Страница 47 из 77
Егор.
Зомб – А мы мешали любовь с табаком
Я совершенно забиваю на приближающиеся экзамены, погружаясь в тренировки. Областные соревнования проходят для меня не так идеально, как я хотел бы, и поэтому сейчас у меня нет времени заниматься математикой. Мне совершенно не важно, сколько баллов я наберу на ОГЭ, а минимальный порог я с лёгкостью смогу набрать на тестах. Я собираюсь посвятить свою жизнь боксу, поэтому мне совершенно нет никакого дела до школы и всей этой суеты. Алгоритмы и сочинения по русскому не пригодятся мне в жизни.
Теперь моя жизнь поделилась на две части: тренировки и Соня. Иногда они пересекаются, бывает, проходят параллельно друг другу, а порой вообще смешиваются и превращаются в кашу.
Я прошёл на региональные соревнования, но с трудом вошёл даже в первую десятку. Восьмое место – это не то, на что я рассчитывал. Отец говорит, что моя защита провисает и что я слишком много даю себя бить, поэтому мы меняем стратегию наших тренировок. Я должен постараться на следующих спаррингах и выиграть главный приз: сто двадцать штук.
- Подними плечо и прижми к подбородку, - говорит отец. – Вот так, да. Держи плечи параллельно.
Я поднимаю левое плечо, а правое опускаю – это позволит мне избежать ударов в челюсть. Эта стойка сложная и непривычная, но в ней меня не сможет достать правый хук, зато я смогу с лёгкостью использовать свою руку.
- Плечо защищает челюсть, - говорит папа. – Стой боком к противнику, работай корпусом и ногами. Вот так.
Он показывает парочку приёмов, и я киваю.
- А зачем вот это? – я киваю на тросы, которые папа натянул на ринге от одного угла к другому. – Левшу пересмотрел что ли? – смеюсь я.
Отец закатывает глаза.
- Я не смотрел, - он отряхивает руки. – Будешь отрабатывать уклонения от атаки. Смотри, - тренер подходит к одному из натянутых тросов и встаёт к нему спиной. – Прислоняешься лопатками, а затем уходишь под них: вот так.
Он нагибается, проходит корпусом под тросом и оказывается с другой стороны.
- Держишь угол параллельно, понял? – отец снова повторяет движение, подняв руки перед собой в защитной стойке. – Плавно в сторону. Вот так. Не забывай про плечо. Ставь им блок, это твоя защита. И коленями работай. Ноги особо не отрывай от пола. Пусть противник промахивается. Давай ты.
Я шумно вздыхаю и встаю на место папы, прислоняясь плечами к тросу. Нагибаюсь и прохожу под ним, словно уходя от атаки.
- Медленнее, - командует отец. – Не спеши. Шаг, - я делаю движение. – Хорошо. Шаг, - снова прохожу под тросом. – Шаг, - опять повторяю то же самое. - Плавно. Шаг.
- Да брешишь, что не смотрел, - прохожу под тросом. – В точности всё как в фильме.
- Заткнись и отрабатывай, - раздражается папа.
Я усмехаюсь, но ничего не отвечаю. Не хочет признаваться, и не надо. В фильме чувак стал гораздо сильнее благодаря таким тренировкам, так что мне это только на руку. Новые приёмчики мне пригодятся.
Шаг. Замер. Шаг. Прошёл под тросом. Поднял плечо. Согнул колени.
Я долго тренируюсь, прежде чем отец разрешает мне передохнуть. Спустившись с ринга, я обмениваюсь шуткой с парнем, сидящим на скамейке и отдыхающим после работы с грушей, и направляюсь в раздевалку. Жарко. Смахиваю пот со лба, снимая перчатки, и падаю на скамейку. Достаю бутылку с водой, делая шумные глотки спасительной жидкости, затем бросаю перчатки под ноги и нахожу в рюкзаке сотовый. Соня звонила мне три раза. Прислала сообщение «надо поговорить, позвони».
Хм. Океу.
Перезваниваю своей девушке, пытаясь выровнять дыхание, чтобы лёгкие меня не подводили во время разговора, снова делаю парочку глотков. Впереди у меня ещё груша и пробежка вечером. Сегодня буду спать, как убитый.
Розина не берёт трубку. Перезваниваю ей ещё раз, но быстрые гудки оповещают меня, что линия занята. Ну, вот, как обычно…
Собираюсь уже убрать телефон в сторону, чтобы позвонить позже, но в этот момент высвечивается входящий вызов от девушки.
- Да, зайка моя, - улыбаюсь, зажимая бутылку коленями и закрывая крышку правой рукой. Левой держу сотовый возле уха.
- У меня проблемы, - выпаливает Соня.
Я настороженно замираю, оставляя своё занятие и перехватывая бутылку пальцами.
- Что-то случилось? Ты где?
Она шумно вздыхает и бурчит нечто невнятное.
- Я дома, - тянет Розина. Затем медлит. – Ну… Я… Помнишь, я рассказывала, что, типа… как бы…
- Да не мямли, говори, как есть, - раздражаюсь я.
Ставлю банку на скамейку и облокачиваюсь локтями о колени, перехватывая мобильник в другую руку. Не люблю, когда начинают тянуть резину и говорить непонятные вещи. Проще по сути разложить что да как, а не размешивать бессмысленную воду.
- Короче, меня Саша Малийский нашёл, - неохотно выдавливает из себя Розина.
Я мгновение медлю. Саша Малийский? Это ещё что за перец?
- Это…Эмм… - а я вообще знаю его? Вроде что-то знакомое.
- Это мой бывший, - вкрадчиво поясняет Соня. – На которого я поспорила. Затусила с ним и со старшими, а потом он меня бросил в школе, когда мы пытались ограбить директрису. Помнишь, я как-то рассказывала.
- А-а-а, - вспоминаю я. – Да. Помню. Просто сразу не сообразил, только с ринга выполз. Так и чё он хочет?
Я потираю рукой шею, опуская голову. В раздевалке душно и не хватает кислорода. Нужно выйти на улицу и подышать свежим воздухом, но вставать со скамейки чертовски лень.
- Я точно не знаю, - неуверенно тянет Розина. – Но он заставил моих старых друзей вытащить меня на встречу, чтобы выловить меня. Он… Короче, Саша думает, что мы с ним всё ещё встречаемся. Якобы, официально не расстались, значит ещё мутим. Говорил, что скучал и всё-такое. Я ему сказала, что у меня есть парень, и он разозлился. Сказал, что я только его. Я, в общем, сбежала. А потом сестра мне сообщила, что её тоже Малийский нашёл, просил устроить со мной встречу. Я… Я не знаю, что делать. Я боюсь, он будет преследовать меня…