Страница 79 из 83
Пересуды заводились у колодцев, откуда и пошло название женским разговорам: «мыть кости».
— «Мытьё костей» означает и действие: есть на Земле племя, кое настолько чтит мёртвых, что через какое-то время достаёт кости родственников, моет, обряжает в одежду, «гуляет» на публике, а нагулявшись — кладёт на место. Красота, правда?
— Мужественные люди, не смог бы так…
В стихотворном произведении помянутые особы не сошлись во мнениях о третьей, отсутствующей пизде, и в честном поединке решили выяснить кто прав — так родилось великое:
«как у нашего колодца…»
Условие борьбы соблюдалось, весовые категории борющихся равные, не было оглашения в начале поединка «пизда номер один в красном углу, номер два в синем…».
В начале соблюдались правила, первые секунды прошли без нарушений правил, но кто-то из пары, без уточнений «синяя вцепилась в…», или наоборот, но свершилось действие с неясным названием «пизданула, отчего вторая участница, равная в названии с первой, «ноги протянула».
В одинаковых названиях боровшихся особ невозможно найти разгадку причин поражения одной из них, нет уточнений, какая из пизд потеряла силы в борьбе за первенство в селении и «протянула ноги».
— Естественное и понятное поведение, никаких загадок! История у колодца между особами женского пола грешит тавтологией. Не находишь?
— Наличие ног у пизды ускорят приход иноземного исследователя русского мата к помутнению сознания с последним вопросом:
— На кой хер взялся изучать русскую НенорМАТивки?
— А как вот это:
«Шёл хуй по хую,
нашёл хуй на хую,
взял хуй за хуй —
и закинул нахуй»!
— Спортивное действо, как и борьба у колодца, но мужской — Мужской вариант спортивного действа, одиночный вид, не колодезный.
— Какая прелесть, восторг и прочее! Герой-одиночка шел, нашёл, взял, закинул и продолжил шествие без лишних эмоций, будто рядовое дело выполнил.
— У мужского достоинства четыре других достойных и понятных званий: пенис, фаллос, лингам, член, но почему только хуй звучит в стихотворном произведении, а прочие равноправные названия отсутствуют?
— Замена трехбуквенного героя не оскорбляющими слух названиями, лишает стихотворное произведение красоты и смысла: «шёл фаллос по пенису, нашёл лингам на лингаме, взял член за член и закинул на член…» — позорище уродство, но не высокаяпоэзия!
— Да, пожалуй…Беспределен восторг мой, ибо столь малым количеством слов описаны многие и фантастические события! Надо же: «шёл хуй по хую…»! — в какой стране, в каком другом языке члены тела столь самостоятельны? Признания за поддержку, но не могу оставить за тобой последнее слово и добавлю:
«на хуя нам без хуя,
когда с хуями до хуя»?
— Звучит! Из категории «женских вопросов»?
— Вот ещё:
«Как на нашем, на вокзале,
тридцать три пизды связали,
положили на весы —
во все стороны усы!
— Наглая, бесцеремонная и открытая попытка ввести в заблуждение иноземцев изучающих русский язык.
— Понятно, когда инвекта рождается самостоятельно, народная поэзия, но почему произведения больших поэтов прошлого обрабатывают на свой лад?
— Что именно?
— Вот это: «зима, крестьяни торжествует…» надел тулуп и в хуй не дует…» Ещё одна попытка нарушить психику иноземца изучающего русский мат? Как перевести на иноземный»… и в хуй не дует», как можно в «хуй дуть», кто и когда дул?
— И невинный тост «Что б буй стоял и лодки плыли» иноземец примет так, как сказано, ничего в стоящем буе и лодках не не увидит. Русский мат по силе не уступает, а иногда и превосходит противотанковые заграждения (ежи) времён Большой Драки.
— Преодолеть заграждения «ежей» проще, чем заграждение из хуёв.
— Атака хуями законом преследуется?
— Нет. За что судить, где состав преступления? За неуёмную фантазию в эротике? Как можно связать тридцать три женских половых органа вместе, по какой нужде? Явное нарушение «Закона о балансе»: в двух произведениях помянуты женские части тела, а мужские родопродолжающие органы единожды. Шовинизм!
Никогда не было, и впредь не будет, чтобы недоучки, вроде тебя, оставляли за собой последнее слово! Держи! — и бес разухабисто выдал:
«Из-за леса, лесу тё-ё-мна-а-а-ва
привезли хуя агром-на-а-ва!
Привезли ево на семерых волах,
он, бедняга, был закован в кандалах!
Одна баба раздурачилась
села на хуй, раскорячилась,
а другая позавидовала
на хуй ножки позакидывала!»
— Каковы дальнейшие события с участием «агромнава», что было?
— Чего ждать нового от общения «агромнава» с женщинами? Ничего, ординар, множественные повторы повторы с ногами и другими местами женского тела, а в итоге — всеобщая женская радость от общения с мужским органом. Какая новизна в процессе воспроизводства человеков?
— Из-за двух баб заковали в кандалы «агромнава» и везли «из-за лесу тёмнава»? Вина малая, незначительная, а «мероприятие» по заключению в оковы плюс затраты на транспортировку «из-за лесу, лесу тёмнава» начительные, окупаемости никакой.
Но это мелочи, в народных произведениях о частях тела ниже пояса представляет интерес другое: если в звании «старого беса» пребываешь несчитанные века — должен знать, что у многих народов существовал культ фаллоса, в честь его крепости, могущества и неутомимости храмы возводили. На главной площади всякого уважаемого древнего полиса из лучшего мрамора воздвигалось приличных размеров изображение мужского достоинства, но не из бетона на цементе низшей марки!
Что видим ныне? Грустную картину: когда-то почитаемый лингам опущен до названия из трёх литер, объявлен бранным в паре с подругой, без коей существование своё считает ненужным:
«… кошелёк без денег кожа,
и пизда без хуя тоже…»
— Граждане с нетрадиционной сексуальной ориентацией в рассмотрение не берутся. Что же получается, беся? Можно думать, что забавы пары «он и она» бранные и подлежат запрету на упоминание? В чём кроется причина потери фаллосом прежнего уважения?
— Чего объяснять? Назначение сладкой парочки — умножать поголовье двуногих и прямо ходящих, а поскольку планета движется к переизбытку «человеков мыслящих» — о какой славе и величания фаллоса речь? Пора объявлять на планете Земля:
— Стоп, множительная машина! — не «просто так» на сегодня однополые браки законом дозволены, но от излишка жующих ртов и, естественно, испражняющихся задниц».
— Не помяни жующие рты — не вспомнил короткий шедевр, подаренный тёщей, любила, грешница, прибаутки и себя не щадила:
«Тёща, блядища, блинищи пекла,
уронила сковородищу — мандищу сожгла»!
а, вот ещё прелесть времён становления совецкой власти:
«Хули, хули мелки пули,
нам наганы нипочём,
если вздумаешь задраться
— охуярю кирпичом»!