Страница 32 из 85
Егор.
Linkin Park – Good Goodbye
Однажды в школе я случайно сломал раковину в туалете: неудачно показал одноклассникам свой новый приём, которому меня научил отец. Решил похвастаться, а в итоге не рассчитал силу, расстояние до предметов и снёс половину умывальника. Керамика разлетелась по полу с неприятным звуком, а я стоял рядом и в ужасе смотрел на своё «творение».
Тогда я подумал о том, что сейчас мои одноклассники сдадут меня директору, после чего последует долгий разговор на тему, какой я хулиган и бандит, дальше позвонят моим родителям и вызовут их в школу, что приведёт к очередной нудной воспитательной беседе, где я должен буду виновато выслушивать, какой я плохой и безответственный, а в конце меня накажут.
Я был в ужасе, потому что меня никогда не наказывали родители. Я был прилежным и послушным сыном, который неплохо учился в школе и всё своё время посвящал тренировкам. Я не общался с дворовыми ребятами, не влезал в плохие компании, неприятности обходил стороной. Я был идеален!
А тут такое пятно на репутации.
Это был седьмой класс, мне было примерно тринадцать. Смотря на куски раковины под ногами, я думал, что жизнь кончена и что я испортил всё своё будущее.
Но потом кто-то из одноклассников протянул:
- Круто…
И все начали кивать и поддакивать, что да, это было круто! А потом кто-то предложил, что нужно сваливать, иначе нас засечёт директор, и мы все дружно скрылись с места преступления, пока на шум не сбежали учителя. И тогда я понял, что это всё мелочи, не конец света. Подумаешь, раковину сломал, с кем не бывает. Не ставить же из-за этого крест на своей судьбе.
И теперь, спускаясь с ринга, где я только что нокаутировал парнишку, которому, по сценарию, должен был проиграть, я чувствую себя точно так же, как в тот момент, когда разбил в школьном туалете раковину. Я в ужасе. И дикое желание сбежать от неприятностей так и разрывает меня на кусочки. Зрители шумят, сканируя «Шторм», «Шторм», «Шторм», но я не обращаю на них внимания. Я смотрю в сторону выхода и мысленно скрываюсь в толпе, чтобы выбраться из здания и уехать в другую страну.
Но, если быть серьёзным, бежать бесполезно. Арчи не из тех людей, кто так просто оставляют кого-то в покое. Он найдёт меня прежде, чем я успею добраться до квартиры. Он достанет меня даже из ада, и я сам виноват в этом. Точнее… Нет, не я.
Розина, чёрт её дери. Если бы не она, я бы сосредоточился на спарринге и держал бы себя в руках. А тут снова, мать её, силу не рассчитал. Прям как с раковиной.
Спускаюсь с ринга и замираю, притворяясь, что снимаю перчатки, чтобы оттянуть момент нашего разговора с Арчи. Чёрт… Как вообще так получилось? Смотрю на противника, которого приводят в чувство на ринге, и мысленно скулю. Молодец, Егор. Ничего не скажешь.
Бросаю взгляд в сторону Шершня и Арчи, буквально всеми клетками тела ощущая на себе их пристальные взгляды, глубоко вздыхаю, прикрываю глаза, собирая всю свою решительность, а потом разворачиваюсь и начинаю пробираться сквозь толпу к барной стойке. Чувствую себя нашкодившим ребёнком, который сейчас будет получать нагоняй от родителей, но моя ситуация куда сложнее и безумнее, чем просто школьные проделки. Даже не представляю, что меня будет ждать через минуту.
Уже вижу обеспокоенный взгляд Ани, которая топчется за стойкой, пытаясь одновременно обслужить посетителя и в то же время быть ближе к Арчи, чтобы не упустить ничего важного.
- Я всё верну, - решительно заявляю я, бросая перчатки на столешницу. – Всю ставку на бой. Но надо было лучше тренировать своего племянника, раз он от одного удара вырубается.
Пытаюсь сделать непринуждённый вид и скрыть своё раздражение, смешанное со страхом.
Арчи не смотрит на меня, но я прекрасно вижу, что он не совсем доволен таким раскладом. Его пальцы теребят наполовину пустой стакан с алкоголем, шляпа опасливо покачивается на макушке, так и норовя соскользнуть с головы и упасть под ноги, лицо вообще выражает непонятно что. Такое чувство, что я смотрю на нестабильного больного с психическим расстройством, который в любой момент может либо наброситься на тебя и разорвать горло, либо улыбнуться и заверить, что всё в порядке. Сложно вообще угадать, какая реакция последует на твои слова или действия, адекватностью тут и не пахнет.
- Ты за всю свою жизнь не расплатишься, - медленно тянет Арчи, скучающе наблюдая за напитком, который двигается по кругу из-за движений его руки. – Ну, и что мне с тобой делать?
Арчи, наконец, поднимает голову и смотрит на меня так, словно собирается решить мою судьбу. Хотя, по сути, так оно и есть.
Я напряжённо прищуриваюсь, вспоминая пистолет, который был у Арчибальда во время первой нашей встречи, и мне кажется, что мужчина вот-вот достанет его и выстрелит в меня. Я уже готовлюсь спрятаться за барной стойкой и рвануть к выходу, пока паника охватывает посетителей, а дальше придётся действовать по ситуации. Свалю из города, в принципе, деньги у меня есть. Буду в бегах, постоянно оборачиваться на шорохи, ожидая, что Арчи меня найдёт и отправит на тот свет. К этому шла моя судьба?
- Отработаешь все деньги, которые я проиграл по твоей вине, - он подпирает голову рукой. – Я на твой проигрыш поставил пятьсот штук. Плюс двадцать процентов за то, что не действовал по уговору. За моральный ущерб.
Пятьсот штук? Ну, в принципе, деньги не такие уж и большие. Если я возьму кредит… Хотя, кто мне его даст?
- Ладно, - соглашаюсь я. – Как именно?
Я смотрю на Шершня, которая обеспокоенно косится в нашу сторону. Не нравится мне эта затея, но я сам виноват.
- Для начала потренируешь моего племянника, - решает Арчи. – Потом придумаю ещё что-нибудь.