Страница 14 из 63
Мой кошмар закончился внезапно. Похоже, те существа, которые были впереди, заметили меня первыми и сразу атаковали. Сначала я услышал тихий писк и шуршание множества лапок по каменному полу тоннеля, а через десяток секунд уже смог разглядеть своих новых противников. Это были жуки, наподобие тех, с которыми сражались крысолюды. Только эти были поменьше размером, примерно с небольшую собаку. Шесть тоненьких лапок, блестящий светло–зеленым цветом хитиновый панцирь и небольшие жвала, вряд ли способные прокусить мою броню. Оказалось, что бояться мне нечего, единственное, из–за чего их бы стоило обходить стороной, так это мерзкий запах разлагающейся плоти, дополнительной атакой бьющий по моему обонянию. В остальном же это были просто жуки переростки. Они явно не обладали развитым интеллектом и, несмотря на то, что я им явно был не по зубам, все равно напали. Подавив рвотные позывы своего организма, я подпустил их на расстояние атаки и быстро начал атаковать своей алебардой. От ударов моего оружия, хитиновые панцири не спасали, и каждый взмах алебарды забирал жизнь одного из них. В свою очередь они отнимали у меня всего по единичке маны за одну атаку, так что чувствовал я себя в этом бою очень комфортно. Всего жуков оказалось семеро и после окончания боя, НСУО выдала мне следующее заключение:
“Существо низшего класса опасности 5–Д. Атака – 1, Защита – 5. В их панцирях присутствует около одного процента от общей массы неизвестного ранее металла. Анализ показывает следующие характеристики. Коэффициент проводимости магии – 1,7; Коэффициент прочности – 31. Выделить металл, для последующего его накопления во временном хранилище ресурсов?”
Вот это удача! Коэффициент прочности примерно соответствует доспехам, которые носят искатели после второго перерождения и даже немного превосходит их. Плюс проводимость магии просто зашкаливает, такая обычно бывает только у самых элитных сплавов! Этот материал отлично бы подошел для искателей–магов, хотя и я не отказался бы от такого доспеха. Наконец–то фортуна повернулась ко мне лицом, а не тем местом, на котором обычно сидят.
“Да” – ответил я с энтузиазмом НСУО.
“Для процесса инвентаризации требуется назвать новый элемент”
Хм, отлично проводит магию и достаточно крепкий. Из терминологии жанра фэнтези мне на ум приходит только один металл, подходящий под это описание.
“Мифрил”
“Название уже занято”
О как! Надо же, ни один я значит такой умный. Даже стало интересно, что же такое назвали мифрилом.
“Мифрил. Дать определение и общие известные сведенья”
“Мифрил – серебристый металл, найденный во Втором мире, пять лет восемь месяцев и двадцать три дня назад. Коэффициент проводимости магии – 0,6. Коэффициент прочности – 24. Открыт Джоном Робертом Свендсеном, искателем из США в одной из его экспедиций по изучению прилегающих к порталу территорий. Впервые получен из монстров – броненосец Свендсена, класс опасности 4–Б, содержание в организме 0,012%”
Ага, значит, в Америке тоже есть любители фэнтези среди искателей. Хотя мой мифрил покруче забугорного будет. Ну, тогда попробуем еще один заход. Есть в фэнтезийном эпосе металлы и лучше мифрила.
“Орихалк”
“Закрепить это действие за всеми следующими встречами с данным типом монстров?”
“Подтверждаю”
“Принято. Мана, затрачиваемая на поддержание ВХР – 1ед/час, естественное восстановление 20ед/час, исходя их расчета 1 ед. духовности = 10ед/час”
Вот и отлично, если удастся выбраться из этих мест к цивилизации, смогу похвастаться новым открытием, а может и после перерождения с помощью НСУО переделаю свой комплект новичка в нечто более убойное. Сначала не понял, почему ВХР по-прежнему затрачивает на свое поддержание всего одну единицу в час, но потом вспомнил, что все запасы тилия (металла новичков) потратил на переделку своего оружия.
После того, как я разобрался с неожиданно свалившимся на мою голову сюрпризом, смог продолжить свой путь. Подойдя к повороту, я смог наконец–то рассмотреть, что же такое делали тут жуки. Все оказалось банально и мерзко одновременно. Эти насекомые жрали труп крысолюда. Оказывается, не только мои старые знакомые были гурманами. Гастрономическая любовь обитателей этих пещер друг к другу была взаимна. После поворота тоннель еще сильнее сужался, и мне уже приходилось немного пригибаться, чтобы не удариться головой об потолок. И это при моем невысоком росте! Если так пойдет и дальше, вскоре мне придется поворачивать обратно, так и не узнав, что же скрывается в этом отнорке. Но мои опасения не подтвердились, вскоре я наткнулся на еще одну группу маленьких жуков. Сражаться с ними было очень неудобно. Из–за ограниченного пространства тоннеля, мне были доступны лишь колющие выпады, из–за чего пришлось потратить на убийство всех жуков очень много сил. Справившись с этой группой, я решил немного отдохнуть, и посмотреть насколько же заполнилась моя шкала энергии для перерождения. Оказалось, из–за того, что НСУО извлекает из их тушек орихалк, свободной энергии практически не остается. Добыча ресурсов из недр природы или живых организмов с помощью НСУО могла осуществляться двумя путями. Либо она использовала уже имеющуюся в наличии энергию, либо делала это за счет энергии поверженного существа. В данный момент моя НСУО пользовалась вторым вариантом, поэтому за убийство этих жуков, кроме небольшого количества ресурсов мне практически ничего не перепадало, и сейчас шкала была заполнена на двадцать семь процентов.
После отдыха я возобновил свой поход и буквально через пару минут смог увидеть конец тоннеля. По уже сложившейся традиции заканчивался он пещерой. По размерам она была раза в четыре меньше той, где обитали крысолюды. Тут в центре так же был небольшой кипящий источник с серой мутной водой, но посреди него рос необычный трехметровый цветок. Стебель был диаметром около тридцати сантиметров, коричневого цвета. От него то и дело отходили небольшие темно–зеленые отростки, похожие на лианы. Бутон с нежно–розовыми лепестками был раскрыт, его сердцевина источала яркий белый свет, который освещал все окружающее пространство. Вокруг этого необычного цветка копошилось, по меньшей мере, три десятка маленьких жуков. Отростки–лианы постоянно шарили по их спинам, присасываясь то к одному, то к другому жуку и вытягивая из них энергию. Каждый раз, когда это происходило, сердцевина слегка мигала и потом загоралась еще ярче. От цветка исходил странный резковатый аромат, его можно было сравнить со смесью ромашки и мяты. Мне нравилось такое сочетание запахов и, вдохнув его полной грудью, я вдруг почувствовал легкое головокружение. Это была мимолетная слабость, но она в этот раз чуть не стала для меня роковой. Из–за головокружения я случайно оступился и, споткнувшись, упал на холодный пол пещеры. Звук удара металлических доспехов об камень привлек внимание местного населения, которое тут же с оглушающим писком бросилось на меня.
Быстро прогнав наваждение, я тут же встал и приготовился принять бой. В этой пещере в отличие от тоннеля, потолок был высоким, так что я смог на полную использовать боевую мощь своей алебарды. Из–за низкого интеллекта моих противников, они старались нападать на меня все разом, постоянно мешая друг другу. Благодаря этому, моя защита справлялась с их слабыми атаками на ура, а я все так же тратил на убийство каждого по одному удару. Но даже так, их тут было слишком много, и к концу нашего противостояния уровень моей маны опустился до тридцати девяти единиц. Следующим противником был сам цветок. Его отростки–лианы по–прежнему извивались, пытаясь нащупать жуков. Я знал что, скорее всего он попытается и из меня вытянуть всю ману, но не видел другого способа к нему подобраться. Подойдя к источнику, я понял, что тут совсем не глубоко. Вода доставала мне всего лишь до колен. Сделав несколько шагов к цветку, я тут же попал в радиус поражения его отростков, и два из них прилипнув к моей защите, стали быстро выкачивать из меня ману.
Я не знал, за кого меня приняло это странное растение, но оно было явно не разумным, потому как кроме вытягивания маны, больше никак меня не атаковало. Размахнувшись посильнее, я нанес горизонтальный рубящий удар прямо по его стволу. Описав в воздухе широкую дугу, алебарда на несколько сантиметров впилась в стебель. В этот раз мои действия не остались без внимания, и цветок ответил на мой удар, слитной атакой всех отростков сразу. От нее, я отлетел обратно к тоннелю, из которого пришел и сильно ударился спиной об стену. К тому моменту маны у меня уже не оставалось, но доспех выдержал этот удар, а на груди осталась лишь небольшая вмятина. Вместо того чтобы придумать какой–то более действенный план, на меня снова накатила сильная злость и, подчинившись ей, я с криком бросился на это треклятое растение. Следующую его атаку я даже не почувствовал, лишь отмахнувшись от ударивших с разных сторон отростков. Посильнее ухватившись за рукоять алебарды, я стал, остервенело рубить его ствол. После пятого удара он наконец–то поддался, и цветок завалился на бок. Судя по все еще бьющим меня отросткам, это не привело к его смерти, поэтому я принялся шинковать стебель и бутон на мелкие кусочки.