Страница 42 из 43
Егор посмотрел на Шеринга удивленно и вдруг все понял. Он хотел вскочить из-за стола, но в это мгновение крепыш, стоящий за спиной Кремнева, выхватил пистолет с навинченным на ствол глушителем и выстрелил Егору в ногу.
Егор покачнулся, схватился рукой за стул и, не удержав равновесия, повалился вместе со стулом на пол.
— Сукин сын, — прохрипел он, побледнев и схватившись руками за простреленную ногу.
— Теперь вы мне ничего не должны, — сказал Шеринг.
Егор отнял руку от ноги и выхватил из кармана пиджака маленький пистолет, однако применить его не успел. Один из охранников пнул его по руке, и пистолет отлетел в сторону.
— Прощайте, Кремнев, — холодно сказал Шеринг. — И прошу вас: больше не попадайтесь мне на пути. Иначе мне придется вас убить.
— Я тебя найду… — прохрипел Егор. — Жизнь на это потрачу, но найду.
— Не стоит и пытаться, — сказал Шеринг и, подав знак своим охранникам, двинулся к двери.
Мария перебежала через дорогу и подошла к ресторану. Она уже потянулась к медной дверной ручке, как вдруг увидела, что за стеклом висит табличка: «РЕСТОРАН ЗАКРЫТ!»
Мария отдернула руку, словно обожглась, и удивленно воззрилась на дверь.
«Чепуха какая-то, — подумала она сердито. — Он должен работать круглосуточно!»
Вдруг звякнул колокольчик, и дверь распахнулась. Из ресторана вышел усатый темноволосый мужчина, а за ним — еще четверо мужчин. Эти четверо были крепкими, широкоплечими, с квадратными подбородками.
— Простите, — обратилась Мария к мужчине по-английски. — Ресторан в самом деле закрыт?
Мужчина остановился и окинул ее с ног до головы любопытным взглядом.
— Похоже на то, — ответил он. — Но такую красивую женщину, как вы, нельзя не обслужить. Попробуйте постучаться. Уверен, для вас сделают исключение.
— Не думаю, что мне это нужно, — сказала Мария, хмуря брови. — Закрыт — значит, закрыт для всех.
— И все-таки я бы на вашем месте попытался, — заметил незнакомец. — Хотите, я вас туда провожу?
Мария хмыкнула. Надо же, стоит заговорить с мужчиной, как он тут же начинает приставать. Что это за странная порода такая — мужики? Хотя этот еще ничего, видно, что с чувством юмора, да и выглядит довольно импозантно.
— Спасибо, но я, пожалуй, обойдусь, — сказала Мария.
— Как хотите, — улыбнулся незнакомец.
Мужчина как-то по-мальчишески озорно подмигнул Марии и зашагал дальше.
Четверка крепышей двинулась за ним. Вскоре все пятеро свернули за угол и скрылись из виду.
Мария нахмурилась. Что-то в поведении незнакомца показалось ей странным. Возможно, его взгляд? Он посмотрел на Марию как добрый знакомый. Да и его лицо показалось Марии странно знакомым. Странно, потому что она никак не могла припомнить, где она могла видеть этого мужчину.
Растерянный взгляд Марии упал на витрину.
Зал за витриной действительно был пуст. Ни одного посетителя. Мария разочарованно вздохнула и повернулась было, чтобы идти, но вдруг заметила краем глаза какое-то движение за стеклом.
С бьющимся сердцем она прильнула к витрине и вдруг увидела на полу Егора. Он лежал, зажав руками ногу. На полу темнели разводы крови.
— Боже! — вскрикнула Мария и бросилась к двери.
Распахнув дверь, она пулей влетела в ресторан и присела возле Кремнева.
— Егор! Что здесь случилось?
Увидев Марию, Кремнев через силу улыбнулся.
— Ничего страшного… Я просто… споткнулся. — Он протянул руку и хотел погладить ее по щеке, но вспомнил, что пальцы перепачканы кровью, и убрал руку. — Спасибо, что пришла, Маш.
— Господи! — Мария подняла голову и крикнула в сторону барной стойки:
— Вызывайте «скорую»! Быстрей!
— Они не вызовут, — хрипло сказал Егор.
— Почему?
— Потому что ты говоришь по-русски.
Тогда Мария снова крикнула, но на этот раз по-французски:
— Вызывайте врачей! Здесь раненый человек!
Из подсобного помещения выскочили официанты. Началась страшная суета. Мария опустила взгляд на Кремнева.
— Ох, Егор… Вечно ты во что-нибудь вляпаешься. Тебе очень плохо?
Он покачал головой:
— Нет. Мне хорошо.
— Врешь.
— Хорошо, потому что ты рядом, — договорил он. Егор улыбнулся и попытался встать, но простреленная повыше колена нога не выдержала нагрузки, и он снова рухнул на пол.
— Здравствуйте, коллега! Не ждали меня увидеть? Когда он говорил, из сожженных, запекшихся губ сочилась кровь, а с черного лица на плечи льняного пиджака падали ошметки обугленной кожи.
Егор в ужасе попятился.
— Этого не может быть, — тихо пробормотал он. Солодов усмехнулся, и от напряжения на нижней его губе лопнула кожа. По подбородку побежала струйка черной крови. Он слизнул кровь черным языком и насмешливо поинтересовался:
— Что, плохо выгляжу?
— У вас вместо лица обугленная маска.
— Это благодаря вашей милой подружке. У вас уже с ней сладилось?.. Что, еще нет? Не упускайте ее, она — лучшее, что было в вашей жизни.
— Мне кажется, это не ваше дело.
— О, разумеется, — примирительно поднял ладони Солодов. — Собственно, я совсем не об этом хотел поговорить.
Монстр сел в кресло, закинул ногу на ногу и уставился на Егора красными от полопавшихся сосудов глазами.
— Плохо, коллега, — сухо сказал он. — Очень плохо. Вы не справились с заданием.
— Я…
— Вы упустили Шеринга. Два провала подряд! Вам не кажется, что это слишком?
— Но я достал бумаги, изобличающие Соркина.
— Думаете, этого достаточно? У Шеринга есть компромат не только на Соркина. Если бы вы доставили его по назначению, половина нашей политической и бизнес-элиты оказалась бы за решеткой.
Егор молчал, угрюмо глядя на Солодова.
Солодов зевнул и почесал щеку. Кусок обгоревшей кожи прилип к его ногтям. Егора передернуло от отвращения.
— Так вы до сих пор думаете, что справились с заданием? — насмешливо поинтересовался Солодов.
— У каждого бывают провалы, — угрюмо пробормотал после паузы Егор.
— Разумеется. Но ваш провал слишком дорого обошелся стране.
Егор устало вздохнул. Он не знал, что ответить Солодову.
— Вы не только провалили дело, но и получили от «объекта» взятку, — холодно продолжил Солодов, глядя на Егора кроваво-красными глазами. — Уж не в этом ли все дело?
— Я не…
— Но-но-но, — с усмешкой оборвал Егора Солодов. — Не стоит отрицать очевидного. Но, с другой стороны, я вас понимаю. В первый раз я, так же как и вы, пошел на должностное преступление из-за любви к комфорту. Человек слаб и неуверен в себе. А крыша над головой делает его сильнее. Вам нравится ваш новый дом?
— Я…
— Конечно, нравится. Это не какая-нибудь Пальма-де-Майорка, это Карелия. Сосновые леса, полные дичи и прочих прелестей, озера, кишащие рыбой. Нет этой вечной, изнуряющей жары.
— Я не…
— Полноте, коллега. Не стоит возражать. Все люди продаются, только у всех разная цена. Я продался за пару миллионов баксов, вы — за этот милый домик и за призрачную возможность семейного счастья. Но почему-то Мария не поехала сюда с вами. И, похоже, она вас больше не любит.
— Это обычная ссора, — возразил Егор, начиная злиться. — Люди постоянно ссорятся, а потом снова мирятся.
— Боюсь, что это не тот случай, — возразил Солодов. — Ваш невыносимый характер сильно ее утомил. Вы с утра до вечера пребываете в мрачном расположении духа, злитесь по пустякам. Это достанет кого угодно.
Кремнев молчал. Солодов посмотрел на него насмешливо, потом слегка наклонился вперед и проговорил, понизив голос:
— В последние недели вы сам не свой. А знаете почему? Потому что вы потеряли лицо. А ведь когда-то вы были неплохим профессионалом. А что касается взяток, даже легкий намек выводил вас из себя. Теперь ничего этого нет. Но есть милый домик, напичканный вещами, облегчающими человеку жизнь, и барышня, которая вот-вот станет вашей женой. Впрочем, насчет последнего я сильно сомневаюсь.