Дедушка П

Вчера директор школы магии и волшебства Хогвартс сделал сумасшедшее заявление для прессы. Альбус Дамблдор во всеуслышание заявил, что Тот-Кого-Нельзя-Называть возродился.

Со слов Дамблдора выходит, что в то время, как все волшебники с интересом смотрели третий тур Турнира Трёх Волшебников, последователи Тёмного Лорда, оставшиеся на свободе, провели темномагический ритуал по воскрешению своего господина. Так же он заявил, что нападение на группу достопочтенных волшебников, повлекшее смерть пяти магов и ранение одного, на самом деле является неудачной попыткой неких сил предотвратить возрождение Сами-Знаете-Кого.

Неужели проигрыш Седрика Диггори на Турнире Трёх Волшебников настолько сильно задел директора Хогвартса, что он повредился рассудком? Или же победитель Гриндевальда окончательно впал в маразм, ему перестало хватать настоящих Тёмных Лордов, раз он стал выдумывать их, чтобы так же в своих фантазиях победить?

Вот как данное заявление прокомментировал министр Фадж:

- Я не сомневаюсь, что господин Дамблдор повредился рассудком. Никаких Тёмных Лордов в Англии нет, и Министерство магии не допустит их появления. Заявление директора Хогвартса является бредом сумасшедшего и полнейшей профанацией. Всем известно, что Сами-Знаете-Кто погиб в восемьдесят первом году, будучи побеждён Гарри Поттером, отразившим в него заклинание Авада Кедавра. Министерством магии в следующем учебном году в школу Хогвартс будет направлена министерская комиссия для оценки состояния вменяемости её персонала.

...

Вот так. Теперь все кому надо знают о возрождении Воландеморта, в чём я нисколько не сомневался. Только судя по реакции министра, официальные власти с ним бороться не собираются. У меня к этому сумасшедшему уродцу личные счёты, так что если доведётся, то постараюсь достать гада, но вообще, лучшим вариантом будет свалить от сумасшедших волшебников Англии как можно дальше и пусть они тут друг друга хоть перебьют, хоть живьём съедят.

Вечно эти политики ерундой страдают, вместо того, чтобы действовать жестко, а потом происходят цветные революции со свержением власти и приходом к рулю всяких нацистов.

Я прошёл из кухни в гостиную, мама с интересом смотрела по телевизору шоу Опры Уинфри. Опра брала интервью у какой-то девушки.

- А сейчас у нас в гостях девушка, которая была волонтёром в Африке от Красного креста. Но сейчас у неё самая тяжёлая работа на свете – быть матерью! – произнесла Опра.

- Ха-ха-ха-ха! – залился смехом я.

Мама укоризненно посмотрела на меня.

- Сынок, это не смешно, – сказала она, – быть матерью действительно непросто.

- Серьёзно? Ты и правда, считаешь, что быть мамой самая тяжёлая работа на свете? О-да... Как же я мог забыть о миллионах матерей с пропитанными угольной пылью лёгкими, от чего они не доживают до пенсии... Что бы ты выбрала, бурить землю до самого ядра, и каждый рабочий день здороваться за руку с Сатаной, ожидая, что потолок может на тебя обрушиться, или что в любой момент можно задохнуться от выброса метана, или всё же лучше родить ребёнка, вырастить и воспитать его, гуляя на свежем воздухе?

- Гарри, не передёргивай, – сказала мама.

- Самая тяжёлая работа на свете! – саркастически произнёс я. – А как насчёт того, чтобы разгружать вагоны угля вручную в разгар лета, или целый день торчать в сталелитейном цехе, где температура зашкаливает за все разумные пределы, будучи при этом одетым в плотные одежды? Тяжело девять месяцев потерпеть дискомфорт и один раз испытать жуткую боль? Конечно, дети не появляются на свет, словно выпущенные из катапульты, и их не ловит доктор в бейсбольной перчатке, но всё же, женщины, родившие нескольких детей, живут намного дольше, чем мужчины, занимающиеся по-настоящему тяжёлой работой.

- Ох, сынок, и в кого ты такой вырос? – вопросила мама. – Ты не знаешь, как тяжело быть беременной.

- А ты задайся вопросом, откуда Опре, которая никогда не рожала, знать о подобном? Самая тяжёлая работа! Ха-ха-ха!

Глава 32

К полудню следующего дня я прибыл в Дырявый котёл. Из посетителей на весь бар была всего одна единственная девушка в возрасте около двадцати лет. На ногах ботинки с высокими берцами на шнуровке, в которые заправлены чёрные удобные брюки, сверху надета чёрного цвета помесь мантии и плаща со вставками из драконьей кожи, на плаще выделяются крупные карманы и готов поставить бочку виски на то, что они зачарованы на расширение. На шее девушки выделяется ожерелье, выполненное в виде ошейника со вставками, которые, скорее всего, являются какими-то амулетами. Внешнее описание соответствует присланному Грюмом: короткие волосы малинового цвета, бледная кожа, невысокий рост, хотя в сравнении со мной, она как гора Эверест. Не скажу, что девушка красивая, но и страшной её назвать язык не повернётся.

Я же был одет в белую рубашку, и чёрные брюки на подтяжках, на плечах накинута мантия, но если бы не так нужные карманы, то по такой жаре точно ходил бы без оной.

Развязной походкой направляюсь к девушке, которая с любопытством и радостью смотрела на меня. Смотря снизу вверх, посылаю ей улыбку и облокачиваюсь рукой о стол.

- Как зовут?

- Тонкс, – ответила девушка, с ухмылкой рассматривая меня.

- О, Мерлин! Это любимые мои пять букв после водки... Гарри Адамс... Ну что, к тебе?

- Домой к моей маме? – насмешливо ответила она.

- А ты умеешь отшивать!

Девушка рассмеялась.

- Дорогуша, а смени-ка цвет волос на другой.

Тонкс слегка прищурилась, словно сконцентрировавшись на чем-то, и её волосы сменили цвет на фиолетовый.

- Приятно познакомиться, Тонкс.

Я запрыгнул на скамью, сев напротив девушки.

- Теперь я точно знаю, что ты от Грюма, – широко улыбаясь, сказала Тонкс.

- Научишь метаморф-магии? Естественно, за отдельную плату.

- Прости, малыш, но это врождённый дар, так что из меня плохой учитель метаморфизма, – ответила Нимфадора. – Метаморфы редко встречаются, это врожденное качество. Большинству чародеев, чтобы изменить внешность, нужны волшебные палочки или зелья... Что насчёт денег?

Я положил на стол мешочек с тремя сотнями золотых и пустой бланк магического контракта.

- Основательный подход, – с весёлыми нотками в голосе, сказала девушка. – Ты на каком факультете учишься, Гарри?

- На самом лучшем – Пуффендуе!

- Я тоже на этом факультете училась. – Тонкс тепло улыбнулась. – Как давно это было, четыре года назад, а такое чувство, будто покинула Хогвартс только вчера.

- Интересно. И какая она, жизнь после школы магии и волшебства?

- Сложная, – ответила Тонкс. – Я три года училась на мракоборца у Аластора Грюма, а теперь вот уже год работаю стажёром в аврорате. Вскоре стану полноценным аврором. А ты чем планируешь заниматься после Хогварста?

- Мне мистер Грюм предлагал идти в мракоборцы, но я к бобби особой любви не испытываю, если только это не друзья и знакомые. К тому же вам наверняка платят мало, а я страсть как деньги люблю. Артефактором хочу стать или зельеваром, а лучше и то и другое.

- Тогда зачем тебе тренировки в боевой магии? – удивлённо спросила Тонкс.

- Такие навыки точно не будут лишними. В школе что ни год, так какая-нибудь напасть случается, вроде василисков, троллей, дементоров, акромантулов и прочей опасной для жизни ерунды. Если это в школе так, то даже боюсь представить, какой будет обычная жизнь волшебника.

- Во времена моей учёбы самой страшной опасностью были другие волшебники, – сказала Тонкс. – Никаких монстров в школе не было.

- Люди всегда были и остаются самыми опасными тварями. Когда, как и по сколько часов будем заниматься?

В итоге мы заключили магический контракт на обучение в течение месяца. У Тонкс оказался отпуск, делать ей было нечего, поэтому она решила согласиться на предложение своего бывшего учителя из учебки мракоборцев и взять подработку. Триста галеонов, это почти в два раза больше месячной зарплаты аврора, а зарплата у стажёра и того меньше.