Страница 29 из 35
– Мне это непонятно, – признался Сэлмон.
– Девушку интересуют деньги, а не драгоценные камни, поэтому она продает со скидкой свои украшения тому же ювелиру, у которого они были куплены. Это примерно как при оптовой торговле. Хозяин магазина возвращает свою вещь и свою прибыль. Девушка тоже неплохо зарабатывает. Все остаются довольны.
– О, Господи! – воскликнул Сэлмон. – До такого рэкета даже американцы еще не додумались!
Он прикидывал, успел ли полковник заметить, как он договаривался с девушкой за соседним столиком. А Рокбрюн обдумывал, знает ли Сэлмон, что он засек его переговоры. В наступившей за столиком тишине шум и болтовня вокруг казались еще громче. Рядом с их столиком прошли три длинноволосых бородатых парня в грязных джинсах и широкополых шляпах. Вместе с ними была хорошенькая босоногая девушка с грязными спутанными волосами. Они остановились неподалеку, разглядывая нарядную толпу. Хиппи явно были довольны собой и впечатлением, которое им удалось здесь произвести.
Глядя на девушку, Сэлмон почувствовал внезапную вспышку желания, но тут же неохотно отвернулся и встретил взгляд рыжеволосой проститутки. Ее глаза недвусмысленно говорили: «Я все поняла. Не беспокойся. Я пойду с тобой, как только ты освободишься». Он подумал, что, в конце концов, она выдурит у него какое-нибудь украшение и дальше все произойдет, как рассказывал француз.
Прервал затянувшееся молчание Ферчайлд.
– Как фамилия этого торговца? Флорент? Кажется, с ним связана какая-то недавняя история с похищением?
Рокбрюн осторожно кивнул. Он наслаждался красотой этого вечера и открывшимся с террасы прекрасным видом.
– Да. У него похитили девятимесячного ребенка, – неохотно сказал он.
– Бог мой! – воскликнул Сэлмон. – Вы, лягу… французы, – у него едва не вырвалось слово «лягушатники», – импортируете даже американские преступления!
– Это, скорее, был французский, вариант, – сказал Рокбрюн. Ферчайлд лениво оглянулся и поймал умоляющее выражение глаз юной блондинки, смотревшей прямо на него. Он почувствовал желание ответить на этот немой призыв, но тут же взял себя в руки.
– В другой раз, сестричка! Когда ты не будешь охотиться в паре, – пробурчал он.
– Это немецкие девушки, – сказал полковник. – Самые красивые птички прилетают сейчас на Ривьеру из Германии.
– Клиентура месье Флорента? – деланно безразличным тоном спросил Сэлмон.
Полковник только улыбнулся.
– Я не помню подробностей этого похищения, – сказал Ферчайлд, – помню только, что с ним были связаны какие-то ужасные обстоятельства.
– Мать ребенка – вторая жена Флорента, – сообщил Рокбрюн. – Эта девятимесячная девочка была ее первым ребенком. Муж намного старше ее – ей примерно двадцать пять, а мужу – около шестидесяти. Ребенка похитили среди бела дня в нескольких ярдах отсюда. Все произошло словно по мановению волшебной палочки – только что он был здесь, а в следующее мгновение исчез.
– Его увезли в автомобиле? – спросил Ферчайлд.
– Непохоже. Во всяком случае, в тот момент на улице не было ни одной машины. До сих пор неизвестно, как они это проделали.
– Но в газетах, кажется, сообщали, что ребенка вернули? – спросил Ферчайлд.
– Да, вы правы.
– Родители уплатили выкуп?
– Да.
– Наверное, большая сумма?
– Об этом нигде не сообщалось.
– Но в чем же тогда ужас этой истории? – в Сэлмоне пробудилось любопытство.
Рокбрюн задумчиво посмотрел на него.
– Месье Флорент оказался крепким орешком. Он отказался платить выкуп.
– Неужели? – поразился Ферчайлд. – Ведь он же богат! Зачем было причинять такие страдания матери?
Полковник Рокбрюн задумался, словно вспоминая что-то.
– У месье Флорента всегда был тяжелый характер.
– А что случилось потом? – допытывался Сэлмон.
– Похитители прислали Флорентам ухо ребенка.
– О, Боже! – воскликнул потрясенный Сэлмон.
Красивое лицо Ферчайлда скривилось от отвращения. Оба американца, забыли о птичках за соседним столом.
– Похитители предупредили, – продолжал Рокбрюн, – что выкуп должен быть выплачен немедленно, иначе они вернут ребенка по частям.
– И он заплатил?
– Заплатил, – ответил полковник.
Его собеседники так увлеклись его рассказом, что не обратили внимания, с каким выражением Рокбрюн произнес эти последние слова.
– И ребенка вернули?
– Ребенка вернули.
– Но погодите, – сказал Ферчайлд, – единственное, что я помню, – я обратил на это внимание только потому, что моя жена, как и все женщины, очень переживала, – если верить газетам, ребенка вернули неповрежденным.
– Это правда, – подтвердил Рокбрюн. – Так и было.
– Вы имеете в виду, с обоими ушами? – недоверчиво переспросил Ферчайлд.
– С обоими, – холодно ответил полковник.
– Но как же они ухитрились, черт возьми? – взорвался Сэлмон.
– Я уже говорил вам, – сказал Рокбрюн, – это было похищение по-французски.
Дорого бы я заплатил, чтобы знать, какие мысли таятся в этой лысой голове, – думал Ферчайлд, внимательно и немного насмешливо глядя на полковника. – Он знает об этой истории с Флорентом гораздо больше, чем рассказывает. И еще дразнит меня. Похищение по-французски, черт возьми!
– Я понимаю, мой друг, что для вас эта история звучит совершенно неправдоподобно, – сказал полковник, словно прочитав его мысли. – Тем не менее…
Он не закончил фразу. В толпе проходящих мимо людей мелькнуло лицо капитана Скубайда, начальника регионального отдела уголовной полиции Приморских Альп. Капитан пробирался через плотную толпу по краю тротуара, обходя машины, так плотно припаркованные перед гостиницей, что некоторые из них даже мешали движению пешеходов.
Как и всегда, Скубайд был одет так, чтобы ничем не выделяться. Впрочем, эта предосторожность была излишней – профессиональные преступники хорошо знали его, а обычные люди и так не обращали внимания на это заурядное узкое лицо с маленькими усиками. Капитан сразу же заметил Рокбрюна, почти незаметно кивнул ему и прошел дальше.
«Понятно, – подумал полковник. – Значит, это произойдет сегодня вечером. А завтра, друг Скубайд, ты заработаешь еще одну награду и мне снова придется выслушивать твои излияния. Если все получится как задумано, мой клиент действительно останется доволен. А я перед ним в долгу и знаю, что на него можно положиться».
– Мне бы очень хотелось знать, – сказал Ферчайлд, – как это было проделано.
– И мне тоже, – присоединился к нему Сэлмон.
– Я расскажу вам эту историю, – пообещал Рокбрюн, – если вы дадите слово, что не опубликуете этого. Кроме того, вы не будете предпринимать никаких самостоятельных поисков пока…
– Хорошо, – с готовностью ответил Ферчайлд. – На какой срок?
– Ну, скажем так – пока не станет ясно, что больше нет необходимости воздерживаться от публикаций.
– А если я тоже пообещаю молчать, – вмешался Сэлмон. – Смогу я потом сделать из этого фильм?
– Пожалуй, из этой истории можно сделать отличный фильм, – сказал Рокбрюн. – Там есть все необходимое для этого.
– И девушки? – спросил кинопродюсер.
– И девушки, – ответил полковник с какой-то странной жест костью в голосе.
– Так что же это за история? – нетерпеливо спросил Ферчайлд.
– Дело в том, – начал полковник, – там было не одно, а два похищения.
– Два похищения? – недоверчиво воскликнул Ферчайлд. – Не понимаю. Кого же еще украли?
– В такой же прекрасный вечер, как сегодня, три недели назад, во время званого ужина, устроенного семьей де Мерсеро на их вилле Роз д'Ор, – Рокбрюн вежливо повернулся к Сэлмону, который не понимал по-французски, и перевел: «Золотая Роза» – был похищен внук де Мерсеро.
Это сообщение повергло обоих слушателей в изумленное молчание. Ведь имя де Мерсеро было известно практически во всем цивилизованном мире. Почти половина машин на дорогах Франции была выпущена его фирмой. Его автомобили экспортировались почти во все страны мира. Полдюжины авиакомпаний оснащали свои самолеты двигателями компании де Мерсеро. Это было одно из самых богатых и аристократических семейств во Франции.