Страница 17 из 85
Я их знаю. Видел когда-то.
Но это единственное, что я узнаю в человеке, сидящем напротив меня. Не смотря на то, что всё остальное мне дико незнакомо, я вспоминаю его. Её. Я знаю, кто она.
- Что застыл? – насмешливо тянет Аня. – Влюбился с первого взгляда? На тебя не похоже. Смотри, - она обращается к девчонке, - он тот ещё развратник.
Я не отвечаю, пропуская мимо ушей её ехидное замечание.
Блондинка поспешно отворачивается, убирает телефон в карман куртки, хватает бутылку тонкими пальцами и делает глоток. Собирается притвориться, что не узнала меня? Я же видел по её глазам, что это совершенно не так.
- Розина, – вырывается у меня, и тайная мысль глубоко в груди скребётся, надеясь, что я ошибаюсь. Мало ли, у кого ещё могут быть такие прожигающие глаза.
- Штормов, - тихо отзывается блондинка, и все мои надежды рушатся, словно плохо сооружённая башня из детских кубиков.
Соня Розина сидит на другом конце барной стойки и не смотрит в мою сторону. Что она здесь делает? Случайно забрела в этот клуб, совершенно не ожидая меня здесь встретить? Какова была вероятность, что она выберет именно этот день, это время и это место?
Зачем она пришла?
Нет. Зачем она приехала в этот город? Почему вернулась, спустя столько лет? Насколько я знаю, Соня уехала к тётке в Питер и совершенно не собиралась возвращаться, потому что оборвала все связи как с родителями, так и с сестрой. Она сбежала, потому что я прогнал её.
«Она в городе».
Письмо, которое мне прислали недавно с удалившейся странички. Так, значит, речь шла о Розиной?
- Вы знакомы? – встревает Аня.
Я в замешательстве. Нет. Я в ужасе, потому что все мои логические кирпичи, которые я выстраивал всё это время внутри себя, рушатся прямо в этот момент. Ужас меняется на страх, а потом и на злость. Нахрена она вернулась? Чтобы снова уничтожить всё, что у меня есть? В этот раз я не позволю это сделать. Тот наивный мальчишка, жаждущий покорить профессиональный ринг и готовый рисковать всем ради своей любви, сдох под колёсами машины, сломавшей ему позвоночник.
Блондинка делает ещё один глоток, а потом поднимается на ноги.
- Уже уходишь? – насмешливо спрашиваю я, пытаясь скрыть свою нервозность и негатив.
Она берёт свой шлем и поворачивается ко мне, впиваясь своими ядовитыми глазами.
- Да, - коротко и тихо отзывается Соня.
Я фыркаю, быстро скольжу по губам языком, затем усмехаюсь и медленно встаю на ноги, словно смакую каждое своё движение. В последний раз, когда мы с ней виделись, я сидел в инвалидной коляске, теперь же я полностью здоров. Я стал гораздо выше Розиной, а она заметно похудела. Стала изящней и привлекательней.
- Не останешься? – притворно спрашиваю. – Скоро мой бой. Посмотри хотя бы, раз пришла.
Она бросает взгляд на ринг, затем скользит им по мне и останавливается на моих ногах. Соня смотрит на меня с таким видом, словно до конца не может поверить в то, что я могу ходить. Или думает, что у меня вместо ног протезы?
- Ты дерёшься?
- Как видишь, со мной всё отлично, - отмахиваюсь я. – А вот с тобой… - она резко вскидывает голову, и я скептично улыбаюсь, понимая, что задел за живое. – Катаешься на байке? Светлые волосы? Кожанка? Серьёзно?
Она нервничает. Нет, она пытается злиться, но у неё ничего не получается.
- Зачем ты пришла, Розина? – холодно спрашиваю я.
Она переступает с ноги на ногу.
- Ты же сбежала в тот раз. Зачем вернулась? – я сильно сжимаю зубы, негодуя от одного её присутствия. Я выбит из колеи и обескуражен этой встречей, а я терпеть не могу такие моменты.
- Ты сам меня оттолкнул, - она смотрит мне в глаза.
- И? – я вскидываю бровь – Ты кричала, что не бросишь меня не при каких обстоятельствах, а тут я просто психанул, и ты тут же сбежала. Если бы ты действительно меня любила, тебе было бы плевать на мои слова. Кому нужен жалкий колясочник… Ты только и ждала повода, чтобы избавиться от меня.
Я почти осекаюсь, потому что только сейчас вдруг понимаю, что всё это время был обижен на неё за этот поступок. Я был тогда сломлен и подавлен, я готов был срываться на всех, кто был рядом со мной, потому что я утопал в отчаяние. И я оттолкнул её. Я не хотел, чтобы она смотрела на меня с разочарованием и с сочувствием. Потом я жалел об этом поступке, но факт того, что девушка просто так взяла и сбежала из города, оставив всё, даже меня, лишь доказывал, что я, инвалид, был ей не нужен.
А теперь у меня всё прекрасно, и пусть она подавится своей беспомощность.
- Не правда, - бормочет Розина, глотая ртом воздух, словно собираясь разреветься. – Я…Я…
- Я… Я… - передразниваю её, злясь ещё больше. – Что ты, Розина? Я лишился бокса по твоей вине. Так, зачем ты вернулась? – я уже не контролирую то, что говорю. Эмоции берут верх надо мной.
- Конечный пункт определяешь не ты, - говорит она.
- Что?
- Это ты шлёшь мне письма? – почти вскрикивает Розина, и я даже теряюсь. – Ты написал это, и я пришла. Сраный конечный пункт! Сознавайся!
Скрещиваю руки на груди. Так, значит, она тоже получает эти чёртовы послания?
- Ты про карточки со всяким бредом? – недовольно бурчу я. – Мне они тоже приходят, но я давно уже перестал их открывать, так что понятия не имею, о чём ты. Я про тебя ни черта не знаю, и уже не помню даже, когда вспоминал о тебе в последний раз. Мне заняться больше нечем, как тебе писать подобное. Но раз ты пришла, тогда почему бы тебе не остаться, Розина? – я улыбаюсь. – Эй, Шершень, - я оборачивается к барменше. – Поставь мне бой. Сейчас.
- Что? – она озадаченно смотрит в нашу сторону. – Он у тебя заказной через час.