведь ты тоже знаешь, не так ли?
– Да, больше всего я хочу быть доктором. Жалко, правда, что учиться так скучно. Приходится запихивать в свой мозг столько всего, а когда кажется, что больше туда физически не влезет, тебе дают еще один список книг длиной в десять футов. – Он постучал себя по голове, словно она пустая. – И все-таки я должен все это выучить.
Он взял сигарету и пытался прикурить. Я заметила, что у него дрожали руки. Мне захотелось накрыть их моими руками и успокоить дрожь.
– Ты ведь не возражаешь? – спросил Финн, указывая на сигарету.
– Нет, валяй.
– Я курю как Пэт Батчер. Хочешь сигарету?
Я покачала головой.
– Нет, я просто не ношу серьги, как она. Ответ принят?
Я увидела вспышку улыбки.
– Джози, какие у тебя есть дурные привычки?
– Ну, например, я захожу к незнакомым парням. Годится?
– Разве я незнакомый? – Теперь он стоял позади меня. Смутившись, я встала и повернулась к нему, держа в руках рисунок, чтобы вернуть нас на более комфортную почву.
– Мне нравится. – Он взял рисунок у меня из рук. – Ты уже решила, что тебе хочется получить взамен?
В дверь громко постучали, и она тут же распахнулась. Это был Кристо. Я не могла решить, что я испытала – облегчение или разочарование. У нас с Финном все разворачивалось слишком быстро и в направлении, к которому я пока еще не была готова.
– Все нормально, приятель. О, привет… – Кристо забыл мое имя.
– Джози, – подсказал Финн уже своим обычным голосом. – Гляди, она рисует рекламный листок для нашего клуба.
– Круто! Вау, спасибо, Джози. – Он виновато посмотрел на меня. – Извини за тот день. Я вел себя грубо.
– Пустяки, все о’кей. Нам надо найти дешевый принтер и распечатать листовки, столько, сколько нужно, – сказала я и добавила: – Ну, я пошла домой.
– Между прочим, тебя ищет Доминик, она в баре, – сообщил Кристо.
Финн пошел со мной к двери.
– Можно я провожу тебя до дома?
– Нет, это недалеко, – ответила я.
– Мне это не составит труда.
– Я сама дойду.
– Спасибо за помощь. Тебе не холодно? Возьми какую-нибудь из моих курток или… вот это, – сказал Финн.
Кристо изумленно вытаращил глаза.
– Что ты с ним сделала? Он никогда не был таким галантным.
Финн протянул мне худи с капюшоном.
– Спасибо. – Мне было холодно. Утром светило солнце, поэтому я оделась легко. Финн накинул капюшон мне на голову и убрал прядь волос, упавшую мне на глаза.
– Тебе идет.
В дядином доме было холодно. В тот вечер я легла спать в худи Финна, следующий день тоже, и после, пока его запах не стал мне таким знакомым, словно он лежал рядом со мной.
Глава 6
Я включила воду, чтобы набрать ванну.
Финн читал Джорджу перед сном книжку.
– Мне скучно, па, – услышала я. – Ты лучше расскажи мне еще раз про американский цирк, ладно?
Финну было пять лет, когда его семья переехала в Коннектикут. Его отец, консультант по информационным технологиям, перенес свой бизнес в Америку.
Финн захлопнул книжку.
– Раз в год в наши края приезжал конный цирк. Натягивали большой тент. Мы с дядей Эдом и соседскими мальчишками забирались на деревянные ящики. Высоко, как мне казалось, почти под облака. Потом мы съезжали по тенту. Не думаю, что это было безопасно, но зато какой восторг!