Страница 5 из 12
– Мне главное результат, а как будете его достигать – это уже ваше дело, – уверил заведующий на собеседовании. – К вам будут обращаться за помощью больные люди, вы должны сделать их здоровыми. Что за методики вы используете при этом, меня не тревожит, лишь бы они шли на благо пациентам.
Олег Александрович смутился:
– Вы слышали о моих разработках и о теории «Лечение души»?
Заведующий не стал лукавить, сказал честно:
– Я не только прочёл ваши работы и диссертацию, также познакомился с пациентами, которых вы исцелили, будучи интерном. Все пациенты вернулись к полноценной жизни – это значит, метод работает. Как вы написали: главное – вытащить из человека на свет его потаённые страхи, боль, желания и помочь очиститься. Вроде бы ничего нового, все психиатры так делают, но не у всех получается. А вы ухитрились исцелить трёх хронических больных. А ведь они провели в психиатрических клиниках полжизни. Не используя медикаментозные средства, вы смогли вернуть людей в общество. Насколько я знаю, у ваших бывших пациентов нет рецидивов. Я даю разрешение на использование ваших разработок в клинике.
Так Олег начал работать в новой современной клинике, специализирующейся на лечении нервных расстройств. Его смущало только одно – это учреждение обслуживало только богатых пациентов, способных заплатить немалые деньги за своё выздоровление. Но он зря волновался, ничего криминального в работе клиники не оказалось. Никто не просил его признать сумасшедшей надоевшую супругу или засадить под замок неугодного партнёра по бизнесу. Работа оказалась интересной и хорошо оплачиваемой. Вот и сейчас доктор выслушивал жалобы на тоску и скуку от красивой, ухоженной дамы, жены заместителя губернатора области.
– Мне не хочется ходить на эти светские рауты. Всегда одно и то же: в глаза улыбки, а за спиной змеиное шипение. Никому нельзя верить. Да и скука несусветная, – лениво растягивая слова, говорила Ирина Анатольевна, полулежа в мягком кожаном кресле. Ее спокойный голос резко диссонировал с нервными, резкими движениями рук и лихорадочным блеском глаз, видимым даже в полутени кабинета врача.
Приглушённое освещение, мягкая кожаная мебель, обилие зелени, тихое журчание декоративного фонтана, неяркие краски картин – всё было призвано для создания располагающей уютной обстановки. Несколько наводящих вопросов и пациенты, раскрепощаясь, начинали говорить. Олег Александрович, пропуская мимо ушей рассказ Ирины Анатольевны о трудной доле жены чиновника, сосредоточенно смотрел на грудь пациентки. Но не прелести женщины, кстати, довольно объёмные, интересовали врача. Он смотрел и вёл неслышимый диалог с прозрачным облачком, зависшим в нескольких сантиметрах от тела пациентки. Облачко без конца меняло форму, оно то становилось крохотным младенцем с личиком старичка, то злобного вида карликом, то приобретало вид фантастической птицы. Каждый принимаемый облик имел какой-то изъян и уродство. Для доктора это был первый сигнал душевной неприглядности пациентки.
– Красиво говорит, – усмехнулся прозрачный карлик, косясь на лицо своей хозяйки. – А когда подругу подставляла, так болтать ещё не умела.
Олег Александрович по опыту знал: бестелесные существа не способны лгать – всегда говорят правду. Олег долго не мог понять: кто они такие? Первый раз увидел человечка, состоящего из тумана, когда ему исполнилось четыре года. Он играл в песочнице, а неподалёку мама беседовала с тётей Леной, соседкой по лестничной площадке. Олежек хотел показать танк, слепленный из песка, окликнул мать, но она, увлечённая разговором, не услышала. Тогда он подошёл ближе и услышал:
– Олечка, нужно прекратить это безобразие и найти хулигана. Кто-то же бросает окурки и пишет гадости на площадке. Я, как и вы, стараюсь наводить порядок в свою очередь, но всё бесполезно, пока творится такое безобразие, – возмущалась тётя Лена.
Олег с удивлёнием смотрел на соседку. Прозрачный карлик выглядывал из ворота блузки тёти Лены и строил ему забавные рожи. В голове ребёнка зазвучал голос странного существа:
– Во сочиняет! А ведь окурки муженёк бросает, сыночек же стены матюками расписывает, а она сама ни разу пол не помыла.
Олег, наблюдая за кривляньем карлика, как завороженный повторил слова уродца. Обе женщины поражённо уставились на ребёнка. Тётя Лена, смущённая справедливым замечанием малыша, тем не менее, не собиралась признавать его правоту.
– Олежек, как ты можешь так говорить. Кто тебе такое сказал?
Ольга Сергеевна прижала ладони к покрасневшему лицу и пробормотала:
– Сыночек, зачем попусту обижаешь человека?
Олег насупился и, подняв руку, показал пальцем на грудь соседки.
– Это не я. Это он мне сказал. – Олег с любопытством таращился на человечка, который уселся на левое плечо соседки и показывал ему язык.
Тётя Лена быстро оправилась от неловкости и с излишней горячностью накинулась на собеседницу:
– У вашего мальчика слишком богатая фантазия. Он обижает ни в чём не повинных людей. Вы бы показали его врачу-психиатру. – Соседка фыркнула и с видом оскорблённой невинности направилась в дом.
Ольга Сергеевна вздохнула и взяла сына за плечо.
– Кто тебе поведал о соседях? – Она знала, что сын сказал правду, давно догадывалась, кто сорит на площадке и пачкает стены. Но, не желая конфликтовать, пыталась окольными путями воззвать к совести соседки.
Олег поднял на мать глаза цвета тёмного шоколада, прикоснулся пальцем к своей груди.
– На этом месте у тёти Лены сидел прозрачный человечек, я только повторил его слова.
– Человечек? – Ольга Сергеевна встревожено всмотрелась в лицо сына. – Ты часто их видишь?
Олег покачал головой.
– Первый раз. Он походил на гнома из сказки.
– Малыш, а ты не выдумал?
Олег насупил брови.
– Я сказал правду.
В следующий раз он увидел прозрачное существо в воскресенье, за завтраком. Человечек лёгким дымком просочился сквозь кожу, видимую в распахнутый ворот рубашки отца. Существо зависло возле груди и повернуло сморщенное личико к Олегу. Мальчик с любопытством стал наблюдать за подвижным обликом человечка. Его тельце, похожее на сгусток тумана, колыхалось. Ручки и ножки то исчезали, то снова вытягивались, по лицу словно судорога пробегала, так быстро сменялись гримасы. Отец собирался в командировку на три дня и разлагольствовал о важности его работы. Человечек уставился на мальчика, в голове ребёнка тотчас зазвучали слова.
– Надоело обманывать жену. Врать ей, на работе просить друзей прикрыть… Может позвонить Оксане и отменить встречу. Да и денег жалко. Вон мальчишке нужна новая куртка, а я потрачу всё на развлечения безмозглой куклы. Пора заканчивать эту связь, пока Ольга не узнала.
Олег, не осознавая, что делает, повторил слова бестелесного существа. До сих пор он помнил скандал, разразившийся после его речи. С тех пор чувствовал себя виноватым в разводе родителей. С того завтрака всё пошло наперекосяк. Отец со страхом смотрел на сына и начал избегать его. Пока в один прекрасный момент не заявил:
– Я больше не могу так жить. У меня ощущение, что меня под микроскопом разглядывают.
Олег Александрович снова отвлёкся от тягучего монолога пациентки. Встал из-за стола, приблизился к жене чиновника и присел на стул рядом с её креслом.
– А теперь давайте я вас погружу в сон. Пора переходить к излечению. Во сне ваша душа воспарит и сама найдёт выход из тупика, в который вы попали.
Ирина Анатольевна хрустнула пальцами и чуть визгливо произнесла:
– Да не хочу я спать. Ой, извините, вы имели в виду гипносон. А без него нельзя обойтись?
Олег Александрович покачал головой. На самом деле для лечения пациентки ему не требовался гипносон. Во время рассказа Ирины Анатольевны он успел побеседовать с её призрачным человечком. И теперь для принятия решения ему требовалось время, а это время давал ему сон пациентки.
Олег долго не мог понять, что за существ он наблюдает. В своё время перелопатил кучу книг, прочёл гностические учения древних учёных, библию, труды философов, но ответа не нашёл. И только после всех изысканий догадался расспросить радушного человечка, замеченного у друга по институту. Воздушное существо воззрилось на него с безмерным удивлением.