Страница 9 из 63
Бездна открылась передо мной, ударив в лицо встречным ветром, густые зеленые кроны деревьев приближались с неимоверной скоростью. Будто бы маньяк я все это время держал глаза открытыми, пытаясь, хотя бы в последний миг своей никчемной жизни не прослыть трусом и ничтожеством. За долю секунды до столкновения перед самыми деревьями мне в живот ударил особенно сильный порыв ветра, замедляя мое падение. Это был прощальный подарок от девушки–донора. Вероятно, она была магом воздуха, но полностью мое ускорение ей погасить не удалось. Встретившись с деревом, я пробил его крону насквозь, буквально проломив себе дорогу к самому низу. Несколько раз, перекувыркнувшись в воздухе, я встретился спиной с жесткой землей и покатился по склону ко дну ущелья. Когда верх с низом наконец–то обрели свою четкую привязку, я попытался запросить отчет о своем состоянии.
“Диагностика повреждений”
“Трещина в ребре, вывихнуто левое плечо. Многочисленные ушибы по всему телу. Показатель жизнеспособности упал до 51%”
У меня все еще кружилась голова, а рука практически не чувствовалась. Но, несмотря на это я постарался встать и прийти в себя. Рядом росло небольшое деревце, подойдя к нему, я зажал руку между двумя его ветками и постарался повторить все действия, как учили нас на занятиях. По–моему этот метод назывался вправление по Кохеру.
“Убрать боевой доспех. Материализовать два медицинских бинта”
Оставшись в одних трусах, я зубами и второй рукой размотал их и прилепил на места наиболее сильных ушибов.
“Одеть боевой доспех”
Только выполнив все эти действия, я решил осмотреться и понять, куда же меня занесло. Увиденное мне крайне не понравилось. Со склона на меня двигалось под землей несколько кротов, а со стороны ущелья уже подползло с десяток слизней. Нужно прорываться. Покрепче ухватившись за меч правой рукой, я бросился в атаку на слизней. Откуда–то сверху слышались эхом отраженные от стен ущелья голоса моих товарищей, но увидеть мне их мешали густые кроны деревьев, скрывавшие полностью все, что творилось на дне этого разлома. Страха не было, его полностью вытеснила боль от ушибов после падения. Левая рука плохо слушалась, так что оружие приходилось держать правой. С разгону влетев в толпу слизней, я пинками и ударами оружия стал прорубать себе путь к центру. Насколько я помнил, дорога, спускающаяся на дно, была сейчас на противоположном конце ущелья, а это значит, что чтобы выбраться наверх, мне нужно пройти его вдоль целиком.
Пока прорывался через слизней, пришло уведомление от системы, что я каким–то образом умудрился убить двоих из них. Но порадоваться мне не дали кроты, которые обогнув место схватки, решили напасть на меня уже на открытом участке. Кинув быстрый взгляд на бар маны, увидел, что проклятущая слизь высосала из меня половину ее запаса. Вырвавшись на оперативный простор, я был тут же атакован кротами. Самый быстрый из них, прыгнул на меня слева. Пнув его носком сапога, я сделал шаг назад и, почувствовав, как к ноге присосался один из слизней. От неожиданности не удержав равновесие упал. Один из кротов тут же воспользовался моей заминкой, запрыгнув на меня сверху и став с силой пытаться прорваться через доспех новичка к моей теплой и мягкой тушке. Наотмашь махнул мечем, и снес ему голову, после чего попытался подняться, но как только я перевернулся, новый противник запрыгнул мне на спину и попытался вонзить свои когти прямо в лицо. Спас меня от неминуемой гибели только надетый на голову шлем. Мана под ударами многочисленных врагов подходила к концу. Если получу еще один удар от крота, то из защиты останется только доспех с его мизерным коэффициентом прочности.
Резко крутанувшись, сбросил ездока и добил присосавшегося к ноге слизня. Ситуация катастрофическая, надо отступать. Снова стал осматриваться вокруг и заметил среди деревьев какое–то слабое мерцание. Двинувшись в ту сторону, быстро понял, что оно исходило от арки небольшого портала.
“Определить точку выхода” – мысленно приказал я системе, направляясь к нему.
“Недостаточно данных”
Если бы портал вел обратно на Землю, то НСУО бы предупредил меня об этом. Но такой ответ говорил о том, что либо он ведет в другой мир либо, зайдя в него, я просто окажусь в какой–то другой точке этого. На бегу оглянувшись назад, понял, что выбора у меня все равно нет и, закрыв глаза, прыгнул в сияющую арку.
Вывалившись на другой стороне, я с высоты около метра упал на холодный каменный пол. Адреналин, впрыснутый в кровь чувством опасности, стал потихоньку выветриваться, и на меня навалилась сильная усталость.
“Ремонт брони – запуск”
Отдав НСУО последнюю команду, я провалился в спасительный исцеляющий сон. Как раз должны были уже начать оказывать свое воздействие медицинские бинты. Если повезет, и меня не съедят монстры, проснувшись, буду как огурчик.
Глава 3
Я был обычным ребенком среднестатистической российской семьи. Мать работала учительницей в моей школе и по совместительству была еще и классным руководителем. Отец же трудился на сталелитейном заводе. Так как наш завод был градообразующим предприятием, на него часто водили школьные экскурсии. Когда я перешел в девятый класс, наконец–то пришла и моя очередь побывать там. Он всегда гордился своей работой, постоянно повторяя, что такое место достойно настоящего мужчины.
– Ребята, прошу минуточку внимания, – попыталась угомонить постоянно переговаривающихся между собой одноклассников моя мама. – Идите все за мной и не отставайте.
Несмотря на то, что здесь работал мой отец. Внутри этого огромного промышленного предприятия я был впервые. Различные агрегаты и железные конструкции были для меня сродни космическим технологиям пришельцев. Пройдя по цехам, мы остановились у какого–то конвейера, там нас встретил мой отец.
– Ребята познакомьтесь, это Селин Станислав Владимирович, главный инженер предприятия.
– Привет ребята, хотите посмотреть на то, чем должны заниматься настоящие мужчины?
Несколько человек из группы тут же откликнулись, сказав – да. Но особого энтузиазма в их глазах видно не было. Сейчас, в век информационных технологий мало кто хотел связывать свою жизнь с такой профессией. Все хотели сидеть в уютных офисах, отрабатывая функции планктона. Пропустив мимо ушей такую вялую реакцию, отец еще шире улыбнулся и, махнув рукой сказал:
– Тогда следуйте за мной. Я тут все вам покажу, но помните, что бог огня не любит плохих детишек и ест их на обед. Так что ведите себя хорошо и не балуйтесь.
Изобразив какую–то смешную гримасу на лице, он развернулся, и хотел, уже было направиться к первому экскурсионному объекту, но не успел сделать и шага, как все здание заходило ходуном, как будто бы от землетрясения. Откуда–то сверху сорвалась закрепленная на цепях бочкообразная емкость, из которой на конвейер наливался расплавленный металл, и упала прямо на отца, превратив его тело в кровавую кашу, обдав нас этим месивом с ног до головы. Несколько девочек тут же стало кричать, разбегаясь в разные стороны. Парни пытались отползти к ближайшей стене, и только мама, сидя прямо на полу, смотрела на эту картину остекленевшими глазами.
Между тем землетрясение продолжилось, и потолок раскололся надвое, засыпая нас крупными обломками, под которыми погибло еще несколько моих одноклассников и прибежавших им на помощь рабочих. Схватив находящуюся в шоке маму за руку, я ударил ее по щеке и потащил за собой к ближайшему выходу, но тут новый толчок на пару с падающими обломками повредили печь или как там называют место, где плавят металл? Желтая блестящая жидкость тут же разлилась по полу, буквально сжигая заживо вставших у нее на пути людей. Брызги попали на лицо бежавшему сбоку от нас парню и он, схватившись за него, заорал нечеловеческим голосом. Паника накрыла всех находящихся здесь людей, больше никто никому не пытался помочь, все думали только о своей безопасности. Вот какой–то мужик средних лет, ударил ногой упавшую девочку, отпихивая ее с дороги. Она повисла на металлической лестнице, стараясь не упасть в творящийся внизу ад, и стала звать на помощь. Но пробегавший рядом с ней другой мужчина даже не повернул в ее сторону голову. Через секунду руки девочки разжались, и она с громким криком полетела вниз. Закрывая глаза на творившийся в округе беспредел, я бежал вдоль стены к выходу из цеха, крепко держа за руку мать. Отдышка мешала, ноги сводило судорогой, но я с упорством продолжал тащить за собой единственного оставшегося у меня родного человека.