Страница 4 из 12
Ричер кивнул, — Значит, вы хотите сказать, что парень в черной футболке и был тот неизвестный подозреваемый. И именно он должен был получить сумку с самого начала.
Делани кивнул, — Мы взяли его, и, следовательно, операция на самом деле прошла успешно.
— Так легче для вас. И очень удобно.
Делани не ответил.
Ричер спросил, — А где этот парень сейчас?
Делани указал на дверь, — В двух комнатах отсюда. Мы отвезём его в Бангор в ближайшее время.
— Он заговорил?
— Пока нет. Он держится, как хороший маленький солдат.
— Если только не окажется, что он не солдат вовсе.
— Мы считаем, он им является. И мы думаем, он заговорит, когда оценит в полной мере риск сесть в тюрьму.
— Есть одна серьезная проблема, — сказал Ричер.
— Какая?
— Сумка показалась мне пустой. Что же это за товар или деньги могли там быть? Вы не добьётесь признания его виновным за то, что он слоняется с пустой сумкой.
— Сумка не была пустой, — сказал Делани, — По крайней мере, первоначально.
— Что в ней было?
— Мы еще дойдём до этого. Но сначала мы должны вернуться немного назад. К тому, о чем я спросил у вас в самом начале, чтобы убедиться в состоянии вашей души.
— Я помогал полицейским.
— В самом деле?
— Вы беспокоитесь об ответственности? Если я, как гражданское лицо, оказываю помощь, я пользуюсь таким же иммунитетом, как и сотрудники правоохранительных органов. Плюс парень не получил никаких повреждений. Несколько синяков, возможно. Или ссадину на коленке. Какие проблемы? Хотя, если у вас тут найдётся несколько действительно странных судей…
— Наши судьи в полном порядке, когда они понимают мотивы.
— Какой еще может быть мотив? Я стал свидетелем преступления. Было очевидно желание со стороны сотрудников полиции задержать преступника. Я помог им. Вы говорите, что с этим какие-то проблемы?
Делани сказал, — Вы нас извините, мы на минуточку оставим вас.
Ричер не ответил. Кук и Делани встали и обошли вокруг стола. Затем шагнули к двери и вышли. Дверь закрылась за ними. На этот раз Ричер был полностью уверен, что дверь заблокировали. Он взглянул в зеркало, но ничего не увидел, кроме своего отражения, серого с зеленым оттенком.
Десять минут. Что плохого может случиться за это время?
Ничего не произошло. Три долгих минуты. Затем Кук и Делани вернулись и уселись снова — Кук слева, Делани справа.
Делани сказал, — Вы утверждаете, что оказывали помощь сотрудникам правоохранительных органов.
Ричер, — Так и есть.
— Вы не хотите изменить это заявление?
— Нет.
— Вы уверены?
— A вы?
— Нет, — сказал Делани.
— Почему?
— Мы считаем, что правда заключается в другом.
— И в чем же?
— Мы думаем, что вы взяли сумку у парня, точно так же, как он забрал её у девушки. Мы думаем, что вы были второй неожиданной и непредсказуемой фигурой.
— Сумка упала на землю.
— У нас есть свидетели, которые видели, как вы наклоняетесь, чтобы поднять её.
— Я вовремя подумал об этом и оставил её на земле. Аарон поднял её.
Делани кивнул, — Но к тому времени она была пуста.
— Хотите обыскать мои карманы?
— Мы думаем, вы достали содержимое сумки и передали это кому-то из толпы.
— Что?
— Если вы были второй фигурой, почему бы не быть и третьей?
— Дерьмо, — выругался Ричер.
Делани сказал, — Джек-прочерк-Ричер, вы арестованы за преступное участие в коррумпированной организации, занимающейся рэкетом. У вас есть право хранить молчание. Всё, что вы говорите, может быть использовано против вас в суде. Вы имеете право на присутствие адвоката перед последующим допросом. Если вы не можете позволить себе адвоката, вам назначат бесплатного, на деньги налогоплательщиков.
Вошли четверо полицейских из округа, трое из которых были с пистолетами наизготовку, а четвертый — с дробовиком, который он держал в положении "на грудь" согласно уставу. Сидевшие за столом напротив, Кук и Делани лишь откинули полы своих курток, демонстрируя свои "Глок-17" в плечевых кобурах. Ричер сидел неподвижно. Шесть против одного, это очень много. Нулевые шансы. Плюс нервное напряжение в воздухе, плюс пальцы на спусковом крючке и совершенно неизвестный уровень подготовки, мастерства и опыта.
Ошибки могут быть совершены.
Ричер сидел неподвижно.
Он сказал только, — Я требую общественного защитника, — и после этого больше ничего не говорил.
Ему надели наручники на запястья, заведя руки за спину, и вывели в коридор, затем, через два поворота и запертую стальную дверь в бетонном обрамлении, в зону для задержанных, которая представляла собой миниатюрный блок с тремя пустыми камерами, выходившими вузкий коридор, перед ними стол заказов, который в настоящее время был не занят. Один из полицейских убрал оружие и шагнул вперед. Ричеру сняли наручники, и он лишился своего паспорта, банковской карты, зубной щетки, семидесяти долларов в купюрах, семидесяти пяти центов четвертаками и своих шнурков. Взамен он получил толчок в спину и одиночное размещение в первой камере в ряду. Дверь захлопнулась, и замок сработал, как молоток, ударивший о железнодорожный костыль. Копы наблюдали за ним еще секунду, как люди в зоопарке, затем обернулись, прошли мимо стола и вышли из комнаты один за другим. Ричер услышал, как стальная дверь закрылась за последним из них, и щёлкнул замок.
Он ждал. Он умел ждать. Он был терпеливым человеком. Ему не нужно было никуда ехать, и всё время мира было в его распоряжении. Ричер сидел на кровати, которая была полностью отлита из бетона, как и маленький стол с пристроенным стулом. На стуле лежала небольшая круглая подушечка, сделанная из такой же тонкой покрытой винилом пены, что и матрац на кровати. Унитаз был стальным, с чашей в верхней части, которая использовалась, как раковина умывальника. Вода только холодная. Словно в самом паршивом мотеле в мире оставили только необходимые минимальные удобства, а затем уменьшили в размере до самого предела. Древние архитекторы использовали здесь еще больше бетона, чем где-либо. Как будто заключенные, пытаясь сбежать, могут высвободить больше энергии, чем атомные бомбы.
Ричер продолжал отсчитывать время в своей голове. Прошло два часа и часть третьего, когда самый молодой из полицейских округа пришёл с проверкой. Он посмотрел сквозь решетку и спросил, — У вас всё ОК?
— Со мной всё в порядке, — сказал Ричер, — Может, слегка проголодался — время обеда уже прошло.
— С этим проблема.
— Шеф-повар заболел?
— У нас нет шеф-повара. Мы заказываем в закусочной в квартале отсюда. Обед разрешен до четырех долларов. Но это нормы округа, а вы заключенный штата. Мы не знаем, сколько они платят за обед.
— Надеюсь, побольше.
— Но мы должны знать точно. Иначе может получиться нехорошо.
— Разве Делани не знает? Или Кук?
— Они уехали. Повезли второго подозреваемого в свой штаб в Бангоре.
— Сколько вы тратите на ужин?
— Шесть с половиной.
— А на завтрак?
— Вы не останетесь здесь на завтрак. Вы заключенный штата, как и тот парень. Они придут за вами сегодня вечером.
Через час молодой полицейский снова вернулся с горячим бутербродом с сыром и стаканом Кока Колы. Три доллара с мелочью. Наверное, детектив Аарон сказал, что если штат заплатит меньше, он лично покроет разницу.
— Передай ему спасибо, — сказал Ричер, — И еще скажи ему, чтобы он был осторожен. Услуга за услугу.
— Осторожен с чем?
— На чьей мачте он прибьёт свой флаг.
— Что это означает?
— Он или поймет, или нет.
— Вы хотите сказать, что не делали этого?
Ричер улыбнулся, — Наверное, ты уже слышал это раньше.
Молодой полицейский кивнул, — Все так говорят. Никто и никогда не делал этого. Мы уже привыкли.
Затем парень ушел, а Ричер съел свою еду и продолжил ожидание.