Страница 38 из 105
Решив, при приезде Избирателей, вновь их всех лично встретить и объяснить что наследники совсем сошли с ума, особенно Амвросий, под влиянием Великого инквизитора Корсо и теперь лишь жёсткая воля группы выборщиков императора может спасти государство от развала и полного разорения ватагами нищих «честных», что уже прорываются всё ближе к столице — Дезидерий отложил письма Избирателям и колокольчиком вызвал к себе в кабинет доверенных гонцов, что бы после запечатывания воском и укладывания в ларцы, передать бумаги для отправки.
Идея была проста: напугать Избирателей по максимуму возможным приступом столичного полиса армией Руфуса или кельриков, и предложить им требовать от наследников единения в походе на ересиарха, с условием, что Избрание будет лишь после его разгрома, а кто откажется и начнёт вести свою игру — будет отлучён от культа святого Светила пожизненно и потеряет любой, мало мальский шанс занять престол деда!
Утром следующего дня, на залитых солнцем улицах столицы империи, встретились двое юношей, старых знакомцев: «Привет Жак!» — заорал тот из них, что выглядел старше и был одет несколько богаче своего младшего товарища.
— Здорово Атаульф! Ты новости слышал — про Великого инквизитора и наследника Амвросия?
— Конечно! Подурели одновременно и сейчас готовят поход… на нас!
— На нас?! — изумился новостям Жак. — Да с какого они…
— Я же говорю — подурели! Может их чем опоили, а может и ранее — с дуринкой оба были… Хотят вести на столицу империи свои войска и подавлять здесь ереси и мятежи!
— А… А почему не в Урдии или Ромлее? — там же вроде как сильнее всё «тесто» замесили…
— Сие мне не ведомо! Что то у них в голове заклинило или наоборот — оказались хитрее и решили с помощью внезапной атаки, перебить остальных братьев, кандидатов на трон и спокойно его занять, под шумок борьбы с ересями!
— Братоубийство и узурпация власти?! — ахнул Жак и всплеснул руками. — Да как же это…
— А что тут такого? — уверенно «успокаивал» друга старший Атаульф. — Они и похлеще станут себя вести, если победят: всех подозрительных на костры отправят, а просто сомневающихся — на принудительную порку, до кровищи, по самый пояс! Эти смогут — поверь мне! Как только фанатичные кельрики займут город, они тут же сложат на площадях поленницы и начнут сжигать всех кто им покажется похожим на еретиков: речами, делами, видом или ещё чем… А простецов и тех из знати, кто сразу им в верности не присягнул — будут лупить по чём зря, дабы отбить любые сомнения в своей правоте и зародить верность и преданность, словно бы у пса при строгом хозяине.
— Вот беда так беда… — продолжал искренне сокрушаться Жак.
— Не переживай! — подбодрил Атаульф, совсем раскисшего от столь странных и пугающих новостей, друга. — Три наследника — против Кельрики, а они уже имеют свои лагеря с бойцами, под столицей. Плюс наш Защитник, министр Дезидерий и ему подчиняющиеся сейчас, минарды и императорская гвардия. К тому же, я слыхивал вчера, что и часть имперских подразделений, в соседних провинциях, ускоренным маршем выдвигается под стены столицы. Мы их раздавим, этих «чернорясных» поганцев инквизиторов и их ополоумевших фанатиков садистов — раскатаем в тонкий блин и самих зажарим!
Пока подростки хохотали над новыми шутками про Амвросия и Корсо, от Атаульфа, рядом пристроившиеся, в парке и слушавшие внимательно беседу говорливых смешливых подростков, агенты Дезидерия, Марк и Шильд, перемигивались и шёпотом договаривались меж собой:
— А это вариант — настоящий вариант!
— Точно! Всё как хозяин и хотел: что бы с инквизицией в столице быстро покончить и поддержку жителей не потерять — вначале пускай проповедники и горлопаны всюду орут что как только победят кельрики — везде в империи начнут разводить костры на площадях и обязательные порки каждый день устраивать, для всех, без разбору и пропуска — а потом, через пару дней, когда люди от страха начнут чуть не умолять приструнить инквизиторов что остались в городе и не дать полоумным фанатикам Кельрики захватить столицу — массовая облава и аресты «чернорясных» имперцами! В ответ на слёзные просьбы самих жителей…
— Подготовка людей к мыслям по арестам инквизиции и закрытию трибунала в столице?
— Ага! А то и во всей империи!
— Скорее идём к господину Дезидерию: нужно подготовить ему готовое предложение и получив кошели с монетами, на выполнение данной установки, хорошенько это дело отметить где в кабачке по соседству с императорским дворцом!
— Двигаем, дружище! — и пара друзей-агентов направилась в императорский дворец, что бы получить указания от секретарей главного имперского министра и предложить свой, только что подслушанный ими у подростков, на улицах столицы, вариант — для уже почти что неизбежного ареста всех инквизиторов в столичном городе.
Дезидерий, отдыхавший после бессонной ночи, когда он сочинял и отправлял с доверенными курьерами письма всем Избирателям — сейчас отсыпался и приём утренних посетителей вели его доверенные секретари Тарасий и Анулон, пока разгневавший министра, во время «Турнира на крови», Рикульф — всё ещё находился в изгнании в провинции, исполняя роль наблюдателя на месте за действиями ересиарха Руфуса и его ежедневно увеличивающейся армии, сам располагаясь, в соседней с захваченным «честными» Клином, провинции.
Шильд и Марк, хохоча и перебивая друг друга, вкратце объяснили свой вариант Тарасию, по «очернению чернорясных» инквизиторов в глазах обывателей и разжигания ненависти к ним, у жителей столицы, что бы за пару дней довести простецов и мелкую знать до такого состояния, когда они станут буквально умолять своего Защитника, министра Дезидерия: «Уничтожить осиное гнездо» в самом центре столицы перед надвигающейся угрозой со стороны армии кельриков, ведомых Великим инквизитором Корсо и наследником Амвросием.
Пару провокаций, слухи, распространяемые агентами — о том что абсолютно всех в столице ждут костры и плети, если выиграет Кельрика. Потом проповедники на улицах, которые ранее поносили всех четырёх наследников без разбора — нынче станут дружно проклинать именно Великого инквизитора Корсо и наследника Амвросия, рассказывая о них невероятные истории и обзывая почём зря.
— Пожалуй соглашусь с вами. — сказал секретарь министра Тарасий, довольно улыбаясь услышанному. — Варианты неплохи и я доложусь нашему господину о них, когда он проснётся. Думаю мы пока можем не спешить, с оставшимися штабами трибунала имперской инквизиции в столице и ограничиться наблюдением за ними, а когда люди в городе, за пару-тройку дней работы нашей агентуры, будут доведены, по всему полису, до состояния паники, уверениями наших проповедников что им всем не избежать костров от полоумных кельриков, и что инквизиторы, оставшиеся в городе, именно за ними шпионят и ведут заметки о каждом, а в подобную чепуху все и всегда верят безоглядно — тогда можно будет и прихлопнуть это змеиное кубло, под всеобщее одобрение и восхищение нами. Мы станем спасителями города, в глазах самих жителей… Недурно. Даже Хорошо! — выделим вам фонды на работу «ораторов и провокаторов», на улицах и площадях.
Довольные Марк и Шильд вскоре покинули императорский дворец, унося в карманах своих одежд четыре мешочка с серебром, по триста монет в каждом, на первые затраты и подготовку людей для работы против инквизиции на улицах столицы.
Через пару часов после ухода Марка и Шильда из дворца, наконец прервал свой отдых главный имперский министр, Дезидерий и вытребовав себе рыбу, в соусе из белого вина и овощи к ней, принялся принимать отчёты от своих секретарей и личного лекаря Феофилакта, который ныне, по своим лекарским связям, занимался внедрением агентуры министра среди аптекарей столицы, в надежде выйти на тех из них, кто имел выходы на «тайных друидов» Поллиона.
Секретари сообщили «престолодержателю» об отчётах Рикульфа на границе с Клином и том, что похоже армия Руфуса вот-вот сорвётся в рейды по соседним провинциям и к этому уже всё готово.