Страница 22 из 31
2005
***
Фейхтвангер. "Иудейская война".
Как слаб Иосиф Флавий против Юста.
Он, Флавий, кто всего достиг сполна,
Стоит сейчас у собственного бюста,
Из бронзы, не на годы - на века.
Да, радость. Но отравленная ядом,
Когда, как ни смотреть издалека,
Тревожит то, что происходит рядом.
А рядом Юст, распятый на кресте,
Которого зачем-то спас - и дважды,
Заноза в указующем персте
Того, кто направляет шаг наш каждый.
Так не хватает чувства правоты,
Пусть даже с оговорками, частичной.
Друзья-враги прямы, но непросты,
Здесь правда - слепок отношений личных.
Что летописцу до грядущих нас?
Мы верим только выжившему слову.
И то, что было, вот в который раз
Он честно переписывает снова.
2017
***
Кто ждёт коленопреклонений?
Готовый преклониться сам.
Чтобы, не ведая сомнений,
Молиться созданным богам.
А после, отряхнув колени,
Сам на своём наделе бог,
Он ждёт все новых приношений
От распластавшихся у ног.
1976
***
Вышли в прихожую. Вспомнили Австрию
И императора Франца Иосифа.
Всё, что осталось от вечной династии, -
Имя для незаселённого острова.
Так для чего же страдаешь, терзаешься,
Думая о предстоящем забвении?
Что бы ни делал - в итоге сверстаешься
Строчкой, ну может быть, стихотворением.
2014
***
В австрийской армии времён империи
На перекрёстке стольких языков
При всех ко всем взаимном недоверии
Существовал какой-то общий кров.
Когда живут, одной заботой связаны
Пусть и с чужим, кто рядом ест и спит,
О том, как выжить, помышлять обязаны.
Тогда не до накопленных обид.
...Рассыпались отдельными осколками,
И даже оказалось, что враги.
Всё то, что уцелело под обломками,
Пошло к оплате - старые долги.
2017
***
А Молотов и не подозревал,
Что в памяти останется коктейлем,
Который кто-то сделал и взорвал
Как завтрашнего будущего трейлер.
Когда вершил и судьбы, и дела,
"Рулил" страной и вёл переговоры,
Когда ваял великий идеал,
Он думал - позабудут, но нескоро.
Где ты, несостоявшийся кумир?
Потомкам осмелевшим безразлично.
Сменился век, исчез и целый мир.
Осталась только мелочь. Как обычно.
2014
***
Справка из военкомата.
Сорок энный год.
"Призван: Имя..., Место..., Дата...
Выдана..." В расход.
Вот письмо из военчасти.
"Умер... Пал... Убит..."
Отпечаток пальцев счастья -
Фото. Жив стоит.
2007
***
Как говорят, атака захлебнулась.
И захлебнулся мальчик быстрой кровью.
Когда упал он нехотя, как будто,
Как будто балуясь,
Как будто бы играя,
Как будто полежит и снова встанет,
И вновь с друзьями будет он носиться,
Пока его не позовут - "Обедать!".
1979
***
Дискуссия возникла. Как солдат,
Танкист, поэт (и врач) Иона Деген
Три четверти столетия назад,
Возможно, от переживаний бледен
Снял валенки с убитого бойца
И завершил всё это стихотворством?
И с тем же выражением лица -
А не было ли это мародёрством?
Вопрос задавший - ты, конечно, прав,
Как правы те, кто всё на свете знают.
Но кто ответит нам? Молчит устав,
Молчат и те, кто что-то понимают
И в жизни той, которой не понять,
И в том, что нет святых в происходящем,
И молят об одном: не дай опять
Предстать пред этим ужасом дымящим.
2017
***
На фотографиях львовских погромов
Лица соседей и просто знакомых.
Здесь не какой-нибудь уличный сброд,
Это на праздник пришедший народ.
Чувствуешь, как сладострастно возмездье -
Испепелять врассыпную и вместе,
Перерезать уцелевшую нить,
Только не сразу, а повременить.
Жизнь наполняется истинным смыслом,
Смыслом, который не слишком изыскан,
Но возвышает распластанных ниц
До предвкушающе-радостных лиц.
2012
***
Фото из львовского гетто.
Пара. Обуты, одеты.
На тротуаре труп.
Б-же, дай им защиту
Здесь, на осколках быта
Непреходящих смут.
Должен ведь кто-нибудь выжить.
По повелению свыше